Мститель
Шрифт:
Заканчивалась дуга у дальнего конца взлетно-посадочной полосы, где неиспользованная вода с грохотом падала с обрыва в море.
После полудня жара легла на землю, как большое, тяжелое, удушающее одеяло. На ферме все работы, начавшиеся в семь утра, в двенадцать закончились. Пеонам разрешили разбрестись по тенистым местам и съесть то, что они принесли с собой из поселка в холщовых мешочках. До четырех они могли отдыхать, потом трудились еще три часа, до семи вечера.
Декстер лежал и потел, завидуя саламандре, которая грелась на солнышке в ярде от него, нечувствительная к жаре. Ему очень хотелось пить, пить и пить, но он прекрасно понимал, что воду
В четыре часа удары металлического стержня по рельсу объявили пеонам о начале второй смены. Декстер наблюдал, как крошечные фигурки в штанах и рубашках из грубой грязно-белой хлопчатобумажной материи, с дочерна загорелыми лицами под соломенными сомбреро, вновь берутся за лопаты, мотыги, тяпки.
По его левую руку обшарпанный пикап подъехал к самому берегу и остановился между портовыми кранами. Пеон в вымазанном кровью комбинезоне вытащил из кузова длинный металлический желоб, прикрепил его к заднему борту и вилами начал что-то на него бросать. Брошенное соскальзывало в море. Декстер навел бинокль на желоб. Увидел скользящую по нему овечью голову.
В Нью-Йорке, изучая фотографии, он обратил внимание на то, что доступа к морю с полуострова не было. Никто не удосужился вырубить в скалах ступеньки или платформу для прыжков. Глядя, как летят в море головы и внутренности забитых животных, он понял, почему. Море вокруг полуострова кишело акулами, тигровыми, большими белыми, да и многими другими. Любого купальщика или пловца они растерзали бы через пару минут.
Примерно в это время Морено позвонил по сотовому телефону человек, которого он послал в Суринам. Англичанин Генри Нэш арендовал автомобиль в маленькой частной фирме. Поэтому поиски заняли так много времени. Но в конце концов завершились успехом. В Сан-Мартин Нэш въехал на «Форде Компакт». Эмиссар продиктовал номер.
Полковник Морено отдал приказ: обыскать все гаражи, все стоянки, все подъездные дорожки, все проселочные дороги и найти «Форд Компакт» с суринамскими номерными знаками. Потом изменил приказ. Любой «Форд» с любыми номерными знаками. Но поиски могли начаться только на рассвете.
Сумерки и темнота приходят в тропиках на удивление быстро. Солнце зашло за спиной Декстера часом раньше, и он почувствовал хоть какое-то, но облегчение. Наблюдал, как пеоны, волоча ноги от усталости, возвращаются в поселок. Сначала сдали инструменты, потом прошли проверку у ворот, вновь выстроившись в пять колонн, человек по двести в каждой.
Вернувшись в поселок, присоединились к тем двум сотням, которые не работали на ферме. В коттеджах, в казармах, на виллах загорелись первые огни. На острие «акульего зуба» свет заливал белый особняк серба.
Механики на аэродроме закончили работу (вертолет и «Хокер-1000» уже завезли обратно в ангар, последний закрыли на замок), оседлали мопеды и поехали к коттеджам в дальнем конце взлетной полосы. Когда на ферме не осталось ни души и она перешла под контроль выпущенных из загона доберманов, а мир попрощался с 6 сентября, Мститель начал готовиться к спуску.
Глава 28
Визитер
За целый день, проведенный в ложбинке на горном хребте, Мстителю удалось как следует рассмотреть склон и убедиться, что фотографии открыли ему далеко не все. Во-первых, склон оказался не таким уж крутым. Только в сотне футов от земли он действительно становился отвесным, а до того спуск по нему не составлял труда. Но
А во-вторых, растительности склон лишила не природа, а рука человека. Кто-то, выстраивая оборону полуострова, распорядился, чтобы люди, спущенные с гребня в люльках, очистили его от травы, корней, кустов.
Если корни оказывались недостаточно крепкими, их вырывали вместе с травой и кустами. Если корни не поддавались, их обрезали. И не так чтобы коротко. Поэтому и при спуске, и при подъеме человек мог без труда найти и за что схватиться, и на что опереться.
Днем «альпиниста» мгновенно бы засекли, но не ночью.
В десять вечера поднялась луна, слабенькая луна, света которой едва хватало Декстеру, чтобы разглядеть, куда он ставит ногу, за что хватается рукой, а вот его в этом свете увидеть, конечно же, не могли. От него требовалось только одно — не вызвать камнепада: грохот поднял бы тревогу. Перебираясь от одного обрубка к другому, Декстер начал спускаться на аэродром.
Когда склон стал слишком крутым, воспользовался веревкой, обмотанной вокруг пояса, и оставшуюся сотню футов прошел, держась за нее руками и упираясь ногами в гранитный склон.
На аэродроме он провел три часа. Когда-то давно один из клиентов, которого он вытащил из нью-йоркской тюрьмы «Томбс», научил его открывать замки, и отмычки, которые он привез с собой, делал мастер.
Висячий замок на воротах ангара он оставил в покое. Половинки могли бы загреметь, если б он стал их откатывать. Декстера вполне устроила боковая дверца, простенький замок которой задержал его на тридцать секунд.
Ремонтировать вертолет может только хороший механик, и лишь настоящему спецу по силам вывести его из строя так, что хороший механик не найдет дефекта и не устранит его, даже не заметит, что в вертолете копались.
Серб нанял хорошего механика, чтобы поддерживать вертолет в рабочем состоянии, но Декстер был лучше. Уже в ангаре он понял, что перед ним «ЕС-120 Еврокоптер», однодвигательная модификация «ЕС-135», оснащенного двумя двигателями. Большущий фонарь из «перспекса» обеспечивал прекрасный обзор как пилоту, так и наблюдателю, сидящему рядом с ним. А позади стояли кресла еще для трех пассажиров.
Декстер не стал трогать главный ротор, сосредоточился на хвостовом. Если он ломался, вертолет летать не мог. Декстер позаботился о том, чтобы хвостовой ротор вышел из строя, а с починкой возникли бы серьезные проблемы.
Дверцу в «Хокер-1000» оставили открытой, и у него появилась возможность осмотреть салон и убедиться, что переделке он не подвергался.
Закрыв на замок дверцу ангара, он проник в ремонтную мастерскую, взял то, что ему требовалось, не оставив следов. Потом трусцой добежал до коттеджей и последний час провел там. Утром один из механиков с раздражением заметил, что кто-то позаимствовал его велосипед, оставленный у забора. Когда пришло время возвращаться на гребень хребта, Декстер нашел болтающийся конец веревки и по ней взобрался до обрезка толстого корня, к которому привязал второй конец. Далее поднимался от корня к корню, пока не добрался до своей ложбинки. Взмок до такой степени, что мог выжимать пот из одежды, как воду. Утешил себя тем, что в этой части света дурной запах, идущий от тела, никто не заметит. Чтобы компенсировать потерю жидкости, выпил целую пинту воды, проверил, сколько ее еще осталось в канистре, и заснул. Будильник в часах разбудил его в шесть утра, аккурат перед тем, как снизу донеслись удары металлического стержня по рельсу.