Мудрость Хеопса

Махфуз Нагиб

Зайя испуганно смотрела на сына: «О боги, о чем он говорит?», кивнула.

Так завершился тот долгий день.

18

Шестой — последний — год Джедефа в военной школе подошел к концу. Приближались традиционные ежегодные соревнования, на которых выпускники состязались друг с другом, прежде чем получить назначения в войска. В тот день в знаменитой академии царило праздничное оживление. Ее стены были украшены флагами военных подразделений, а во дворе с утра раздавались гимны.

Наконец ворота распахнулись, и толпа приглашенных хлынула на плац, где

уже выстроились будущие воины.

Празднество длилось долго. После полудня в колесницах явились прославленные государственные мужи, возглавляемые жрецами. Впереди шествовал визирь Хемиун, командующий Арбу, множество придворных фараона и художники. Все они собрались на площади, чтобы приветствовать принца Хафру, наследника престола, которого Хуфу назначил председательствовать на празднестве от своего имени. Когда показалась царская колесница, шеренги выпускников замерли. Во главе отряда выступали дворцовые стражи. Раздалась приветственная музыка, и все собравшиеся в едином порыве стали возносить хвалу фараону и наследному принцу.

С Хафрой прибыли его сестра принцесса Мересанх, братья — принцы Бафра, Хорджедеф, Хорсадеф, Каваб, Седжедеф, Хуфухаф, Хата и Мериб.

Все поклонились престолонаследнику. Зрелый возраст сделал выражение лица еще более жестоким и надменным. Хафра едва удостоил присутствующих кивком головы и небрежным жестом правой руки. Он занял место в центре, принцесса и остальные принцы сели справа от него, а слева расположились Хемиун, командующие и сановники. После прибытия принца шум утих, гости расселись, и началось празднество. Прозвучал рожок, и со стороны казарм появились офицеры-выпускники, маршировавшие строем. Возглавлял их командующий, гордо державший знамя школы. Сегодня молодые военные впервые надели форму, зеленые туники, леопардовые накидки.

Поравнявшись с троном, на котором восседал наследный принц, они отсалютовали ему вынутыми из ножен мечами. Хафра, чуть приподнявшись, тоже приветствовал выпускников.

Состязание открывали скачки. Офицеры оседлали богато украшенных жеребцов и выстроились в ряд. По звуку рожка они ринулись вперед, будто стрелы, выпущенные из гигантских луков. Копыта боевых коней сотрясали землю подобно мощному извержению вулкана. Скорость была так высока, что зрители быстро потеряли их из виду. Сначала все мчались рядом, но потом группа рассыпалась. Внезапно, словно поймав безумный порыв ветра, один всадник оказался впереди остальных и первым помчался к финишу. Зрители услышали имя победителя: «Джедеф, сын Бишару!» Если бы посреди грома оглушительных аплодисментов молодой человек смог услышать крик своего отца: «Вперед, сын Бишару!», он вряд ли сумел бы удержаться от смеха.

Потом состоялась гонка на колесницах. Офицеры, выстроились в боевом порядке. Вновь прозвучал рожок, и они помчались, будто титаны, сопровождаемые грохотом, подобным обрушению скал и низвержению гор. Молодые люди стояли на колесницах, словно вросшие в землю пальмы, боровшиеся с ветром, желавшим перевернуть их. Но ветру пришлось признать свое поражение.

И тут из общей группы выделился колесничий, который пронесся мимо всех как на крыльях. Он двигался так быстро, что остальные казались замершими на месте. Этот юноша победил, и вновь все услышали его имя: «Джедеф, сын Бишару!» Опять послышались крики ликования и грома аплодисментов.

Далее настал черед скачек с препятствиями. По

длинному полю расставили деревянные барьеры. Их высота увеличивалась от первого к последнему. Со звуком рожка лошади молниеносно рванулись вперед, перелетев первое препятствие, словно атакующие орлы. Они одолели второе, третье, пятое, подобно волнам яростно бушующего моря. Казалось, финиш уже близок, но удача отвернулась от большинства из них. Лошади одних всадников перестали слушаться команд, другие падали под жалобные крики, не одолев высокий барьер. И лишь один юноша преодолел все препятствия. Он перелетал их, словно желая воспарить в небо, по велению судьбы, воплощая победу. Никто из присутствующих уже не сомневался в том, кто стал победителем. Джедеф, сын Бишару! Конечно, это был он — смуглый красавец. Ни следов усталости, ни надменной улыбки. Воистину — божественный сын солнца, отражавшегося на его блестящем шлеме.

Успех сопутствовал Джедефу во всех испытаниях. Он точнее других попадал в цель, метая копье и стреляя из лука. Выиграл все поединки на мечах и топорах. Боги даровали ему абсолютный триумф. Джедеф стал героем дня, был признан самым одаренным учеником школы, завоевав любовь всех присутствовавших.

Победители должны были подойти к наследнику престола, чтобы получить от него поздравления. В тот день Джедеф один пошел отдать честь принцу, и престолонаследник, положив руку ему на плечо, сказал, кривя губы:

— Поздравляю тебя, бесстрашный! Ты превзошел всех в этих соревнованиях, и я избрал тебя офицером моей личной стражи.

Лицо молодого человека осветила радость. Он отсалютовал принцу и вернулся на свое место. Пока Джедеф шел, довольно улыбаясь, глашатай громко объявил публике, что наследный принц Хафра поздравил победителя и назначил его офицером своей стражи. Сердце юноши учащенно забилось, он представил, как ликует его семья. Бишару, Зайя, Хени и Нафа, несомненно, слышали эти слова и испытывали поистине неописуемый восторг.

После этого отряд выпускников промаршировал к креслу наследника престола, откуда он обратился к ним с речью:

— О доблестные офицеры, я выражаю полное удовлетворение вашей отвагой, вашим талантом и рвением, вашим благородным воинским духом. Надеюсь, что вы, подобно своим предшественникам, останетесь символом победы для своей родины и фараона, правителя двух земель.

Солдаты вознесли хвалу родине и фараону Затем прозвучало объявление об окончании праздника. Гости стали расходиться, наследный принц тоже покинул школу.

Джедеф пребывал на небесах. Но не от своего успеха, нет! Когда он подошел к принцу Хафре и слушал его поздравление, взгляд молодого человека невольно скользнул в сторону. По правую руку от наследника престола он увидел ту самую девушку, любовь к которой пронзила его сердце. Ту самую красавицу-крестьянку, что изобразил его брат Нафа. О боги, то была дочь фараона, принцесса Мересанх! Девушка тоже смотрела на Джедефа и улыбалась. О владыка Ра! Солнце радости вдруг померкло в его глазах — радости от победы. Он не должен смотреть на принцессу, это может вызвать скандал. Выслушав короткую речь принца и узнав, что Хафра берет его в свою личную стражу, Джедеф приложил руку к сердцу и удалился под гром аплодисментов. Руку и сердцу приложить нужно было непременно — не в знак признательности принцу, а чтобы оно не выскочило из груди. В казарму он вернулся сам не свой…