Муравьи не сдаются
Шрифт:
Ферда просиял от радости: “Сегодня ночью! Сегодня ночью у нас вылупятся из куколок первые муравьи. Ура!”
Ферда с такой поспешностью выбежал на прогулку, что две куколки упали из санок и ударились головами о землю.
Но Ферда даже не обратил на это внимания, он их снова положил на санки и побежал к Дровосеку, а от него к Пауку, чтобы всем рассказать о том, что должно произойти этой ночью.
Потом Ферда позвал Светлячка, чтобы он ночью освещал муравейник. Когда вечером пришёл Светлячок и осветил кладовую, всё уже было готово: Ферда украсил комнату цветами, а самых
Вот несчастье! Но, может, это не повредит им? Может быть, и из них выйдут хорошие муравьи?
Ферда и Светлячок уселись поудобнее и стали разговаривать. Светлячок стал рассказывать Ферде обо всём, что он видит ночью. О том, какие летают удивительные бабочки и сколько их за ночь съедает летучая мышь. О том, как ночью гукают совы и как они ловят для своих птенцов мышей. Он рассказывал Ферде о зайцах и ланях, которые по ночам пасутся и скачут по траве.
Светлячок рассказывал ему о… но Ферда уже ничего не слышал, потому что он, соня такой, уснул.
Снилось ему разное и, наконец, приснилось, что он в большом муравейнике и там его схватила стража.
— Послушай, а ты случайно не Отрокар? — накинулись на него муравьи-сторожа и потащили из муравейника.
Напрасно хватался Ферда за веточки, хвойные иголки и кричал: “Пустите меня, я ведь Ферда!”. Но они продолжали его тащить. Всё, за что он ни хватался, трещало и ломалось — крак! крак! А оба сторожа так сильно и так долго толкали его, дёргали и трясли… пока он, наконец, не проснулся.
Тут Ферда увидел, что его трясут не муравьи-сторожа, а Светлячок. Он кричал: “Ферда, проснись, — куколки лопаются!”
Куколки действительно уже лопались.
“Крак!” — лопнула первая куколка, и из неё выскочил молодой работник; он осмотрелся вокруг, потянулся, привёл себя в порядок и сказал, чтоб ему дали работу. Ах, как он был хорош!
“Крак!” — лопнула вторая. Из неё выскочил крепкий парень; он встал по стойке “смирно”, сделал несколько упражнений и застыл на страже у двери.
“Ага, это воин”, — подумал Ферда.
“Крак!” — лопнула новая куколка, и из неё выскочила нянечка. Она привела себя в порядок и сразу же занялась оставшимися куколками. Укладывала их получше, укладывала, и вдруг — крак! крак! — прямо под руками у неё лопнули ещё две куколки, как раз те, с синяками на головах, которые Ферда уронил на землю. Из них вылезли два мрачных, недовольных муравья.
— Гм, не очень-то у них тут красиво, — проворчал один.
— Какой странный свет!.. И пол какой неровный! — забрюзжал другой.
— И вообще нам здесь не нравится. В других муравейниках, конечно, лучше! — заворчали они в один голос.
Такие ворчуны! Всё им не нравилось. Впрочем, они и потом всё время ворчали и брюзжали,
А самого первого муравья-работника, который не боялся никакой, даже самой тяжёлой работы, назвали: Смельчак.
Первый бой
Теперь в муравейнике началась настоящая муравьиная жизнь.
Через несколько дней жук Дровосек, проходя мимо муравейника, едва узнал его.
Здесь, словно быстрый ручеёк, группа весёлых муравьев-работников тащила большое бревно. А там Ферда вёл повара за продуктами. Друзья шли в ногу и пели. Из муравейника выбежало несколько нянечек. Они просто умирали со смеху.
— Хи-хи-хи-хи! И-хи-хи-хи! Мы маму умываем, трём, а ей щекотно. И-хи-хи-хи! — и они побежали снова собирать капельки росы и пучки моха, чтобы как следует протереть и вымыть маму. Ничего, она привыкнет. Теперь уже всё будут делать только нянечки: они будут каждый день прибирать муравейник, кормить маму, мыть её, заботиться о ней, будут делать всё, что делают нянечки в любом муравейнике.
Вдруг раздалась такая грозная команда: “С дороги, с дороги!” — что Дровосек отскочил. Из новых ворот муравейника быстро промаршировала вооружённая стража, а под её охраной поспешно шли нянечки с куколками на руках. Они несли куколок греться на солнышко. Теперь их будет охранять стража.
Вдруг из муравейника послышались ещё какие-то звуки.
Кто-то ворчал, брюзжал, стонал, жаловался: “Только и слышишь: “С дороги, с дороги!” Все время работай, за всеми только и убирай! Ну, можно ли всё это выдержать?”.
Что такое? В муравейнике кто-то ворчит? Ну конечно, это Ворчун и Брюзга. Они как раз выносят полные охапки шелухи, оставшейся от куколок: в эту ночь вылупилось много новых муравьев.
“Ворчуны сердятся, а им следовало бы радоваться, ведь у них уже столько муравьев, — удивился Дровосек. — А я своих жучков-дровосеков должен ждать три года. Ну, хватит смотреть, пойду-ка лучше послушаю, хорошо ли едят мои червячки”. И жук направился к пню, но тут его остановила толстая розовая Жижала.
— Эй ты, с усами! — закричала она из своей норки. — Ты слышишь? Беги, да побыстрее, к нянечкам! Там Отрокары. Ну, беги же, не стой! — И она исчезла в земле, так и не сказав, куда бежать.
“Ой, ой, ой! Какое несчастье, какая беда! Где же искать нянечек?”
Но тут Дровосек услышал крик: “Помогите, помогите!” — К нему подбежала перепуганная нянечка. — “Отрокары отнимают у нас куколок. Помогите!”.
Теперь уж Дровосек не медлил. Он бросился прямо туда, откуда раздавались крики, и попал в самую гущу боя. Немногочисленная стража мужественно боролась с Отрокарами.
Муравьи сражались замечательно: не страшась ран, они хватали рабовладельцев-Отрокаров, катались с ними по земле, нещадно били врагов.