Мститель

Абердин Александр М.

Лаиля, которая принесла большой поднос с блюдами, накинула на ванну скатерть, чуть шевельнула губами, сделала руками пасы и она превратилась в столик. Женщина перенесла на него поднос, села на пуфик рядом с ванной и принялась кормить его с ложки самой настоящей русской окрошкой, приготовленной на айране, а две её подруги немедленно залезли в ванну. Все три женщины были одеты в одинакового фасона, но разного цвета шальвары и просторные блузы из лёгкой полупрозрачной ткани и короткие жилеты-лифы. Король Леонард подумал было, что они будут делать обычный массаж, но эти красавицы, весело посмеиваясь, тихой магической скороговоркой заставили воду ожить и массировать его избитое тело. Как только Лаиля накормила

его вкусной окрошкой и напоила каким-то кисельно-густым холодным напитком, все трое покинули магическую лабораторию, а вслед за своими женами удалился и князь Файел.

Наутро король Леонард проснулся, как ни в чём не бывало, первым делом сравнил своё нынешнее астральное тело со вчерашним и сам ужаснулся от того, что оно сделалось чуть ли не втрое больше прежнего, чего в принципе не могло быть, но всё именно так и произошло. После первого же серьёзного боя в астральной сфере он окреп настолько, что когда заставил своё астральное тело сжаться до естественного размера физической оболочки, то понял, что с ним действительно было что-то не так. Ну, не мог маг, пусть и Верховный, всего лишь после одной схватки в астрале накачать себе такую массу, что в сжатом виде его астральное тело стало походить на астральное тело дракона. Король Леонард почесал затылок и пробормотал:

— Но этого же просто не может быть…

— Чего не может быть, Лео? — Спросил его входя в магическую лабораторию принц Арзарон.

Король-маг вобрал в себя своё астральное тело, которое мог видеть в данную минуту только он один и ответил:

— Да, так, пустяки. Ну, и как прошла ночь в астрале, Зар, нашли что-нибудь в той горе?

Принц пришел к нему не с пустыми руками. Через плечо у него висела большая сумка, из которой он стал выкладывать на лабораторный стол большие изумруды весьма причудливой формы. Это были трёхгранные кристаллы. Бросив один из них королю Леонарду, он сказал:

— Наши разведчики нашли в ней две дюжины каменных карманов, битком набитых такими вот странными изумрудами. Хотя они и выглядят, как естественные, сам понимаешь, практически одинаковая форма и симметричное расположение карманов в теле горы прямо говорят о том, что это какое-то магическое устройство, эдакий гигантский амулет. На всякий случай наши парни его разрушили и представь себе, ничего не произошло и на этот раз никто на них не нападал. Поэтому я думаю, что изумруды находились в горе уже очень давно, а Сайлор просто боялся их потревожить. Ну, а поскольку ты сунулся туда в одиночку, то они решили просто устроить тебе взбучку, но не на того напали.

Король Леонард осмотрел несколько изумрудов, проверил их полудюжиной магических заклинаний и вскоре убедился в том что к магии они не имели никакого отношения.

Во всяком случае к известной ему магии, в которой он вовсе не считал себя корифеем, а её саму пределом совершенства. Пожав плечами, он сказал с весёлой улыбкой:

— Ну, в таком случае мы хотя бы разжились превосходными изумрудами. Можно будет наделать из них серёжек дамам.

— Кстати о дамах, Лео. — С хитрой улыбкой сказал принц и огорошил его следующим известием — Сегодня с утра с гор прилетел король Рифталион со своей подругой и несколькими леди-драконами, которые хотят отложить яйца в горячем песке, но даже не это главное. Гильмеранда, подруга Рифтара, прямо-таки рвётся прошвырнуться по самым большим городам вместе с королевой Оделией, её братьями королями и мной…

— Принц сокрушенно развёл руками и добавил — Даже не знаю, как мне теперь называть себя. В общем сейчас полным ходом идёт подготовка к визиту в четырнадцать крупнейших городов Декарана, в семь южных и в семь северных, так что собирайся, Делия сказала, что никуда не полетит без тебя. Поэтому если ты не хочешь, чтобы Рифти вломился в твою берлогу, оденься поприличнее и пошли

в Пантиакрон.

