Мясник
Шрифт:
— Жека, ты ж не куришь!
— А? — Евгений удивленно посмотрел на сигарету, хмыкнул и воткнул ее в пепельницу. — Да уж, с тобой и закуришь поневоле! То, что ты термос и шапку там оставила, это, конечно, не очень хорошо, но не переживай. Такие термосы и шапки в каждом магазине продаются. Никаких меток на них нет, по волосу или крови тебя не вычислят, на термосе ты свои отпечатки наверняка смазала, сама говоришь, что в перчатках потом его сколько раз доставала! Да и тебя у них в картотеке нет.
— А ты уверен?
—
— Может, конечно, мне и кажется… только по-моему самаритянин этот не сразу сбежал.
— С чего ты взяла?
— На шею свою отмытую в зеркале посмотрела. И пальцы… видишь? — Вита протянула ему руку. — Проколы от шипов с проволоки. Немного рваные… но совсем немного… и глубокие, на всю длину втыкались — вон, палец насквозь — хорошо, на шее ни на вену, ни артерию не попали… Так вот, когда я выстрел слышала, Арик меня уже хорошо подцепил…
— Арик? — спросил Евгений, приподняв брови. Вита раздраженно махнула рукой.
— Зеня, не все сразу, дай мысль озвучить! Когда я очнулась, проволока была зажата у него в руке — один конец проволоки. Значит, он упал, не выпустив его, а тогда бы, наверное, выдрал бы шипы из моей шеи, и следы бы были совсем другие, правда? А сами собой они бы вряд ли вынулись при моем падении, да? Если вот так глубоко воткнулись? Ну, я, конечно, только предполагаю.
— Думаешь, кто-то снял с тебя проволоку и сунул этому парню в руку? Зачем?
— Не знаю, — тихо ответила Вита. — Может, сцену хотел понадежней обставить? Жаль, что я не могу его поблагодарить, он и меня, и ту женщину спас, а, может статься, и не только нас.
Евгений снова посмотрел на часы, потом сказал:
— Все это очень странно. Ладно, выясним… может быть. Говоришь, этот, — он хмыкнул, — Арик был в женском пальто и сапогах? Думаешь, он еще и был из этих… меньшинств?
— Вначале думала. А теперь… наверное он так одевался просто… чтобы дамы на него не обращали внимания. Понимаешь, когда за тобой мужик идет поздно ночью, начнешь волноваться, пугаться, можешь побежать, сделать какую-нибудь глупость, которая бы ему все поломала. А если за тобой идет женщина…
— Понятно, — кивнул Евгений, — да и маньячить в таком наряде проще, когда о существовании маньяка уже известно. Маньяк в первую очередь ассоциируется с мужчиной, но никак не с женщиной. Чудненько. Что ж, в любом случае нам с
Он встал с диванчика и пошел к двери, но потом, вспомнив что-то, вернулся и склонился к Вите, легко хлопнул ладонью по тюрбану из полотенца на ее голове.
— Ты же знаешь, Витек, люди, по своим животным инстинктам в таких вот ситуациях, как правило, делятся на зайцев и волков. Зайцы инстинктивно удирают, волки инстинктивно лезут на рожон. Иногда сложно сказать, что правильней — ведь зайцы могут добраться до телефона или позвать на помощь, а волки натворить глупостей и все испортить. А, знаешь, я все равно рад, что вместе со мной живет не заяц. Но это было глупо, Витек, очень глупо! Больше так никогда не делай!
— Это вышло случайно, — хмуро сказала Вита. — Больше не повторится. Я на роль Бэтмена или там еще какого всеобщего спасителя не претендую. Кстати, о спасителе. Пойдем-ка в комнату.
В гостиной она, сморщившись, наклонилась, пошарила в кармане окровавленной куртки, брошенной на пол, достала шокер и протянула его Евгению.
— Может, объяснишь, почему эта штука не сработала? Ты ведь утром ее при мне проверял!
Евгений взял шокер, повертел его в руках, несколько раз нажал на кнопку, потом открыл крышку аккумуляторного отсека и удивленно фыркнул.
— А с чего бы ей работать-то — без аккумулятора-то?! Зачем ты его вытащила?
— Я не вытаскивала! — Вита забрала шокер обратно и изумленно уставилась внутрь вскрытого отсека. — Быть не может! Он же не мог просто вывалиться, потеряться?!
— Не мог.
— Тогда как же… — она застыла, потом хлопнула себя по колену. — Котошихин, с-сука курляндская!
— Господи, он-то здесь при чем?!
— Помнишь, сегодня на взрыв все выскочили посмотреть? Только он один остался в конторе, помнишь, как Макс удивился? Наш Гриша не вышел с его-то любопытством!
— Всяко бывает.
— Когда я вернулась, моя сумка была сдвинута, по-другому стояла — я вначале думала, показалось.
— И что? Это не аргумент. В конце концов, он мог просто к окну подойти, твою сумку зацепить и уронить. Поднял и поставил. Зачем ему твой аккумулятор? Толкнуть хотел, что ли?
— Не знаю. Только это единственный раз был, когда я за сумкой не смотрела! — Вита вздохнула и зло швырнула шокер на диван. — Черт, ну почему я, дура, его не проверила перед выходом?!
— А я всегда говорил, что женщина и оружие несовместимы. Ну, разве что кухонный нож или мясорубка… — скептически заметил Евгений. — Ты бы ложилась лучше спать. А изысканиями будешь утром заниматься — утром разберемся, Витек. У меня полно дел, а ты отоспись. Снотворного дать? Чай не каждый день такие аттракционы?