Мурашка для Медведя
Шрифт:
– Но я же…
– А ещё… – подняв руку, он остановил поток моих оправданий и, выдержав паузу, продолжил: – А ещё мы владеем информацией, что в данном заведении, как сотрудник вы не оформлены, но по камерам были замечены в вип-кабинете, а после и на месте преступления.
– Да послушайте же!.. – в отчаянии заверещала я, но он снова меня остановил жестом и взглядом, не обещающим ничего хорошего.
– Вынуждены задержать вас до выяснения всех обстоятельств, – завершил следователь свою пламенную речь, а я, охнув, прикрыла глаза
– Могу я позвонить подруге? – поинтересовалась обречённо.
– Нет, к тому же мы ещё не закончили. Сейчас пройдём процедуру дактилоскопии и сделаем пару запросов.
Да ну нафиг! Ущипните меня кто-нибудь…
Глава 4
Снежана
На нарах я спала впервые, и ночь прошла просто ужасно. Меня заперли в маленькой комнатке с облупленными стенами, маленьким зарешёченным окошком и грязным унитазом, к которому подходить-то было страшно, не то что смотреть. В углу красовалась перекошенная раковина с постоянно капающим краном, а из соседних камер доносился мат и ругань.
Я куталась в затхлое одеяло, пытаясь хоть немного согреться, но задница чесалась не только от холода. Предчувствие надвигающейся катастрофы щедро подправляли незабываемыми ощущениями местные клопы.
Успела пореветь, впасть в отчаяние, позлиться, попеть на радость местных обитателей, что-то из репертуара «сижу за решёткой в темнице сырой». Вконец вымотавшись от усталости и отходняка на фоне пережитого стресса, уснула почти под утро.
Проснулась от жуткого скрежета открывающейся двери. Резко села и, размяв затёкшие на жёстких досках мышцы, широко зевнула. Поморщилась от исходящих от меня же запахов и, уставившись на стоящего в дверях мужчину в форме, насупилась. Прошедшие сутки я им надолго запомню.
– Зорина, на выход. Следователь Давыдов уже ждёт, – равнодушно отчеканил мужчина и, скрестив руки на груди, смерил меня брезгливым взглядом.
– Умыться хоть дадите? – проворчала, выползая из-под одеяла и, оправив на себе сильно измятую форму, прошлёпала к раковине.
Из мутного зеркала на меня смотрела замученная панда, на вскидку переболевшая ветрянкой, свинкой и алкоголизмом, причём одновременно. Волосы, повисшие грязной паклей, пригладила прямо руками и, наскоро умывшись, прополоскала рот. Ожидающий меня сотрудник всё это время демонстративно не двигался с места и возмущённо сопел, делая вид, что не в курсе, что утром девушке ещё и на горшок сходить не мешало бы.
Смирившись со вселенской несправедливостью, побрела за угрюмым полицейским, который проводил меня в уже до боли знакомую комнату для допросов. Допрашивающий меня накануне следователь выглядел бесяче свежо и спокойно.
– Дайте хоть позвонить, – вместо приветствия проворчала я и, плюхнувшись на предложенный стул, пожаловалась: – И я, вообще-то, есть хочу. Где мой сбалансированный завтрак и кофе?
– Игорь, принеси ей кофе, – распорядился следователь и, оглядев меня
– Спасибо, – буркнула я и, откинувшись на спинку скрипящего стула, закинула ногу на ногу, перевоплощаясь в типичную бандитку: – Начальник, когда отпустите? Или мне уже сухари начинать сушить?
– Начинать, – без намёка на шутку, отозвался Давыдов и, открыв пухлую папку, поджал губы. Бегло прочёл несколько документов и, улыбнувшись, преобразился в милого котика. Ну или зайчика…
– Полученная от вас информация подтвердилась, – сдержанно улыбаясь, вежливо начал он. – Вас и правда не успели оформить, но теперь уже и не будут.
– Бли-и-ин, – расстроенно протянула я. – Опять работу искать. А почему они меня не хотят брать? Я же не убивала.
– Не убивали, – подтвердил мужчина и, помявшись, коротко сообщил: – Ваших отпечатков на орудии убийства не обнаружено.
– Ну вот! Я же говорила, – с осуждением выпалила я.
– Но и отпустить мы вас не можем, – завершил свою мысль Давыдов.
– Почему? – мысленно прощаясь с мечтой и свободой, проблеяла я.
– Узнаёте? – выложив передо мной несколько фотографий одного и того же мужчины, поинтересовался он.
– Это убийца, – судорожно сглотнув, кивнула я и, отодвинув снимки одним пальцем, спросила: – Как вы узнали, что это именно он?
– Посетители вип-кабинета подтвердили, что он проводил время в их компании. Потом появился вот он, – с этими словами, мужчина положил передо мной фотографию убитого. – Ушли они вместе.
– Ну вот… – протянула я и, чувствуя подвох, намекнула: – Всё же выяснилось. Отпустите, а.
– Вы единственный свидетель убийства, – нахмурившись, следователь вздохнул и, вскинув взгляд на открывшуюся дверь, замолчал.
Передо мной возник стаканчик с кофе и две булочки. Сотрудник, принёсший мне весьма скромный завтрак, тут же удалился. Булки отодвинула, а вот кофе, больше похожий на жижу с ароматом кофе, выпила почти залпом.
– Раз знаете, кто он, задержите, – утолив жажду, посоветовала я, а мужчина демонстративно усмехнулся.
– Видите ли, Снежана, – вкрадчиво начал он. – Мы его задержали ещё вчера, но к утру были вынуждены отпустить.
– И-и?..
– Он очень опасный и влиятельный тип. К тому же он вас видел и запомнил, поэтому вы следующая на очереди.
– Какой очереди? – допивая кофе, непонимающе уточнила я.
– На устранение, – коротко пояснил он, а я поперхнулась остатками кофе и, оросив фонтаном брызг разложенные на столе фотографии и документы, закашлялась.
– Вы хотите сказать?..
– Вы попали в программу защиты свидетелей. Придётся уехать и немного затаиться.
– Надолго? – обречённо проблеяла я.
– Полгода, может год, – пожав плечами отозвался следователь и, выложив на стол файл с документами, предложил: – Ознакомьтесь, а потом я вас подробно проинструктирую.