Шрифт:
При впрыскивании одного шприца двухпроцентного раствора мгновенно наступает состояние спокойствия, тотчас переходящее в восторг и блаженство. И это продолжается только одну, две минуты. И потом всё исчезает бесследно, как не было. Наступает боль, ужас, тьма…
М.А.Булгаков, рассказ «Морфий», 1927 г.
Лето, 2002 год.
Ильдар издалека увидел одноклассника. Он помахал Машкову Денису рукой и поправил, успевшую съехать на бок, кепочку на голове маленького сынишки. Ильдар был рад встретить Дениса, в то время, когда он с сыном, окружённым кольцом девятиэтажных домов, гуляли во дворе. Широкая
– Ого! Кого я вижу?!
Денис присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с малышом. Он протянул мальцу твёрдую ладонь.
– Ну, что, Салаватка, привет!
Пухлая ручка крохи затряслась вместе со щеками. Денис с Ильдаром весело рассмеялись.
– Ильдарик, сколько уже Салавату?
– Скоро два исполнится!
– Жених! – подмигнул Денис, – скоро за девчонками бегать начнёт. Не забудь на свадьбу пригласить!
– Не сумлевайся, дядя Денис! Плигласим! Только сначала в садик и в школу походим, – коверкая слова и, подражая малышовой речи, изобразил Ильдар, трепетно чмокнув сына в макушку.
Прозвучало уморительно. Денис расхохотался.
– Ещё скажи, что для полноты картины Салавату не помешает институт? – добавил он.
– Я так далеко не загадываю, но твои рассуждения верны, – задумавшись, произнёс Ильдар. – Высшее образование для парня, в наше неспокойное время окажется кстати. Мы же с тобой получили дипломы. Хочется более счастливой и успешной судьбы для детей!
Они одновременно посмотрели на мальчугана, который с раскрытым ртом наблюдал за голубем. Салават поднял на них свои, чистые, как родник, глаза и, указав на птицу пальчиком, обезоруживающе улыбнулся.
– Главное, чтобы на жизненном пути Салавату попадались только хорошие люди и…, друзья! – внезапно пожелал Денис, – чтобы негодяи, прохиндеи, а также остальные криминальные элементы обходили его стороной!
Приятели медленно направились к песочнице, послушавшись желания беспокойного любознателя. Оставив Салавата под присмотром, ковырять песок пластмассовой лопаткой, они присели рядышком на скамейку. Ильдар пригладил пятернёй непослушные волосы.
– Когда в парикмахерскую пойдёшь? – заметил Денис, – оброс, как абориген.
Ильдар отмахнулся.
– Ай, они постоянно такие! Не расчёсывался даже. Некогда. Как дела на работе, Дэн? Ловишь преступников?
– Не совсем преступников. Меня перевели в другой отдел. Сам понимаешь, Ильдар, человек я в милиции новый. Приходится, подчиняться начальству, чтобы себя зарекомендовать с положительной стороны. Ведь недавно поступил на службу.
– Понимаю! Ну, и чем же занимаешься, если не секрет?
– Не секрет! Ловим и проводим беседы с токсикоманами, малолетними алкоголиками! Что-то их в последнее время развелось невиданное множество.
– Бог ты мой! Что малявкам не хватает?
Денис пожал плечами.
– Чёрт-те, их знает! Наверное, мозгов! Поймали паренька-токсикомана. На детской горке, в городском парке. Залил клей в пакет и нюхал. Уже накрыли под кайфом. Сидит на железном полу. Лицо прикрыл цыплячьими ладонями и плачет. Стали расспрашивать. Говорит, что не может найти выход из горки. Хотя на самом деле выхода два. И оба перед ним. Один проём даёт возможность прокатиться
– Совсем салага! – с досадой произнёс Ильдар.
Денис изменился в лице.
– А был ещё случай. Приехали на квартиру…, обнаружила мать. Вызвала «скорую». Нам сообщили тоже. Лежит миловидная девушка. Белая, как подворотничок…, рядом шприц…
– Жива?
– Нет! Наркотики…, передозировка. Восемнадцать лет, – дрогнул голос Дениса. – Срочно забрали обезумевшую мать в психиатрию. Из-за смерти дочери пыталась, сброситься с четырнадцатого этажа. Кричала, что даже не заметила, как дочь скатилась в наркотическую зависимость.
– Какая тяжёлая служба у тебя, Денис!
– Иногда думаю, что не выдержу! – горько усмехнулся Машков, – выручает лишь осознание нужности. Кто остановит волну травли наших мальчишек и девчонок, которые сами не в состоянии противостоять этому коварному врагу?
– У тебя, Дэн, очень отзывчивое сердце! Но можно «сгореть» на работе, пропуская через сердце каждую трагедию! – обеспокоенно высказал Ильдар, – а ты мне нужен, чтобы отмечать вместе наши весёлые праздники. Например, день рождения Салаватки.
– Помню, помню, когда будет день рождения твоего сынишки! – откинув голову, засмеялся Денис, – два годика – это очень серьёзный возраст для мужика! Неделю будем гудеть на юбилее!
– Без проблем! – отозвался хохотом счастливый папа.
В песочнице прибыло. Дородная, но молодая женщина в жёлтом платье привела ещё одного карапуза, держащего игрушечный танк и машину. Он с интересом следил за песчаными разработками Салавата. Женщина принялась деловито организовывать игру и вопросительно посмотрела на Ильдара, который понял суть, о чём она немо спрашивала. Он утвердительно кивнул, разрешая ей вовлечь сынишку в общую забаву. Судя по внешнему виду, мальчишки являлись ровесниками. Женщина проявила вежливую дипломатию, не вклиниваясь в разговор Ильдара и Дениса. Ей легко удалось заинтересовать обоих мальчуганов и профессионально определить в совместную игру. В песочнице стали разворачиваться военные действия с игрушечным танком и вырытым карьером. Салават живо откликнулся, миролюбиво и с невинным видом, присвоив себе танк. Прибывший карапуз, став обладателем лопатки, превратился в усердного крота, продолжая начатую работу по углублению котлована. Для Дениса это прозвучало, как знак любезно откланяться.
– Пока война не началась, Ильдарик, пожалуй, побегу! – будто оправдываясь на занятость, шутливо произнёс друг, – давай встретимся на выходных и посидим?
– Ждём в гости! – прозвучало искреннее приглашение.
Друзья поднялись.
– Скажи, сынок, дяде Денису, до свидания! – попросил Ильдар, – помаши ручкой!
– Пока, Салаватка! – не удержавшись, Денис чмокнул его в мягкую щёку, похлопав по мягкому месту, – ух! Как вкусно пахнет!
Карапуз скоротечно взмахнул рукой и спешно вернулся к игрушке. Ему было некогда отвлекаться на непонятные поцелуи и прощания.