Мрачная девушка
Шрифт:
– Нет, - покачала головой Фрэн Челейн.
Мейсон вынул из бумажника те десять тысяч долларов, которые она ему дала.
– Вы знали, что номера этих купюр были списаны и переданы в различные банковские учреждения нашего города?
– Нет, - ответила она испуганно.
– Это факт. Тысячедолларовых купюр не так много в обращении и они привлекают внимание. Практически всегда требуется нести их в банк, чтобы поменять. В кассах магазинов обычно нет достаточного количества
Мейсон подошел к своему письменному столу, взял длинный конверт из плотной бумаги, вложил туда десять тысяч, полученные от Фрэн, заклеил конверт, снял колпачок с авторучки и написал адрес:
"Карл. С. Белкнап, 3298, Пятнадцатая улица, Денвер, Колорадо".
Потом адвокат нажал на кнопку, находившуюся сбоку от стола, вызывая таким образом секретаршу.
Когда Делла Стрит открыла дверь, Мейсон небрежно бросил на стол конверт.
– Отправь это, пожалуйста, Делла. Обычной почтой.
Она взглянула на адрес.
– Не знала, что мы ведем переписку с мистером Белкнапом, - заметила Делла Стрит.
– Теперь ведем. Пожалуй, лучше пошли его заказным письмом.
Она кивнула, бросила быстрый, оценивающий взгляд на Фрэн Челейн и вышла в приемную.
Мейсон повернулся к посетительнице.
– Теперь этот конверт несколько последующих дней будет путешествовать по стране. В конце концов он вернется ко мне. А пока деньги у меня никто не обнаружит. Почему вы с самого начала не рассказали об этом полиции?
Ее глаза внезапно загорелись огнем.
– Это мое дело! Я наняла вас, как адвоката, чтобы представлять мои интересы. Не думайте, что я позволю вам стоять здесь и указывать мне, что делать, а что не делать...
Он шагнул по направлению к ней и заявил:
– Вы или научитесь сдерживать себя, или проследуете на виселицу с черным мешком на голове. Вы никогда не задумывались над тем, хочется ли вам быть повешенной?
Она вскочила на ноги и отвела руку, словно собираясь влепить ему пощечину.
– Вы всю жизнь были испорченной злючкой с отвратительным характером, - сказал Мейсон.
– Теперь вы оказались в ситуации, из которой вам самой не выпутаться. Вы можете не сомневаться, что в течение следующих сорока восьми часов вас арестуют. Вас ждет безрадостная перспектива, и я не уверен, смогу ли вас вытащить.
От удивления ее гнев пропал. Она посмотрела на него широко раскрытыми темными глазами.
– Арестуют? Меня арестуют?
– Да. По обвинению в убийстве.
– За это арестовали Девоэ. Это он убил дядю.
– Девоэ никого не убивал, - ответил Мейсон.
– А если даже он и сделал это, то никто никогда не докажет его
– Почему вы так решили?
– Потому что он был у меня в кабинете менее часа назад и сам сказал мне об этом.
Она откинулась в кресле и уставилась на него. Огонь погас в глазах. Она выглядела трогательной и беззащитной.
– Что он хотел?
– спросила Фрэн Челейн.
– Денег.
– Хорошо. Мы дадим ему денег.
– Нет, - твердо ответил Мейсон.
– Почему?
– Потому что тогда он будет шантажировать вас до самой смерти. Он не уверен, что вы влипли по уши, а только подозревает. Если бы я стал обсуждать с ним условия, он бы получил необходимую уверенность. Он только слышал звон. Он хотел подтверждения. Если бы я согласился заплатить, то его догадки бы полностью подтвердились.
– А что вы сделали?
– поинтересовалась она.
– Вышвырнул его отсюда, - мрачно ответил адвокат.
– Он много знает?
– Знает немного, но многое подозревает.
– Я боюсь его, - по голосу слышалось, что она вот-вот расплачется.
– Вы и должны его бояться. А теперь я хочу добраться до самой сути. Расскажите мне в точности, что происходило, когда был убит ваш дядя.
Она глубоко вздохнула и начала говорить тихим, монотонным голосом:
– Я была дома. Я с ним поругалась. Он был очень резок, я сорвалась и наговорила множество неприятных вещей.
– Такого от вас можно ожидать, - сухо заметил адвокат.
– Да, можно, - согласилась она.
Последовало молчание.
– Продолжайте, - предложил адвокат.
– Он достал из бумажника деньги. Не все, там еще оставалось. Точно не знаю сколько. Он пододвинул деньги ко мне и сказал, чтобы я их взяла. Он заявил, что собирался прекратить давать мне деньги на расходы, чтобы я взялась за ум, но, в конце концов, пришел к выводу, что я никогда не повзрослею. Это, в общем-то, мои деньги и если я хочу выбрасывать их на ветер, это мое личное дело.
– И вы взяли деньги, - сделал вывод адвокат.
– Да, конечно.
– И что потом?
– Потом я отдала их все, кроме десяти тысяч, миссис Мейфилд.
– Зачем вы это сделали?
– Она знала, что я вышла замуж, и угрожала рассказать дяде.
– Это произошло до того, как приехал Кринстон или после?
– Вы имеете в виду, когда я отдала ей деньги?
– Да.
– После.
– Кто-то видел, как вы передавали ей деньги?
– Роб Глиасон.
Мейсон присвистнул.