Мститель
Шрифт:
– Слежение можно прекратить. Выбирай, старший лейтенант, участок дороги, удобный для остановки «Ауди», и проведи захват Лысенко. Режим отработки определи сам по обстановке. После чего машину Лысенко передай гаишникам на временное хранение. Наркокурьера вези сюда на базу! Как понял?
– Понял, товарищ подполковник! Приступаю к задержанию наркокурьера!
– Удачи, старлей!
– Благодарю! Конец связи!
Роднин увеличил скорость служебной серебристой «десятки». Старший лейтенант хорошо знал этот район. Через километр начнется участок, где дорога
Лысенко, освободившись от груза, ослабил внимание. Теперь он не смотрел постоянно в зеркало заднего вида, пытаясь обнаружить возможную слежку, не вглядывался в обгонявшие его автомобили. Курьер успокоился. И не заметил, как на узком участке дороги к нему пристроилась серебристая «десятка». Впрочем, ничего в этом странного не было. Обогнать здесь впереди идущую машину водитель «десятки» возможности не имел и вынужденно шел за «Ауди». А Лысенко не торопился. Пусть босс без него примет новую партию, а уж потом можно и подъехать. Лысенко включил инструментальную музыку, откинувшись на спинку кожаного сиденья своего комфортабельного автомобиля.
Старший лейтенант Роднин сблизился с иномаркой до расстояния в десять метров. Это позволит быстро обойти «Ауди» на определенном участке. До него оставалось 100, 50, 20 метров. Через секунды Лысенко выйдет на широкую трассу и, если прибавит скорости, то реально сможет оторваться от преследования. Чего офицер милиции допустить не мог. Конечно, наркокурьера остановят на въездном посту ДПС или прижмут патрульные машины, но гонки в городе чреваты дорожными происшествиями. Испуганный Лысенко по сторонам смотреть не станет. Потеряв от страха голову, погонит «Ауди», не обращая внимания ни на дорожные знаки, ни на людей. И тогда может произойти катастрофа. Погибнут ни в чем не повинные люди. Поэтому Роднин и получил приказ задержать наркокурьера до въезда в Переслав.
«Ауди» вышла на участок расширения дороги, и Лысенко действительно решил увеличить скорость. Но слева выскочила серебристая «десятка» и перестроилась на полосу, по которой шла иномарка, тут же резко затормозив. Дабы избежать столкновения, педаль тормоза отжал до отказа и Лысенко. Машины встали. Из «десятки» вышел молодой человек, направившийся к «Ауди». Лысенко открыл дверь, крикнув в окно:
– Ты что делаешь, недоумок? Права вчера, что ли, купил?
Роднин подошел к Лысенко, сидевшему в машине:
– Милиция! Выйти из салона!
– Но... в чем дело?
Старший лейтенант, выхватив из кобуры пистолет, повысил голос:
– Тебе что, непонятно? Быстро из машины, лапы на крышу, ноги врозь.
Увидев направленный в лоб ствол пистолета, Лысенко почувствовал, что новые его трусы намокли. Он выскочил из салона, встал спиной к неизвестному, представившемуся сотрудником милиции парню, положил руки на крышу комфортабельной иномарки, широко раздвинув ноги. Роднин
– Да ты, козел, никак в штаны наделал?
Лысенко пролепетал:
– Это случайность. Скажите, кто вы? Предъявите, пожалуйста, удостоверение.
– Удостоверение? Да без проблем! Смотри!
Роднин выставил перед физиономией наркокурьера удостоверение личности офицера милиции.
– Достаточно?
Старший лейтенант забрал документы Лысенко, ключи от квартиры, а главное – сотовый телефон. После чего свел его руки назад и защелкнул на запястьях наручники.
Лысенко спросил:
– За что? Почему вы задержали меня? Почему наручники? Я – законопослушный гражданин и никакого преступления не совершал.
– И с каких пор у нас в стране распространение наркотиков перестало быть преступлением?
Услышав о наркотиках, Лысенко сник. Понял, что попал. Его выследили, дождались, пока он развез товар, и взяли. Он опустил голову.
Роднин открыл заднюю дверку «Ауди», затолкал туда наркокурьера. Дрожа от страха, Лысенко, заикаясь, обратился к милиционеру:
– О-офицер! Мож-жет, догово-римся! Я, я заплачу тебе столько денег, сколько ты за всю свою службу не заработаешь! Ну что даст тебе... мой а-арест? Звездочку на погоны? Премию в сотни р-рублей? Я же те-бе предлагаю ц-целое состояние.
Роднин оборвал Лысенко:
– Заткнись, паскуда, пока я тебе пасть не закрыл. С тобой другие люди разговаривать будут. А сейчас сиди молча. Зубы сохранишь.
Лысенко нагнулся, обхватил скованными руками голову, застонал. Роднин, убрав пистолет, закрыл дверку «Ауди». Выставил у начала расширения дороги знак аварийной остановки. По телефону вызвал Вербина. Подполковник не ответил. Видимо, за городом у фермы начался главный этап антитеррористической операции. Переключился на Чернышева. Заместитель начальника милиции общественной безопасности ответил:
– Да, Сергей?
– Докладываю, командир! Наркокурьер нейтрализован. Мы с ним находимся в двадцати километрах от города, там, где дорога, если ехать от Переслава, сужается.
– Я понял тебя, Роднин. Держи пока курьера в его тачке.
– Пробовал связаться с Вербиным, не ответил.
– Там сейчас не до нас. Ты оставайся на месте до получения дополнительных указаний! Надеюсь, он лишен возможности воспользоваться телефоном?
– Естественно! Но на его сотовый могут позвонить. Что делать в этом случае? Заставить Лысенко говорить то, что надо нам?
– Нет, Сергей! Не будем рисковать. Выключи ты этот телефон к чертовой матери! А звонки на него мы по-любому зафиксируем!
– Принял, командир! Выполняю!
– До связи, Сережа!
– До связи, капитан!
Район размещения базы наркоторговцев – пригород Переслава. Контролировавший подъезд к усадьбе Бабаева и ферме, оборудованной под склад, со стороны восточного направления прапорщик Сапеев в 15.03 вызвал командира группы спецназа:
– Первый, я – Пятый. Вижу колонну из «КамАЗа» и сопровождающего грузовик джипа.