Мстящая
Шрифт:
— Эй, — сказал парень, – Что за херня?
Она похлопала его по щеке.
– Не мой тип, — сказал она, а затем погрузилась в болото тел.
— А я что, так плоха? – спросила я, обхватывая его шею руками и двигаясь вокруг него под музыку. Ему вообще-то не надо было отвечать на вопрос. Ответ был в его джинсах. Это был такой пьянящий и возбуждающий холм, что по правде говоря, мне было тяжело помнить, что он был плохим парнем.
А был ли он плохим?
Так сказала Киэра, но могла ли я верить ей? В конце концов, она работала на Клэренса. А если она направила
А если все это вынюхивание демонов было чепухой?
Но почему оно должно было ей быть? Если Киэру обманули, как и меня, у нее не было смысла врать. И даже если она играла роль, как Клэренс, она бы не хотела, чтобы я ее раскусила, не так ли? Ей нужно было создать правду. И у нее не вышло бы, если только предполагаемый демон, на которого она указала, не превратиться в липкую лужицу, когда я проткну его ножом.
И да, это могло означать, что она подставляла своих союзников, но Клэренс и компания не хотели, чтобы я впитывала добро. Они хотели, чтобы я впитывала зло. Стала злом.
Плохой до мозга костей. Это была я. Или буду скоро.
Я направила взгляд на толпу, наконец, найдя Киэру, обжимающейся с тонким, как карандаш брюнетом, в обтягивающих джинсах и такой же белой футболке, покрытым потом и прижавшимся к округлости ее груди. Я смотрела, как они двигались, и увидела блеск ножа Киэры, застрявшего между ее ремнем и джинсами и скрытого под короткой джинсовой курточкой, которую она носила.
Она, должно быть, почувствовала мой взгляд, потому что повернулась ко мне, и я заметила легкую ухмылку. Затем она обхватила лицо, крепко целующего ее партнера и медленно поместила свободную руку на лезвие ножа.
Я отвернулась, и мои глаза автоматически нашли Роуз. Я нашла ее сидящей в кабинке, где ей и нужно было быть. И я нашла кое-что еще, в нескольких метрах от нее. Наблюдающего за ней. Наблюдающего за мной. Дьякона.
Я почувствовала знакомый рывок в животе, тот, что выбивал дыхание, тот, который я ассоциировала с ним. Я хотела подойти к нему, но я не могла показать, что мы были, едва ли, не лучшими друзьями с парнем. Не перед Киэрой. Я все еще думала о нем, когда заметила, что мой партнер по танцам начал действовать – его руки сжали мою задницу, крепко прижав, он тяжело дышал – видимо, проснулся мой внутренний суккуб.
— За мной, — сказала я, приблизившись, чтобы прошептать, и в то же время, схватив его ворот в кулак. Я быстро посмотрела на Киэру, которая все еще была занята, своим роковым демоном, и повела свою жертву через дверь к парковке.
У меня не было ни малейшей идеи, что это был за демон, но я знала, что медлить нельзя. Нельзя гадать. Нельзя делать ничего, лишь взять его. Но я была любознательна и возбуждена, и твою мать, если я не хотела воссоздать момент – охоту, такую долгую, как смогу.
— Что ты хочешь? – спросила я, прижимая губы к его уху.
— Тебя, – его рука скользнула вниз, чтобы накрыть мою промежность, этот контакт пробудил во мне дрожь, не смотря не отвращение, которое вызывала рука, трогающая меня. Я представила
– Поцелуй меня, — сказал он, и я услышала это — голос, отдающийся эхом в моей голове. Голос, идущий не от человек, а из ада.
Он нагнулся, рот открыт, и я потянулась ему на встречу, встречая его поцелуй своим, агрессивным, тяжелым, в то время как он пытался вытянуть из меня душу. Он отклонился, в глазах страх, – Что за черт?
— Прости приятель, — сказала я, – Мне нравиться это тело. Я думаю, я тут и останусь.
— Сука, — сказал он, его руки потянулись к заднему карману, где, несомненно, был скрыт нож.
Он не успел. Я опередила его, в секунды достав свой клинок, и направила его вперед, погружая. Я попала ему в живот, мое лезвие пронзало плоть и мускулы, чтобы достать его печень в глубине, прежде чем я проведу вверх, вспарывая его как рыбу.
Смерть хлынула из него. Не кровь, а черная липкая жидкость, что была жизненной силой демонов. Он упал назад и растаял. Я упала на колени, меня захлестнула волны силы, которую я получила от убийства и тьмы, чувственный жар, который я поглощала из демонов. Он был мертв. Разрушен. И его сущность была во мне, низкое, слабое жужжание, требующее удовлетворения. Освобождения. Убийства.
Я услышала хруст гравия позади себя и развернулась на одной ноге. Дьякон. Прежде чем я смогла заговорить, он прижал меня к ближайшей машине, его горячие губы на моих, руки на моей груди, и черт, как же я хотела его здесь и сейчас. Меня завели на танцполе, и я была далека от удовлетворения. И сейчас, с тьмой внутри себя, я хотела этого. Хотела его. Хотела освобождения.
— Мне не понравилось видеть его с тобой.
— Он мертв, — сказала я, выгибаясь, когда он накрыл мою грудь, стараясь сохранить сознание, размышляя, почему я переживаю, — Он был демоном. Это то, чем я занимаюсь.
— Убивай их, — сказал он, – Но не трахай их.
Я прогнулась и встретилась с его глазами, и на краткое мгновения метки на моей руке, казалось, вспыхнули. А затем меня накрыло видение, но он отступил и момент был утерян, хотя если честно, я не была разочарована. Я не хотела знать больше. Не сейчас. Сейчас я знала все, что мне было нужно.
– Ты демон, — сказала я.
— Я исключение, — пробормотал он, затем крепко прижал губы к моим. Я застонала, желая только раствориться в поцелуе и потерять себя в прикосновениях мужчины, который был опасным, загадочным и восхитительным – все в одном.
Сквозь туман в голове, я увидела, как открылась задняя дверь, и Киэра вышла наружу.
Я сильно пихнула Дьякона.
Его глаза вспыхнули.
– Что за…
— Киэра, — сказала я, — Борись.
Он так и сделал, причем это было так хорошо, что не вызывало вопросов. Ничего, что Киэра могла бы передать Клэренсу, как вызывающее сомнения. И за его спиной, блокирующей ее, я сунула ему свой нож в руки, – Убей меня, — сказала я.
— Что?
— Убей меня, черт тебя дери, и поубедительней.