Мымра!

Вот нужно было в свой первый рабочий день столкнуться у входа со своим бывшим. Расстались мы примерно год назад, он променял меня на южную красотку с черными кудрявыми волосами и впечатлительным размером смуглой груди. Я к сожалению, ни тем, ни другим не могла похвастаться, поэтому козырять мне было нечем. Отпустила, как говорится на все четыре стороны, почти месяц рыдая в подушку. Месяц слез и обещаний самой себе, что в моей жизни больше не будет мужчин от слова совсем. Это в двадцать шесть лет, как наивно!

– Вера? – замер, глядя на меня удивленно

Алексей. Еще бы, я сильно изменилась за этот год, – Еле узнал тебя.

– Богатой буду, – буркнула я, пытаясь пройти мимо него, но не тут то было. Алексей подхватил меня под локоток и отвел чуть в сторону от входа.

– Как ты? – вглядывался он в меня, а я вдыхала такой забытый и родной запах его парфюма. Сколько я провела ночей, уткнувшись лицом в его подушку и заливая все вокруг слезами? Много. И именно после всего этого, я стала такой, как сейчас. Алексей был, как всегда, красив, хорошо одет в светлый костюм с иголочки, белоснежную рубашку, на голове каштановые волосы лежат красивой волной волосок к волоску и я.... Вот тут полный провал. Мешковатая юбка, толстые телесные колготки и на ногах ужасные короткие ботинки. Волосы заплетены в две толстых пшеничного цвета косы, на лице огромные очки в тяжелой оправе. На плечах пиджак, под ним наглухо застегнутая до горла белая блузка. Ни намека на косметику, даже нет блеска на губах.

– У тебя какие-то проблемы? – снова оглядел меня с ног до головы Алексей, – Я могу помочь? – «Да, оставь меня в покое!» Хотелось крикнуть мне, но я вырвала свой локоть из его руки и отступила на пару шагов.

– Что тебе нужно, Алексей? Шел по своим делам, иди, я тороплюсь, – громко сказала я и на нас начали оглядываться. Еще бы, такой красавец стоит, а его чуть ли не посылает какая-то мелкая пигалица в модном бабушкином прикиде.

– Ты очень изменилась Вера, – улыбнулся Алексей. – Впрочем, тебе идет. Ты всегда была, как романтичная барышня из усадьбы. Сейчас это твой вариант, самый подходящий! – Алексей развернулся на каблуках и пошел к машине, щелкая ключом от черной БМВ.

На глаза внезапно навернулись слезы, но я усилием подавила их и чуть ли не вбежала в здание, тормознув у турникета. Ну что еще?!

– Пропуск приложите, – оглядел меня охранник, словно я какая-то мошка, что влетаю незаконно в этот небоскреб из стекла и стали.

Я отошла чуть в сторону, открывая свою безразмерную сумку, с чуть потертыми ручками. Был же пропуск, вчера выдали. Залезла на самую глубину, перебирая все что угодно, но только не пропуск. В руки лезли упаковка одноразовых платков, ручки, блокнот.

– Здравствуйте, Егор Валерьянович, – услышала я громкий голос охранника и подняла взгляд. У турникета стоял мужчина мечты, этакий элит-босс, в светло-синем костюме, вишневой рубашке и золотыми часами на загорелой руке. Галстука на нем не было, а расстегнутая пуговица открывала бронзовую кожу. Мачо из журнала Плейбой, обозвала я его, отводя взгляд и снова роясь в сумке.

– Не нашли? – спросил охранник, когда мечта многих женщин прошла турникет без пропуска и скрылась в недрах длинного коридора.

– А можно мне сегодня как он? – указала я рукой в сторону ушедшего, – У него вы пропуск не спросили.

– Я вас не знаю, и выглядите вы, мягко говоря, подозрительно, – отозвался охранник, сложив руки на своей мощной груди. Вот же паразит какой.

– А я один

раз, – попыталась я улыбнуться молодому парню, но видимо не получилось. Улыбка вышла, скорее всего, не ослепительная и неискренняя. Пришлось снова залезть почти полностью в сумку с головой, и пропуск сразу отыскался, он лежал на самом видном месте.

– Вот, – повертела я перед носом у охраны и приложила пластиковый квадратик к турникету. Зеленая стрелка загорелась и я прошла.

– Откуда вас только берут таких, – вздохнул охранник и отвернулся, здороваясь с другими.

Я миновала коридор, направляясь к лифтам. Вчера я уже была здесь, когда приходила на оформление и примерно знала, где находится лифт. Только я была на пятнадцатом этаже, а сегодня мне почти на самый верх, тридцать второй. Скажем так, моя карьера внезапно пошла по возрастающей и меня взяли в эту компанию в качестве секретаря к заместителю главного. Главный тут Завьялов Валерьян Тимофеевич, бос и олигарх, но к нему бы меня не пустили и за километр. Хотя опыт и рекомендации у меня хорошие, пять лет на месте секретаря, образование МГИМО, курсы и многое другое. А то, что моя внешность серая мышь – это только было плюсом. Хотя согласна, на должность секретаря брали в основном красоток без мозгов, но это мы уже прошли. Почему заместителю главного нужен был опытный секретарь, я не знаю, видимо, мужик уже устал работать за двоих.

Я вышла из лифта и огляделась: повсюду матовое стекло, двери в офисы, коридор уходил в обе стороны и я, пожав плечами, повернула налево. Все равно не знаю в какую сторону идти, пусть будет эта. Хорошо, что пришла на полчаса раньше, спокойно осмотрюсь. Шла вдоль стены, разглядывая таблички на дверях, отыскивая нужную, когда одна из дверей внезапно открылась, и меня со всей силой припечатало по лбу. Очки слетели, из глаз посыпались искры, и я успела только охнуть, отлетев на пару метров и брякнувшись на пятую точку. Пришла, называется, здрасте!

Вышел из кабинета, резко распахнув дверь, и оглядел странную девицу, что, почему то расселась на полу в метре от двери. Одной рукой она прикрывала свой лоб, а другой пыталась одернуть странную юбку, натягивая на колени. Мельком взглянул на нее и двинулся по коридору к лифтам. Маринки, моего секретаря снова не было на месте, и когда пришел в кабинет на ее столе разрывался внутренний телефон. Схватил трубку и услышал грозный рык отца:

– Егор, срочно ко мне! – пробасил батя, и отключился. Н-да, день начинался отменно. Посмотрел на стол Маринки, где творился полный бардак, который включал в себя разложенную косметику: тюбики с тушью, пудру, пару тюбиков с помадой, расческу, в которой застряли блондинистые волосы. Ни намека на нужные мне документы.

Звонить ей было бесполезно. Вчера полночи провели в клубе, а потом у меня дома покувыркались в кровати чуть не до утра. Сегодня, в пятницу, Маринка видимо решила, что может не идти на работу, раз спит со своим шефом. Значит, снова нужно менять секретаря. Все они на одно лицо и тело: длинноногие блондинки с пухлыми губами, а с мозгами напряг. После первых двух встреч начинают наглеть и являться на работу в лучшем случае к обеду, и попробуй только слово скажи. Начинаются слезы, упреки, приходится избавляться, сделав подарок. Вот и Маринкин час настал.