Мразь
Шрифт:
– Поласкай меня.
– Тебе правда этого хочется?
– Он поднял на меня заплаканные глаза.
– Я тебе когда-нибудь врал?
– Виктор покачал головой, порывисто обнял меня за талию и прижался щекой к лобку.
– Ты злой, мерзкий, отвратительный тип.
– Прошептал он и в тот же момент я ощутил его губы вокруг моей набухающей головки.
– И старый.
– Выдохнул я, закрыл глаза и с силой прижал его голову к себе заставляя принять все мое естество. Он уперся мне в бедра, попытался отодвинуться, но я удержал лишь чуть ослабив хватку и держал, держал, держал пока его заводной язычок, быстро, очень быстро,
– Кашу, овсяную, - выдохнул я освобождая его рот от своего присутствия, похлопал поперхнувшегося и пытающегося отдышаться Витю по спине и начал одеваться.
– Двигай в душ.
Кухня в его квартире не чета ванной комнате: просторная, с приличной, хоть и не новой мебелью, бытовая техника нормальная - одно удовольствие стряпать. Овсяная каша из пакетиков - гадость, но другой нет. Сок, тоже не свежевыжатый, из пакета, апельсинов нет, а с яблоками и морковкой возиться лениво. Зато кофе добротный, в зернах и кофе-машина у него хорошая. Тостов нет по причине отсутствия хлеба - будет сыр с колбасой в прикуску.
Когда я уже заканчивал сервировать завтрак зашел Витя. В махровом халате - замерз?
– вряд ли, с еще сильнее покрасневшими глазами - опять плакал, но губы упорно сжаты - сейчас что-то скажет. Так и есть.
– Я тебя люблю.
– Кто бы сомневался. Ухмыляюсь.
– И?
– Как ты не понимаешь! Я тебя люблю! Мне плохо! Я хочу быть с тобой! Хочу быть с тобой всегда, а не по четвергам! Я хочу ходить с тобой в кино, хочу познакомить тебя с друзьями, хочу....
– Ну вот, опять. Последнее время каждая встреча заканчивается подобной сценой. Накал страстей по нарастающей. Видимо пришел конец удобным четвергам.
– А мое мнение и мое «хочу» для тебя не важно?
– Неужели я хочу так много?! Ты не разговариваешь со мной! Мы вместе уже полгода, а ты до сих пор не поинтересовался даже тем, учусь я или работаю!
– А это так важно?
– Важно! Мы с тобой разговариваем о чем угодно, но только не о нас! Политика - пожалуйста! Погода - легко! Кино - само собой! Но ты не интересуешься мной, моей жизнью и не отвечаешь когда я спрашиваю о твоей!
– Тебе это так интересно?
– ДА!!!
– А мне нет.
– Я для тебя только игрушка! Забавная штучка для секса!
– Минуточку. Минуточку. Тихо. Сядь.
– Перебиваю его истерику. Виктор послушно плюхается на стул.
– Во-первых не кричи и не перебивай меня.
– Я не перебивал.
– Обреченно буркает он и я с удовольствием слышу в его голосе нотки оправдания.
– Я тебе уже говорил, - начинаю не обращая внимания на его слова, - ты мне нравишься, мне с тобой хорошо, не более того, так что оставь вымогательство и либо получай удовольствие, либо мы больше не увидимся.
– Но я не голубой и никогда им не был! У меня девушка была! Но ты! Ты!
– Ну вот, - обреченно вздыхаю, - пидором обозвали.
– Сделав обиженный вид отворачиваюсь, но внутри покатываюсь со смеха.
– Нет! Я не говорил что ты пидор!
– Выкрикивает он, потом тихо добавляет: -
– И снова начинает плакать по-детски всхлипывая, закрыв лицо ладошками и наклонившись к самым коленям. Пропало такое удобное место четверговой дислокации. Да и секс с ним был очень даже ничего. Вполне себе зачетный expiriens.
Я молча позавтракал, изредка поглядывая, но никак не комментируя его истерику. Сложил в раковину грязную посуду, неспеша оделся и накинув пальто направился к двери не обращая внимания на никак не успокаивающегося мальчика.
– Подожди!
– Ударилось мне в спину истерично выкрикнутое слово. Остановился, почему нет, и выжидательно посмотрел на вставшего и топающего ко мне на трясущихся ногах мальчонку.
Он подошел ко мне вплотную, молчит. Я тоже молчу и не таясь его рассматриваю. Красные заплаканные глаза на выкате, подрагивающая рука пытается вытереть мокрый от слез подбородок. Красивый подбородок кстати, аккуратный, гладенький, встречающийся с бритвой не чаще одного раза в неделю - эх, молодость. Картину портит только сморщенная и понуро висящая в прорехе распахнутого халата пиписька. Не член - пиписька, маленькая пися. Лобок у Вити дотошно выбрит, но от этого она вовсе не кажется больше. Стручочек.
– Что?!
– Зло бросает он, заметив куда я смотрю.
– Ничего, - пожимаю плечами, - ты отвратительно выглядишь в халате. Тем более в грязном. Специально одел?
– Халат у него на самом деле видавший виды и неизвестно когда последний раз стираный.
– И?
– Устав от затянувшегося молчания и его сопения произношу я и упираюсь взглядом ему в глаза.
– Так и уйдешь?
– Стреляет глупым вопросом он и движением плеч сбрасывает халат. Неспеша обхожу вокруг застывшего обнаженного мальца рассматривая его самым похабным образом: щупаю упругие ягодицы, беру в ладонь, словно прикидывая на вес мошонку, провожу пальцем по плоской груди и, под конец, нажимаю на щеки заставляя открыть рот и показать зубы. Закончив осмотр отступаю на шаг и еще раз пробегаю по нему взглядом с верху до низу. Он мелко дрожит и сверкает на меня полными слез глазами, я хмыкаю и показываю пальцем на его снова напрягшийся стручок. Витя не обращает на жест никакого внимания, и я его тоже не комментирую.
– Да, пожалуй так и уйду.
– До конца насладившись видом его трясущегося тела наконец отвечаю я и рефлекторно перехватываю предназначенную мне пощечину.
– Мразь!
– Кричит он и я, уронив пальто, блокирую новую несостоявшуюся оплеуху.
– Мразь!
– Визжит он и моя рука рефлекторно отводит в сторону удар коленом в пах.
– Мразь!
– Удар в живот пропускаю, пусть его, все равно не пробьет.
– Мазь!
– А вот этого я не ожидал: Виктор просто топает мне по ноге, больно, пора прекращать это безобразие.
Легкий толчок в грудь, так, разорвать дистанцию, валящая на пол пощечина - не кулаком же его, и ногой в живот. Последнее зря, можно было и обойтись, но вколоченные рефлексы сработали - добить.
– Меньше всего мне сегодня с утра хотелось услышать «мразь» от какого-то молоденького недоёбка ничего из себя не представляющего.
– Спокойно сообщаю кривляющемуся на полу и судорожно старающемуся поймать воздух Витьку, поднимаю пальто и выхожу аккуратно закрыв за собой дверь.
– Ох уж мне эти пидорасы.
– Бурча под нос спускаюсь по лестнице.