Мурлин
Шрифт:
Как раз в этот момент Мурлин вошла в комнату.
«Ну вот, пожалуйста, – подумал Тиббе. – Всё так и есть».
Девушка стояла перед ним в пижаме, халатике и домашних тапочках.
– Вы позволите мне просушить его у вас на батарее? – спросила она, показывая свой костюм.
– Хм… Разумеется, – ответил Тиббе. – Но я хотел бы предупредить вас…
– О чём?
– Послушайте. Вы, безусловно, можете переждать здесь часок, пока не высохнет ваша одежда. Но вы не можете
– Разве нет?
– Нет, к сожалению. Мне очень жаль. Это совершенно невозможно.
– Вот как, – вздохнула она. – Даже на одну-единственную ночь?
– Нет, – покачал головой Тиббе. – У меня нет даже кровати для вас.
– Но мне и не нужна кровать. Там, у вас в кладовке, стоит большая коробка. Картонная коробка из-под консервированного супа.
– В коробке? – опешил Тиббе. – Вы хотите спать в коробке?
– Конечно. Постелите мне, пожалуйста, свежую газету, если вас не затруднит.
Тиббе отчаянно замахал руками:
– Я дам вам денег на гостиницу. Тут поблизости есть отель.
Он быстро достал кошелёк, но она категорически отказалась.
– Нет-нет, это совсем ни к чему. Если нельзя, то я лучше пойду. Сейчас только надену мокрый костюм и немедленно уйду.
Она была такая несчастная. И смотрела такими испуганными глазами. На улице лил дождь и хлестал холодный ветер. В такую погоду и кошку на улицу не выгонишь.
– Ну хорошо, но только на одну ночь, – сказал Тиббе.
– Можно мне лечь в коробке?
– Можно, только с одним условием. Вы должны рассказать, откуда вы всё обо мне узнали. Кто я такой, и где я работаю, и что за заметку мне нужно написать.
Они услышали, как что-то плюхнулось на кухонный пол. Промокший и грязный Пушок наконец-то вернулся со своей ночной прогулки.
– Это он мне всё рассказал, – сказала Мурлин и показала на кота. – Он рассказал мне про вас. Я, кстати, говорила с очень многими котами тут в округе. И все они подтвердили, что вы – самый добрый.
Тиббе даже покраснел. Он совсем не привык к похвалам.
– Вы… вы разговариваете с котами? – спросил он.
– Да.
«Какая чепуха, – подумал Тиббе. – Она просто слегка не в себе».
– И хм… Как вы этому научились – говорить с кошками?
– Я сама была кошкой, – ответила девушка.
«Совершенно чокнутая», – решил Тиббе.
А Мурлин тем временем уселась у тёплой батареи рядом с Пушком. Они уютно устроились на коврике и довольно мурлыкали.
«Может, мне всё-таки стоит написать про неё заметку?» – подумал Тиббе.
Сегодня ночью я предоставил ночлег одной мурлычущей девушке, которая проникла в моё жилище через чердачное окно и сообщила,
«И меня тут же выгонят с работы», – подумал Тиббе.
А кошки тем временем разговорились между собой – Пушок и незваная гостья. Мурлыкали и мяукали.
– И что же сейчас говорит Пушок? – поинтересовался Тиббе в шутку.
– Он говорит, что ваши мятные конфетки лежат в банке из-под джема на верхней полке в книжном шкафу. Вы сами их туда поставили.
Тиббе встал и пошёл посмотреть. Она оказалась права.
Глава 3
Замарашка
– Всё равно мне не верится, – сказал Тиббе, – что вы можете разговаривать с кошками. Наверное, это что-то другое. Может, вы читаете их мысли или вроде того?
– Может быть, – мечтательно ответила Мурлин и зевнула. – Я пойду спать в коробку. Можно взять эту газетку?
– Вы уверены, что вам не нужны одеяло и подушка?
– Нет-нет, это ни к чему. Я слышала, Пушок спит у вас в ногах. У всех свои привычки. Доброй ночи.
– Доброй ночи, Мурлин.
В дверях она вдруг остановилась:
– Пока я добиралась к вам, я услышала парочку новостей, – сказала она. – Здесь, на крышах.
– Что же это за новости?
– У Замарашки скоро снова будут котята.
– Вот как… – вздохнул Тиббе. – К сожалению, мне запретили писать о кошках. В редакции считают, что это не слишком интересно читателям.
– Жаль, – пожала плечами Мурлин.
– А больше никаких новостей не было?
– Только о том, почему господин Смит такой грустный.
– Господин Смит? Вы про старика учителя? Я с ним только сегодня виделся. Мы же вместе помогли вам спуститься с дерева. И он вовсе не выглядел грустным.
– Но он грустный.
– Эта новость не кажется мне интересной, – сказал Тиббе. – Мало ли какое у человека бывает настроение.
– Через неделю будет ровно двадцать пять лет, как он работает учителем в школе, – рассказала Мурлин. – Он так надеялся, что в его честь устроят праздник. Это же юбилей. Но никакого праздника не будет.
– Почему же?
– Потому что об этом никто не помнит. Все забыли.
Он думал, что в школе будут готовиться к празднику… а никому и в голову не пришло.
– Разве он не может напомнить сам?
– Он ни за что не станет, слишком гордый. Косой Симон так сказал.
– Косой Симон? Это тот сиамский кот?
– Да, именно он. Я с ним говорила, и он мне рассказал. Ну, теперь я пойду спать.
Напоследок она сказала Пушку «мр-мау». А тот сказал ей «мр-миу» в ответ. Вероятно, это означало «спокойной ночи».