Муравейник
Шрифт:
Да, мир не без добрых людей. И стар, и млад – все уже в курсе. Земля слухами полнится и так далее и тому подобное. Нужно срочно сменить тему.
– Как в школе? Ты уроки сделала? – эта своеобразная палочка-выручалочка работает безотказно.
Внимание ребенка переключается сразу – ведь школа это самое важное –
– Да…, там еще задача… Я папу подожду.
Ох уж эта математика. Впрочем, ребенку осталось продержаться немного. Еще каких-то три недели, и все – каникулы. А там сразу к бабушке в деревню. На парное молоко.
– Ладно, Лен. А то вот-вот тетя Оля придет. Будем тут толкаться.
На нашей кухне, и правда, не развернуться. Потому мы ужинаем по очереди. Кто пришел вперед, тому и карты в руки. Моя задача приготовить поскорее, накормить своих, чтобы уступить место соседке. А чай попить и дома можно – то есть у себя в комнате.
Здесь начинается привычная канитель – картошка, котлеты, еще что-нибудь вкусненькое – может сырников изобразить к чаю? С вареньем. Оно не засахарилось там еще – дай-ка гляну. Сквозь кухонную суету я едва различаю Леночкин голосок -
– Мам, а сколько у них лапок?
– Доча, что? Не слышу. – у меня шипит сковородка и льется вода – где уж мне услышать?
Она вырастает в дверном проеме с цветным карандашом вприкуску.
– У них сколько лапок, мам?
– У кого? – тупо спрашиваю я.
– У муравьев.
Ах, да – я и забыла совсем.
– Не знаю… шесть, наверное. Да, шесть. Или… или восемь.
– Так сколько?
– Не знаю, Лен. – мне приходится честно признаться. – У папы спросишь.
Больше разговаривать некогда – нужно торопиться с ужином – наш папа того и гляди, вернется с работы. Естественно, голодный.
Дочка поворачивается и уходит – явно озадаченная.
Во всю длину альбомного листа, облокотившись на швабру, стоит муравей. То есть, наверное, муравей, потому как назвать по-другому это чудище не приходит в голову. Нижний и самый большой овал фигуры скрыт под кружевным фартучком – как у горничной. Из-под него торчат загогулины – похоже, ноги – слава богу, две.
Под впечатлением от Ленкиных вопросов я считаю лапки-усики у этого гигантского муравья. Итак, две внизу, третьей он держит швабру, четвертая болтается на веревке, что вокруг шеи – похоже, в гипсе – ой-ё-ёй… Еще одну пару лап ребенок явно не знал, куда прилепить – потому никакой пары здесь нет и в помине. Одинокая лапка исходит от пояса и заканчивается ведром. Ну да, логично – где швабра, там и ведро.
Итак, из шести лап одна сломана и одной не хватает – недурно. Усы тоже не в порядке. Их хоть и два, но один явно короче. Поломан – догадываюсь я. Вот бедолага. Без усов еще туда-сюда, но вот без лап… Туго ему придется. Как же он собирается полы-то намывать? – я откладываю в сторону рисунок.
Ленка сопит потихоньку на своем раскладном диванчике. Собралась в комочек, отвернулась к стене – свет ночника возле нашей кровати мешает ей. А куда деваться? Тут и пройти-то становится практически невозможно, как только два дивана растягиваются во всю длину. Двенадцать квадратных метров на все про все. Попробуй, впихни сюда хотя бы обычный шкаф, да раскладной стол, на котором теперь Ленкины учебники с тетрадками – а где прикажете ей уроки делать? Плюс еще тумбочка с телевизором возле окна. Вот и вся обстановка – а больше сюда и не влезет.
Конец ознакомительного фрагмента.