Королю Леонарду ничего не оставалось делать, как согласиться и через четверть часа уже спорил с королём Лерандом. Тот хотел, чтобы первым пунктом была недавно отбитая у Марвуса столица Северного Декарана — Страдос, но королева Оделия, подбоченившись, небрежно помахала перед собой двумя пальчиками, что у пантиакронцев означало, — парень, ты зарвался, и звонким голоском воскликнула:

— Лери, сначала мы отправимся в Теноиран!

Король Леонард, одетый в точную копию того костюма, который он подарил Майко, огорчённо сказал:

— А я надеялся, Делия, что сначала мы отправимся в Дарион, чтобы та смогла отметить заслуги своего первого префекта, Марко Дергола. Пора бы ему хоть какую-то медальку вручить.

Королева мгновенно переменила свою точку зрения и воскликнула радостным голосом:

— Решено! Братики, первым городом на нашем пути будет Дарион. Дядюшка Колефа, попроси пожалуйста, чтобы туда немедленно отправили рыбу, буйволятину и замесили там тесто.

Вскоре почти сотня магов-воинов взобралась на золотых драконов по трое, четверо, лишь одна королева Оделия и четыре короля восседали на самых могучих драконах в гордом одиночестве и эти крылатые красавцы взмыли в небо и через огромный портал прохода добрались до Дариона. Там они сделали три круга над городом и пять драконов во главе с королём Рифтаром опустились на центральную площадь города, где ещё совсем недавно стоял памятник Сайлору. Там королева вместе с братьями запекла мясо и рыбу, превратив жесткую буйволятину в нечто очень вкусное, испекла хлеб и все вместе они накрыли животворящим огнём чуть ли не весь центр города. После этого Марко Дерголу был пожалован титул князя и прямо на площади в специально поставленной для этого палатке он получил от короля Леонарда королевскую живую броню и лазерный пистолетом. Верховным магом он уже был давно.

Однако, более всего дарионцы были поражены даже не тем, что их угостили гигантскими тунцами, очень недурственными на вкус, а тем, что буйволиные туши и подозрительного вида квашня превратились в такую вкусную буженину и столь пышный хлеб, что это иначе, чем волшебством назвать было нельзя. Простая магия перед этим чудом пасовала. Король Леонард терпеливо посетил все четырнадцать городов и везде королей и королеву встречали с просто непередаваемым восторгом, а уж что в этих городах творилось после того, как сотни тысяч человек получали их благословение и исцеление из их рук, вообще не поддавалось описанию. Равно как и та, радость, которая охватила людей при виде драконов-защитников, спустившихся ради людей со своих заоблачных вершин. Король Рифталион, к которому без конца подносили детей, чтобы он просто дохнул на них, чтобы они выросли такими же сильными, как он, был поражен до глубины души. Хотя он вволю наелся рыбы, мяса и хлеба, выпив не одну бочку вина, его дыхание всё равно оставалось чистым и прохладным.

Король Леонард покинул свою дочь и всех остальных своих друзей тотчас, как только они добрались до Крустера. Он тихо удалился из дворца Гелиона сразу же после того, как пожал ему руку и сказал несколько хотя и дружеских, но всё же вполне дежурных фраз и вернулся в Пантиакрон. Там он сразу же направился в княжескую конюшню, где квартировал уже начавший скучать без него Шило, набросил на его загривок магическое седло, которому не нужна была подпруга, открыл портал прохода в бескрайнюю степь и в вечерних сумерках огромный серебристый пёс понёсся по ней во весь опор. Стелющийся над землёй галоп Шило был таким стремительным, что за каких-то полчаса он покрыл без малого семьдесят километров и добрался до предгорий горного массива Кулар. Эта горная страна была побольше Шетлардских гор, да, и повыше и её можно было вполне сравнить с Гималаями.