Мстители. Финал. Путь героев

Белинг Стив

– Что? – прокричал я.

– Я спрашиваю, что ты у него забрал?

Фух. Вот теперь все встало на свои места. Я засмеялся.

– Я взял его ухо.

Настала очередь Дея посмотреть на меня с недоумением.

– Силовуха?

– Ухо, а не силовуха! – завопил я, стараясь перекричать мотор. – Себе уши прочисть!

Мы мчались к подножию холма, и настроение у нас было прекрасное. Мне удалось узнать у Миира Каала все, что нужно было Дею. Я выбрался из камеры через ту же дыру, и мы отправились к тому месту,

где спрятали аэромобиль. К нашему удивлению, он до сих пор был там же. Редко удача мне настолько благоволит. А еще удивительнее оказалось то, что эта груда металлолома завелась с первого раза.

– И что ты собираешься делать с этим протезом? – недоверчиво спросил Дей.

Он был по-своему прав. Мне эта штука была ни к чему. Но хотелось ее ужасно. Знаете, кто смог бы меня понять? Грут. Можете считать это сдвигом по фазе. В смысле, сам я не считаю это сдвигом, но ведь найдутся те, кто именно так и подумает. И они буду неправы. Да, Грут бы все понял.

– Так что ты выпытал у Миира Каала? – спросил Дей.

И в эту же секунду у аэромобиля отвалился мотор. В прямом смысле. Он буквально выпал из днища, и мы слетели с курса прямиком к огромной металлической антенне, издававшей непрерывный гул. Нас расплющило об нее, как мух о ветровое стекло.

Я выбрался из машины, спина надрывалась от боли. Я осмотрелся, но нигде не видел Романна.

– Дей! – позвал я, хромая прочь от обломков. – Ты где? Только не говори, что ты умер!

Ну в самом деле. Было бы из-за чего помирать.

– Я здесь, – отозвался он. Его голос доносился со стороны металлического хребта, больше похожего на проржавевший обломок ксандарского корабля. Я залез в прореху. Дей сидел, потирал голову и вертел шеей в разные стороны.

– Как тебя сюда занесло? – спросил я.

– А сам как думаешь? – ответил он, и в его голосе я уловил ноту сарказма, что мне совсем не понравилось. Потому что от этого я почувствовал мучительную неловкость. Словно я не должен был его подкалывать.

Да что вообще происходит? Что это? Почему я вдруг начал проявлять заботу о ком-то другом?

Кошмар, скорее бы этот день закончился.

* * *

– Грут! – загремел из подполья голос Ракеты, вырвав Грута из состояния транса, в которое он погрузился, читая журнал.

– Я есть Грут, – отозвалось древовидное создание, моментально пряча планшет под аптечку.

– Ничего не знаю! – прокричал Ракета. – Спускайся сюда! Мне срочно нужны твои тонкие деревянные пальцы!

– Я есть Грут, – сказал он, лениво поднимаясь с места и еле волоча ноги по металлическому полу в сторону люка.

– Я слышу, как ты плетешься! – заорал Ракета. Затем послышался звук удара о металлическую поверхность, и Ракета завопил уже непритворно.

– Кролик! – воскликнул Тор, соскакивая с капитанского кресла. – С тобой все в порядке?

– Все прекрасно! –

бушевал Ракета. – Здесь абсолютно негде развернуться, вокруг сплошные провода, каждые две секунды меня бьет током, и я только что ударился головой о потолок. Все просто зашибись!

К тому времени, как Ракета завершил свою тираду, Грут наконец добрался до люка. Опустившись на колени, он посмотрел вниз.

Внизу Ракета яростно вертел головой. Он лежал на спине, глядя на плотную паутину проводов, растянувшуюся у него перед носом. Сам он был практически опутан проводами.

– Не прошло и года! – завопил Ракета, и Грут сердито засопел.

– Я есть Гру-у-у... – начал было древо, однако в этот момент память подкинула ему фразу из Ракетиного журнала.

Он по-прежнему с нами, пускай даже он теперь другой. Мы счастливы, что он у нас есть.

Я счастлив, что он у нас есть. Это словно вторая попытка.

Грут замолчал на полуслове, уже готовом вылететь у него изо рта.

Ракета ничего ему не ответил.

– Вот, подержи этот красный провод своими сучьями.

Он показал на провод с обрезанным концом, из которого виднелась оголенная полоска металла.

– Я есть Грут?

– Дерево не проводит электричество, – раздраженно ответил Ракета. –Когда ты уже повзрослеешь.

Эти слова неприятно кольнули Грута, но все же он выполнил просьбу. Спустившись к Ракете, он ухватился за красный провод. Тот неожиданно заискрил, но, как и сказал Ракета, с Трутом ничего не случилось.

Ракета отвернулся к нависавшему над ним лесу проводов и принялся кусачками обрывать синий провод.

– Давай сюда красный, – велел он.

Грут послушно передал.

Затем Ракета соединил синий провод с красным, и провода перестали искриться.

– Я есть Грут? – спросил древо.

– Да, кажется, все, – ответил Ракета.

Извиваясь, чтобы не задеть провода, Ракета пробрался к люку. Грут к тому времени уже вылез наружу и протянул руку капитану, чтобы помочь.

– Эй, а что это ты вдруг такой заботливый? Натворил чего-нибудь? – поинтересовался Ракета, искоса глядя на друга.

– Я есть Грут! – возразил тот. Может, даже слишком бурно.

– Да ладно тебе, – сказал Ракета. – Просто, когда ты вдруг становишься таким покладистым, я начинаю думать, что у тебя совесть нечиста и ты пытаешься загладить вину.

Грут запаниковал.

Неужели он знает о планшете? Как он про него узнал?

И тут Ракета засмеялся.

– Видел бы ты свое лицо! Прости, Грут, я просто шучу.

Ракета отвернулся и направился в кабину к Тору. Грут обиженно фыркнул и вернулся к себе в кресло. Его деревянные пальцы нащупали под аптечкой планшет и бесшумно вытянули его наружу.