Мутаген
Шрифт:
Лестницу он так и забыл приставленной к краю люка, но меня это мало трогало. Вновь потянулись томительные минуты ожидания. Я уже почти собрался последовать совету Угрюмого и покинуть деревню, когда события стали развиваться по новому сценарию. Вдалеке послышался тихий рокот нескольких мощных двигателей, понемногу приближающийся к поселку. Уже через пять минут на улице стояли пять армейских «Уралов», из которых стали выпрыгивать солдаты, одетые в советскую форму. Ну ни себе же хрена! На миг у меня промелькнуло, что бородатый прощелыга сдал нас по телефону, но потом я
Старший офицер, в кителе, в начищенных до блеска сапогах и с большой кобурой на поясе, зашел в самое большое здание, где пробыл несколько минут. Через некоторое время он вернулся уже в сопровождении пузатого мужичка с бегающими глазками. О чем они говорили, я не расслышал, но к машинам стал стекаться народ.
Послышались громкие крики, часть мужиков и баб пошли прочь по своим домам, часть осталась рядом с техникой. Было очевидно, что местным явно не хочется выполнять приказы, но особого выбора у них как-то и не наблюдается.
– О чем это они там балакают? – придвинулся ко мне Макарыч. – Вроде о какой-то эвакуации. Еще и тот хмырь бородатый о ней же поговаривал.
– А кто их знает, – я и сам ничего толком не понимал, – может, тут военный объект собираются строить или плотину возводить, вот и расселяют. Нам до их иллюзорной жизни дела нет, еще немного посидим, все и рассосется.
– Может, и так, а может, еще что-нибудь, – отозвался задумчиво клятый турист, мое наказание на все время этого рейда. – Интересно, какой сейчас год и число?
– А это уж исключительно их, но никак не наше дело. Никогда, ребятки, не хватайте на себя лишние проблемы, особенно чужие, что…
Не успел я закончить мысль, как под нами раздались громкие голоса, в одном из которых я опознал недавнего бородача. Ну твою же мать! Может, и правда надо было если и не пристрелить, то дать по башке, чтоб не жужжал, да и в бесчувственном состоянии в сено прикопать. Полежал бы себе тихо, никого своими дурными воплями не беспокоя. Однозначно он военным слил информацию, тут и гадать не приходится.
– Я уже вашим солдатам сказал, что никуда не собираюсь отсель уходить, – бухтел мужик, идя на полшага позади офицера. – Это моя землица, где я еще смогу свой дом возвести и огород засеять?
Офицер только отмахивался от его слов. Я понимал служивого, бородач явно всех умудрялся доставать чуть ли не с первых секунд знакомства. Вот только информацию даже от такого источника вояка мимо ушей не пропустил, и сейчас, подойдя к сеновалу, он задрал голову и изучающе уставился на строение.
– В этом месте вы видели нескольких бойцов, – спросил он мужика и, дождавшись его утвердительного кивка, громко прокричал: – Всем находящимся на чердаке приказываю немедленно спуститься! Иначе буду стрелять!
В подтверждение своих слов он достал из кобуры на правом боку большой «ТТ». Что-то вроде этого я и предполагал. При таких размерах, в кобуре не мог находиться ни «коровин», ни «макаров». А «ТТ» еще долго оставался на вооружении офицеров дальних гарнизонов.
Не услышав
– В последний раз приказываю спуститься, иначе открою огонь.
Мы переглянулись между собою, на всякий случай взяв на мушку офицера, но молча проигнорировали чужие указания. В ответ грянул выстрел. Пуля пробила самый край крыши, оставив крохотное отверстие в полу и обрешетке у самого начала навеса. Посмотрев на края пулевой пробоины, я решил не рисковать.
– Спокойно, служивый, мы спускаемся, – крикнул я тому и молча кивнул на лестницу. Спустившись вниз и представ перед ошарашенным офицером, я сразу пошел в наступление.
– Что за дела такие, почему открыли стрельбу, товарищ капитан? – я сразу же стал давить голосом своего оппонента, не давая тому опомниться и обратить внимание на ну очень большие странности нашего снаряжения. – А если бы ранили или убили кого?
Тот тупо хлопал глазами и ничего не отвечал. Еще бы, появление пятерых вооруженных до зубов людей мало кого оставит в состоянии равновесия. Плюс наша амуниция, необычность которой капитан мог осознать с минуты на минуту, что могло привести к нежелательным последствиям. Поэтому я аккуратно забрал из ладони ошарашенного офицера пистолет и засунул его в разгрузку. Вот так, теперь и вовсе замечательно. Сомневаюсь я, что у него второй ствол в кармане или в сапоге припрятан. Это ж не спецура, а обычный строевик. Сразу видно. Ухватки, они с ходу различаются, тут не ошибешься. А сейчас, без оружия, он и глупостей не натворит, и более податлив к психологическому давлению будет. Давить же я собирался, без этого все могло свестись к той самой перестрелке с непонятным результатом и еще более туманными последствиями.
– Почему молчим, капитан, – повысил я голос, – какие ваши действия в этой деревне?
Тот начал приходить в себя и даже возмущенно трепыхнулся, попытавшись забрать у меня свой пистолет, но остановился, наткнувшись животом на ствол автомата.
– А вы кто такие? – Голос невезучего, прошляпившего свое оружие командира дал петуха. – Почему вы ходите с оружием и в таком виде, да еще приказываете мне?
– Майор Самохвалов, – представился я, – старший особой группы, направленной сюда Комитетом государственной безопасности для снятия показаний на местности после произошедшего… инцидента. Имею полную свободу действий и возможность любого отправить под трибунал, если будут препятствовать моим действиям.
После этих слов капитан сдулся. Страшная аббревиатура КГБ была вполне реальной для него, а не пустым звуком. Правда, он еще попытался что-то вякнуть насчет незаконного изъятия оружия, стараясь сохранить лицо перед подошедшими на звук выстрела и громких голосов солдатами, но я быстро его остановил.
– Не отвлекаться! Если уж оказались тут, то сверим данные. Кратко, в двух словах, изложите ситуацию!
– Осуществляется эвакуация населения после взрыва на энергоблоке АЭС! – отчеканил тот, наконец встроившись в, как ему казалось, естественный ритм. – После эвакуации поручено…