Мракоборец 2

Я слишком привык к подобным «передышкам», и понимал: если на горизонте встаёт гигантский столб дыма, значит, самое настоящее веселье только начинается.

Забавно, но Ладыжин, с разбитым лицом и окровавленной рубашкой, выглядел в этот миг так, будто забыл про всё на свете — про меня, про Ракитиных, про собственную гордость Гончей Императора. Он уставился на грибовидное облако, темневшее вдалеке за крышами, и не мог выдавить ни звука. Мгновение длилось, наверное, пару секунд, но мне хватило с лихвой.

Я

рывком поднялся на ноги, сжал правый кулак, усиленный «Борном», и — раз, два — нанёс удар в челюсть. Ладыжин не устоял, вскрикнул тихо и рухнул на землю, обмякнув всем телом, словно марионетка с обрезанными нитями. Я стоял над ним, отдуваясь, и слушал, как в воздухе нарастает гул.

— А говорил тебя так просто не вырубить… — пробормотал я, усмехнувшись. Всё-таки от нашего предыдущего мордобития он уже изрядно ослаб. Иначе я бы так просто не совладал.

Подоспела Лина — её глаза были широко распахнуты от ужаса и любопытства одновременно. Бежала ко мне так, что у неё дыхание сбилось.

— Что там за взрыв, Даниил?.. — голос дрожал. — И этот громкий… этот… нечеловеческий вой?

Я посмотрел на неё, перевёл взгляд на далёкий столб дыма. Внутри у меня всё холодело, потому что я уже догадывался, какой примерно монстр способен издавать такие звуки. И это не сулило городу ничего хорошего.

— Похоже, тот, кто вызывал монстров раньше, теперь решил устроить настоящий «фестиваль», — произнёс я, стараясь говорить максимально ровно, хотя в душе вспыхивала тревога. — Если это реально то, о чём я думаю… нам придётся попотеть.

Лина сглотнула, взглянув на бесчувственное тело Ладыжина. Её лицо исказилось презрением.

Тут раздался стук шагов. Я обернулся и увидел, что из особняка выходили Ракитины в полном составе. Мария Львовна и Василиса поддерживали отца — графа Ракитина, который, хоть и выглядел пошатнувшимся, судя по всему, пришёл в себя. Мать бледнела от страха, завидев меня и лежащего рядом с каменным крыльцом Ладыжина.

— Что это всё значит? — Всеволод оглядел нас, переводя взгляд на тёмный силуэт дыма. — Что за чёрт?

Я пожал плечами:

— Поздравляю, вы, возможно, станете свидетелями того, чего лучше никогда не видеть. И если увидите вблизи, может, не переживёте. Так что сидите лучше дома.

Граф приподнял бровь, но вид у него был уставший, слегка растерянный:

— Ты… Градов, правильно? Значит, этот… Ладыжин… уже не…

— Он не опасен, — перебил я, пнув Гончую носком ботинка, проверяя, не шевелится ли. Тот лежал без чувств. — Надолго ли — не ручаюсь. Но пока не встанет.

Я присел на корточки и начал обшаривать карманы Ладыжина. Ключ от наручников тут же швырнул графу. Тот сразу принялся освобождать своего сына.

Быстро нашёл три блокиратора магии и пару боевых артефактов. Один — жезл, которым он в нас стрелял. Другой — странный, похожий на зелёный камень-оберег, таящий в себе смутные рунические следы. Даже мне сходу не было ясно, для чего он. Зато точно понятно, что ценная штуковина.

— Вот красавчик, — буркнул я, бросая находки в свою сумку. —

Лина, можешь связать его? Вдруг очнётся.

— Ага, — кивнула она, прикусив губу. Провела рукой в воздухе, и из её пальцев словно выскользнули тонкие эфирные нити, тут же превратившиеся в прочные верёвки, оплетающие Ладыжина по рукам и ногам. Тот даже не дёрнулся, так крепко его вырубило.

Внезапно заложило уши от очередной гулкой волны, словно где-то рвануло что-то мощное. Вдалеке небо по-прежнему застилал чёрный дым — ещё более густой, казалось, в его глубине пляшут огненные отблески. Краем глаза я заметил, как Всеволод поражённо раскрывает рот:

— Вот это… там что, война началась?

Я покосился на него:

— Нечто похуже. Тот же сумасшедший призыватель, который пачками вызывал Висл, теперь вызвал куда более серьёзного монстра.

— И… что будем делать? — спросила Лина, хотя по её лицу я читал, что она уже догадывалась.

— Ну, вариант отмахнуться и сказать «не моё дело» отпадает, — я с кривой усмешкой оглядел её, затем перевёл взгляд на Ракитиных. — Город может погибнуть, если это действительно то, о чём я думаю. Нам придётся ехать туда.

— Я с вами! — выкрикнул Всеволод неожиданно. Его отец замотал головой, но парень лишь сильнее напряг скулы. — Я… я не маг, но я могу… могу помочь.

— Не смеши, — отрезал я, поднявшись на ноги. — Не магам там нечего делать. Просто станешь обузой — и погибнешь, а я ещё буду чувствовать себя виноватым за твою смерть. Так что сиди. Помоги семье. Защити их. Всем теперь нужна только защита.

Парень замолчал, так и не сумев найти контраргументов. А я посмотрел на Лину и кивком указал ей:

— Присмотри за остальными. Надо раздобыть транспорт.

Старенький седан, на котором мы приехали, мне нравился, но сейчас, когда Гончая связан, большой угрозы для нас не было. Так что логичнее было воспользоваться патрульной машиной. Да и ездить быстро на нашей развалюхе не получится.

Я пересёк двор усадьбы и вышел за её пределы, направляясь к патрульным авто, стоявшим чуть в стороне. Имперцы специально встали так, чтобы в случае чего выскочить и моментально прикрыть Гончую, но наша заварушка пошла по совсем другому сценарию.

Возле них маячили патрульные в форме, они столпились напротив забора, взирая на дымящийся небосклон, и оживлённо переговаривались.

Время действовать. Я сложил пальцы в хитроумную фигуру руны «Ликт». Терпеть не могу эту штуку — слишком заморочена в управлении, особенно в нестабильном эфире, а здесь он часто нестабильный. Но выбирать не приходится. Если не починю поломанные движки мной же движки, мы никуда не уедем.

Подойдя к машине, я дотронулся ладонью до капота, чувствуя, как руническая вибрация проникает в металл. Секунда, другая… Пыхнуло неприятным запахом расплавленного провода. Похоже, я слишком резко дал поток. Попробовал иначе: мягко, аккуратно, но уверенно направить руну на весь механизм. Услышал, как в моторе что-то щёлкнуло, потом ворчливо завёлся вентилятор. Значит, починил.