Му-анг
Шрифт:
— Дэн? — Йолана посмотрела на меня.
— У меня отпуск.
— Что это такое?
— Это когда раз в год можно целый месяц ничего не делать, — объяснил я. — Или два, если ты работаешь на опасных участках, например, с детьми или пришельцами.
— Как знаешь. Только здесь бесплатных развлечений нет, — напомнила мне синт-пилот. — Ладно, подкину тебе тысячу цестов, трать их бережно, иначе твой отпуск закончится и начнётся работа на очень опасном участке. В этот раз за еду я заплачу, но потом — всё сам. И учти, что еда Кольца хоть и отвратительная на вид и на вкус, но очень дорогая.
Если бы это было сказано покровительственным
Цены на станции и вправду низкими назвать было нельзя. Крохотная коморка, которую я нашёл на внешних уровнях, стоила почти пять сотен за сутки. Местные. Так что вариантов у меня особо и не было, оставался штурмовик, который пришлось подогнать поближе к одному из переходных шлюзов. Поэтому, чтобы добраться до злачных мест, я не вставал в очередь у транспортёров, как все, а проходил через мембрану шлюза, и как есть, в пустотном комбинезоне, отправлялся тратить дарёные деньги.
В тридцати кубических километрах станции не было уровней или этажей, отсеки располагались хаотично, сложенные, словно огромный объёмный паззл. Их соединяли переходы, открывавшиеся в произвольных местах, часто, выходя из одного помещения, оказывался под потолком другого. Наверное, можно было найти что-то по душе, но развлечения на любой вкус оказывались развлечениями для синтов. А тех интересовали только абсолютно тупые азартные игры, драки и грибная настойка, которая напрочь вышибала ограничители модулей сопряжения. Проигрывать последние деньги я не собирался, драться с модифицированными бойцами тоже не хотел. На грибах можно было неплохо заработать, их собирали в тоннелях, предназначенных для транспортировки сырья, но конкуренцию дронам-сборщикам я составить не мог.
Несколько дней я ничего не делал, только ел, пил, спал и получал от аналитического модуля выжимки из того, что происходило в звёздной системе. А в ней ничего особенно не происходило, разрозненные силы, если они ещё оставались, стягивались к центрам притяжений — космическим станциям, которые теперь не были секретными объектами. У конфедератов появился собственный лидер, женщина с невыразительным лицом, ей генерал Аджан нанёс визит буквально через час после того, как произнёс на станции республиканцев небольшую, но очень эмоциональную речь о месте каждого в этой войне. И это значило, что корабль Аджана мог разгоняться до субсветовых скоростей, и чужие его не трогали.
Несложно было понять, что руководство станций республиканцев и конфедератов уже перешло под контроль чужих. Глаза генерала не наливались чернотой, когда он строго смотрел на слушателей, но почему-то сразу после его визитов настроения резко менялись. Йолана мои опасения разделяла, и пообещала предупредить, когда Аджан соберётся к нам.
— Проводник, — Илли отреагировала на мои мысли. Связь с истребителем, на котором они летели к Ньялу и Эрвику, была хоть и с задержкой, но стабильной. — Если Аджана не утилизировали, и он показал, что может сохранять разум даже после схватки, значит, его повысили, наверняка в его мозгах уже сидит симбионт, который через него может сам контролировать новых слуг, один-два десятка. Мы обязательно должны его уничтожить, и как можно быстрее. Я переговорю с Эрвиком, и когда генерал появится на их станции, нанесём удар, проводники — очень опасные существа, их ни одним сканером не проверишь.
— Думаешь, он и Ливси может контролировать? —
— Нет, Ливси — адмирал, и его разум достаточно защищён, одной короткой встречей тут не обойтись. К тому же, Анджан лишь недавно стал проводником, его возможности пока ограничены, думаю, это кто-то из окружения. Просто так к Ливси не подобраться, меня он вообще может ликвидировать — у нас к старым счётам благодаря тебе новые прибавились, поэтому будем действовать осторожно, я тебе сообщу, как только что-то прояснится.
Это, а также отчёты Зана, которые он слал каждые три часа, настраивали на тревожный лад. Мой консультант, который хотя бы из чувства самосохранения должен был мне всё рассказывать и объяснять, не отвечал. По ощущениям, он впал в спячку и вылезать оттуда не собирался.
На пятый день моего ничегонеделания я начал потихоньку думать, что отпуск слишком затянулся. Даже вылетел на штурмовике, сделал вокруг базы небольшой облёт, исследуя пространство и запустив программу самодиагностики — мало ли что Чесси оставила после себя. Судя по отчёту ИИ, всё было в пределах нормы, те улучшения, которые сделала хакерша, дали двигателю десятипроцентную прибавку, которую я всё равно не мог проверить. Расширился диапазон сканеров, держателям кассет добавили объёма. Значит, скорее всего, Чесси взломала и ИИ тоже, вместе с модулем диагностики. Оставалось только найти какого-нибудь серьёзно настроенного синта, и поменять свой аппарат на что-нибудь другое — производственные линии станции штамповали не только пищевые автоматы и устройства для перегонки грибов, но и военную технику. Малый разрушитель мне бы подошёл, оставалось только договориться с нужными людьми.
Нужный человек был очень недоволен тем, что я отрываю его от неотложных дел.
— Есть новости от Илли, надо поговорить, — обозначил я тему встречи. Под генерала с адмиралом малый разрушитель зайдёт отлично, всё равно станция, по сути, ничья, а по-хорошему — моя. Менгес сказал, что это имущество кому-то отошло после ухода всех Аокхаганов, но и базы на планете, и космические объекты откликались на мои запросы, а значит, это был кто-то из мятежников. Почему бы не я, например. — Высылай маршрут.
Новая помощница начальника обитала в противоположном конце станции, по прямой — всего пять километров, а если идти по всем переходам через отсеки, то все десять. Я пообещал себе найти Тойолу и рассказать ей, какой неудачный проект у неё получился, не стал заводить штурмовик на привычное место, а нашёл ближайший к Йолане шлюз. Администрация сидела в зоне, закрытой для простых людей, но буквально в трёх сотнях метров был технологический причал, через который, минуя жилые и рекреационные отсеки, можно было по тоннелю попасть в отсек управления.
Внутри астероида, который окружал станцию, воздуха не было, но обычный лётный комбинезон отлично справился — я оттолкнулся от борта штурмовика, и примагнитился к причальной ленте, которая сама меня доставила в шлюз. Оружие с собой взял скорее по привычке — излучатель на предплечье, и штурмовой хлыст, такой же, какой был у Ирем Ливси. Пока та была жива.
Первый, на кого я наткнулся, был тот самый синт, которого я видел в закусочной. Или пивной. Помощник Майло. Синт висел на потолке вниз головой, и что-то проверял ручным сканером в блоке доступа. Увидев меня, он попытался отвернуться, сделал вид, что обнаружил что-то очень важное и совсем не обращает на меня внимания.