Моя воля сильна...
Шрифт:
Обиднее всего, что на их стороне выступил и Даи. Впрочем, Емитсу никогда не рассчитывал, что ребенок, выросший с Наной, будет силен духом.
Тогда почему Тсунаеши смогла обставить его? Как?
Червелло вернулись к своим обязанностям.
Сражение Тумана началось.
Крики доносились издалека, Тсунаеши уже не шевелилась. Болели все раны, сил не хватало даже на то, чтобы попросить попить. Втянуть воду через поднесенную
Крики, снова крики. Звуки выстрелов. Наверное, ей это только мерещится. А еще почему-то болела поясница, и покалывало в правом боку, под ребрами. Там поселилась тяжесть, как будто кто-то засунул внутрь валун.
В комнату ворвался расплывчатый черный силуэт с оранжевыми полосами. Ее охранники не успели даже пикнуть, мешками свалились на пол. Освободив ей руки, человек опустился перед Тсуной на колени. Смутно девушка узнавала склоненную голову, шляпу с оранжевой - как ее пламя - лентой. Погладить рука не поднималась - тяжелая, тягучая, как расплавленный свинец. И так же горела.
– Я.. пталсь... сгнал...
– пробормотала она, с трудом ворочая языком.
Мужчина поднял голову, и от взгляда черных глаз в глаза появились слезы. Жгучий, он запоминал каждую черточку, яростный - видел все травмы, каждую ссадину, каждую трещинку на губе. Нежный - от него уходила куда-то боль. Сильный, твердый, уверенный. Сколько еще слов можно подобрать к этому человеку?
Реборн подхватил ее на руки, прижал к себе. Тсунаеши приложила ухо к грудной клетке, там, где билось сердце. И впервые за последние дни прикрыла глаза с полным спокойствием.
– Я знаю, - тихий шепот, на грани слышимости. Почему-то на Реборна наркотический эффект не распространялся. Его девушка видела и слышала на удивление четко.
– Ты умница. Спи.
Тсуна слабо кивнула и послушно закрыла глаза, слабо зевнув.
Даже пить не хотелось. В его руках спокойно и надежно.
Она дома.
Появление Реборна вызвало фурор. Только что небеса переворачивались, разверзлись врата в Преисподнюю, в спортивном зале царила настоящая Арктика. А в следующую секунду противники уже застыли, как вкопанные, смотря на темный сверток на руках у киллера. Занзас подался вперед, Даи подскочил к репетитору.
– Вроой! Ну, что там?
– первым не выдержал Скуало.
Реборн не обратил внимания.
– Дино, нужны твои медики. Потеря крови, она ослабла после действия наркотиков. Лихорадка от огнестрельных ранений.
Каваллоне кивнул, набрал телефонный номер. Даи отодвинул полу пиджака, которым мужчина укрыл сестру. Лицо Тсуны было бледным, опухшим, совершенно бескровным. Но спокойным, а в уголках даже появилась улыбка. Руки и ноги покрывали многочисленные синяки и ссадины, виднелась в прореху дырка от пули. Но она дышала, это главное, она дышала. Слабо, прерывисто. Самостоятельно.
–
– Девятый поднялся со своего места.
Даи вздохнул, с трудом, словно отрывая часть себя, отошел от сестры. Он знал, что нужно делать. Занзас лучше приспособлен к подобному, он заранее лишился всех связей, чтобы не получить в ответ боль от их потери. Но Даи так не может. Не может жить вдали от дорогих и любимых людей. И никакая власть того не стоит.
– Я, Савада Даи, наследник на титул Десятого босса Вонголы, отказываюсь от своего права наследования. И передаю кольцо Неба вместе со всеми полномочиями Занзасу, - слова рождались сами.
Под взглядами присутствующих он прошел через весь зал и передал кольцо Неба варийцу. Чувствовал злость отца, ярость Девятого. Больно, в душе было больно.
Но смягчали удар нежность Дино, поддержка Гокудеры и Ямамото, некая гордость Реборна.
И осознание, что это идея Тсуны. Что она с самого начала знала о его не-способности принять пост. И заботилась о нем. Ценой своего здоровья, почти ценой жизни. Он не может отплатить ей меньшим.
– Вы уверены, Савада Даи?
– близняшки Червелло проговорили хором.
– Да.
И легкость, феноменальная легкость, когда не стало больше цепей на шее. Ямамото со смехом вручил кольцо вройкающему Скуало. Реохей отдал Луссурии его половинку и долго жал руку, пока вариец облизывался на торс боксера. Мукуро куфуфукнул и перебросил кольцо Мармону, после чего растворился.
Со звоном разлетелось окно, и Занзас, не поворачиваясь, поймал половинку кольца Облака. Единственный раз, когда Хибари позволил себе поистине святотатство по отношению к школе. Даи был уверен, что платить заставят именно его.
Как бы то ни было, он ощутил легкость.
– Прости, Гокудера-кун, - он виновато улыбнулся своему уже бывшему Урагану.
– Я не стану Десятым.
– Плевать, - грубо бросил подрывник. Положил руку на плечо и сжал.
– Для меня вы все равно Джудайме. И я останусь с вами.
Даи улыбнулся.
– Спасибо.
– Эй, мусор!
– окликнул его Занзас.
– Не думай, что на этом все. У нас договоренность, если не забыл. Вы станете тренерами на полях мафии.
– Да, я помню, - кивнул Савада.
– После школы.
Всего за неделю он повзрослел.
Емитсу, Девятый и его Хранители стояли с каменными лицами. На их глазах решалась судьба Вонголы. И их уже отстранили от ведущей роли.
Как раз в этот момент приехали медики и забрали у Реборна Тсунаеши. Остальные потянулись за ними.
Девятое поколение осталось в одиночестве. Они понимали: с этого дня для них все кончено. Занзас позаботится, чтобы старики отошли от власти и не имели возможности навредить кому бы то ни было.