Мыс Черных сов
Шрифт:
– Птицы… – Голос капитана прозвучал глухо, как у человека, уже бывшего вне реальной жизни. – Птицы… они… повсюду… прогони их…
Первый помощник замер. Подхватив на руки капитана, он затащил его в каюту, как мог осторожно положил на пол.
Капитан захрипел, из его рта вытекла тонкая струйка крови. Стараясь не причинить боли, помощник капитана осторожно приподнял на его груди рубашку, уже заскорузлую от крови. И обомлел…
Вся грудь капитана была покрыта рваными ранами. Казалось, кто-то вцепился ему в тело острыми когтями и рвал, терзал живую плоть…
– Птицы… – вдруг снова прохрипел капитан, – черные… Они повсюду… бежать…
Из его рта хлынула кровь, тело выгнулось в предсмертной агонии, а потом неподвижно застыло. Все его мучения остались в прошлом. На судне больше не было капитана…
Несмотря на то что первый помощник был идейным коммунистом, заместителем секретаря парторганизации, он машинально осенил себя крестным знамением. А затем быстро помчался по лестнице вверх, туда, откуда доносились отчаянные крики борющихся с огнем людей.
Основной пожар, слава богу, был потушен в течение часа. После вскрытия котельного отделения были применены ручные пенные огнетушители. Несмотря на то что работа в котельном отделении производилась в дыхательных аппаратах, пар и дым не позволяли там долго находиться. Продолжить работу по ликвидации последствий пожара смогли только через два часа.
В результате были значительно повреждены электрооборудование, трубопровод, изоляция и конструкции из легкого металла. Погибли два человека из пожарной команды. И серьезно ранены были еще четверо. При изучении обстоятельств пожара был установлен ряд недостатков стационарных противопожарных средств: неисправность отдельных насосов, ненадежность закрепления сальников, вентилей.
Были сделаны выводы – обычные, как всегда в таких случаях: тщательно следить за плотностью топливных трубопроводов, не допускать в них ни малейших повреждений, даже точечного характера. А противопожарные средства должны всегда быть готовы к использованию в аварийных ситуациях.
Трупы перенесли в отсек трюма, а раненых – в медчасть. Скорость судна была снижена до минимума. Первый помощник капитана, принявший командование на себя, принял решение остановить котлы и ждать помощи. Сигнал SOS постоянно звучал из радиорубки по всем возможным координатам. Однако ответа не последовало.
И вдруг через три часа из третьего котельного отделения показался дым – загорелись находившиеся там электрическая аппаратура и кабель. Вспыхнул провод, а потом показалось открытое пламя.
Никто не мог понять, как это произошло, если пожар был уже потушен! Неужели поджог? В горящее моторное отделение можно было проникнуть, только применяя кислородные приборы. Борьба с помощью огнетушителей не дала никакого эффекта. Тогда было решено использовать водяную пожарную магистраль.
Было установлено, что хранившийся в помещении кабель загорелся на горловине дымовой трубы камбуза, проложенной через вентиляционную камеру.
Оказалось, что горловина дымовой трубы при неправильном обслуживании форсунок камбуза могла накалиться докрасна, несмотря на то что она была изолирована
Однако в этот час камбуз не использовался, и перенагрева трубы быть не могло. Это означало, что было нарушение в изоляции, через которое и произошло возгорание.
Огонь быстро уничтожил часть хранившегося кабеля и электрической аппаратуры, а также повредил все установленные кабели. Корабль погрузился в темноту. Хранение кабеля и электроаппаратуры должно было быть в специальных помещениях. Однако на корабле такого помещения не было. Никто при конструкции и оборудовании военного корабля не подумал о том, какой уязвимой частью является кабель…
Пребывая в полном отчаянии от понимания того, сколько нарушений на корабле, первый помощник вдруг очень серьезно задумался. Если в машинное отделение так просто, без цели, не пройдешь, то кто будет тщательно охранять камбуз? Какое ужасающе уязвимое место на военном корабле!
Пожар между тем бушевал вовсю. Было решено использовать водяную пожарную магистраль, качать воду из моря. Однако после того, как начала поступать вода, возгорание только усилилось. Огонь вспыхнул с яростью, словно усиливаясь от водяных струй!
Радистом был получен сигнал о том, что румынский линейный корабль будет на месте аварии эсминца через два часа и готов оказать помощь с эвакуацией экипажа.
И сразу после этого произошел взрыв – взорвался паровой котел в третьем машинном отделении, самый мощный из всех. Корабль содрогнулся всем своим огромным металлическим телом, словно складываясь пополам.
Из образовавшегося жерла в палубе вдруг прямо в небо взлетел ослепительный сноп пламени. Обломки металлической арматуры, части палубы, обивки, детали корпуса рухнули на палубу, сбивая с ног людей, калеча их и убивая.
После этой страшной вспышки огонь распространился по всему кораблю со страшной силой. Огонь, хлынувший сразу со всех сторон, захватил, поглотил весь корабль и находящихся на нем людей. Пытаясь спастись из этого ада, они прыгали в воду, но и там их настигали огненные языки из разлившегося горючего, которые стлались по воде и никого не щадили.
Корабль стал стремительно тонуть. Через полчаса все было кончено. Эсминец навсегда погрузился на дно. Погибли абсолютно все…
Глава 2
1937 год, Одесса
Сложенные вещи в коробках пятый день лежали возле двери у стенки, и Зина аккуратно передвигалась по комнате, стараясь не смотреть на эту страшную горку. Но поскольку комната не была такой уж большой, у нее это получалось не всегда. Время от времени она ударялась об эти коробки – задевала бедром, царапалась ногой, стукалась коленом, останавливалась взглядом… И вместо страха, бывшего ее обычным состоянием все эти дни, в ее душу вползали раздражение и ярость.