Мрак под солнцем
Шрифт:
— Да, я помню. Как там с этим Вильямсом, он еще живой?
— Пока да, они наверняка захотят его убить. Вам нужно торопиться.
— Мы информировали посольство об их персональной ответственности за жизнь Боба Вильямса.
— Этого недостаточно, они не остановятся ни перед чем. Будьте готовы к их очень активным действиям.
— Мы высылаем целую группу лучших специалистов и, я думаю, сумеем решить все ваши проблемы.
— Это наши проблемы, Трентини, — подчеркнул Роджер, — вы не совсем понимаете, что здесь произошло. Убиты офицеры ЦРУ. Они убиты с согласия официальных
— Роджер, можете не сомневаться, мы сделаем все, что от нас зависит. Это уже и наши проблемы.
— И постарайтесь, чтобы ваша информация была по возможности закрытой. Они имеют своих людей повсюду.
— Но почему? Вы не узнали, почему они это делают?
— Нет, — признался Роджер, — они делают все, чтобы я не узнал. Но мне кажется, что все началось с наших запросов по Биксби. Что-то связанное с Луисом Эррерой, они ведь не напрасно убрали и его человека в Мексике — Эулалио Пердомо.
— Да, я помню ваше письмо.
— Но я все равно не могу поверить, что такое количество официальных представителей оказались замешанными в торговле наркотиками. Здесь что-то не совпадает, Трентини. Эдгар Леймен просто не тот человек, который будет заниматься торговлей наркотиками. Да и Биксби мало похож на колумбийских «наркобаронов». Я не верю в их причастность к торговле наркотиками или перевозке наркотических веществ. Здесь скрыта какая-то тайна.
— Какая там может быть тайна, — не скрывая своего раздражения, сказал Трентини, — это обычные покровители преступного бизнеса. Мы поэтому и не можем эффективно бороться с контрабандистами, что у них бывают такие высокие покровители.
— И все-таки это не то. Поверьте мне, Трентини, здесь гораздо более сложные отношения. И гораздо большая тайна. Не может такое количество сотрудников ЦРУ, АН Б и госдепартамента быть простыми пособниками мафии, — повторил он выражение Силвейры, — здесь скрыта неизвестная нам тайна.
— Вот завтра возьмем вашего Леймена и все выясним, — пообещал Трентини, — и я вам завтра докажу, что все дело в обычных контрабандистах.
— Когда вы прилетите в Мехико? — устал спорить с упрямым сотрудником ФБР Роджер.
— Завтра утренним рейсом. Наш представитель уже сегодня придет на встречу с вами в Мехико, можете ему доверять. Хотя в принципе все давно решено. Вам нужно продержаться еще всего одну ночь. Но учтите, Роджер, вы не должны делать никаких необдуманных шагов.
— Он принесет то, что я просил?
— Мы завтра утром прилетаем, — немного нервно напомнил Трентини.
— Он принесет? — снова спросил Роджер.
— Черт возьми, Роджер, — разозлился Трентини, — что вы себе позволяете! Вы же не Робин Гуд, а руководитель бюро ЦРУ.
— Я был руководителем местного бюро, до тех пор пока меня не убили. Вы читали газеты, знаете, что меня убили вместе со всеми. Нас сожгли живьем сотрудники госдепартамента и АНБ моей собственной страны.
— Это несерьезно.
— Он принесет то, что я просил? — в третий раз спросил Роджер.
— Нет, — заорал Трентини, — ему дан приказ остановить вас! Он ничего вам не принесет.
— До
— Подождите, — зло крикнул Трентини, — не вешайте трубку! Вы не хотите нас понять. Мы уже утром вылетаем. Это специальная группа, в ее составе — лучшие эксперты, мы их обязательно остановим.
— Только без меня.
— Стойте, идиот. Он придет на встречу и принесет то, что вы просили.
— Не забудьте позвонить моей супруге, — напомнил Роджер, положив трубку.
Теперь следовало выехать к месту встречи. Предусмотрительный Робинсон назначил встречу на окраине города, у заброшенного склада. В случае, если посланный на встречу агент ФБР также оказывался человеком Леймена, Роджер мог легко уйти, пользуясь хорошо знакомой системой запутанных выходов, в которой могла потеряться целая рота преследователей.
На встречу он поехал, неузнаваемо изменив свою внешность. У складов всегда находились опустившиеся, отчаявшиеся люди, не имеющие работы сельские жители, потерявшие свои жилища, бывшие городские люмпены. Можно было сойти за одного из них и не обратить на себя внимания. Роджер был неузнаваемо загримирован, но он хорошо знал, как умеют работать агенты спецслужб, и старался не допустить даже малейшей небрежности. В отличие от обычных контактов с опасными осведомителями, он пошел на встречу без должной подстраховки, решив, что ни один из местных агентов не сможет оказать ему действительной помощи.
У складов копошились люди. Роджер, заранее отпустив машину, подходил к складам, сильно хромая, сгорбившись, почти полностью изменив традиционную походку, сказывалась долгая работа в ЦРУ. Агент ФБР уже стоял там, где ему было положено ждать. Теперь следовало ему подать сигнал. Роджер вошел в один из складов, где лежала заранее заготовленная пустая бочка, и, выкатив ее наружу, поджег находящийся в бочке фитиль. Сотрудник ФБР, увидевший этот знак, должен был подойти и получить дальнейшее направление. Роджер неслышно поднялся на второй этаж. Дул сильный ветер, и он натянул на голову вязаную черную шапочку. В кармане у него лежала приготовленная для встречи желтая шапочка.
Агент ФБР, заметив условный знак, подошел ближе. Роджер внимательно следил за ним, стараясь заметить хотя бы отдаленное движение, напоминающее знак спрятанным где-то сообщникам. Но все было спокойно. Агент ему нравился. Он был невысокого роста, как Роджер, и вел себя достаточно спокойно. Он, очевидно, понимал, как нервничает пришедший на встречу Роджер, и старался сделать все, чтобы его успокоить. Но он вполне мог быть и подставкой. Роджер продолжал следить за его действиями.
Сотрудник ФБР подошел к горящей бочке и обнаружил конверт с указанием дальнейшего пути. Это был самый главный момент проверки. Теперь он должен был, не оборачиваясь, войти в помещение. Агент не обернулся. Роджер внимательно следил за входом. Там никого не было, а увидеть, куда направился агент, снаружи было невозможно. Пришедший на встречу держал в руках небольшой чемоданчик. Там могло быть то, что просил Роджер. Но там мог быть и передатчик, позволяющий обнаружить движение чемоданчика.