На дальнем берегу

Дахненко Александр

* * *

Это тени ложатся на бледность лица. Это звезды, зажженные чьей-то рукой. Это вечность, которой не будет конца. Это мудрость, пришедшая вместе с тоской. Я опять обманулся, я этому рад. Каждый день, как отрава, тревожит меня. Что ж, наверное, в чем-то я здесь виноват — Я себя создаю из ночного огня. Только мне открываются сотни чудес Вместе с тайной и дальней ночной стороной. Я впускаю в себя откровенье небес, Словно избран высокой судьбой неземной. Это тени ложатся на бледность лица. Это

звезды моя зажигает рука. Это вечность, которой не будет конца. Это мудрость, с которой приходит тоска.

* * *

Это только звезды без надежды, без любви. Это только вечность, чем-то схожая с тоской. Ничего не ведая, клянешься на крови, Чертишь небо черное уверенной рукой. Продолжая битву с бесконечной суетой, Ты еще не знаешь то, что все предрешено… То, что было важным обернется пустотой, Камнем упадет в ночи на мировое дно.

* * *

Я грезами звездными ранен. Я пойман печалью ночной. И тайнами снов отуманен Сквозь годы мой мир ледяной. Я пью одиночества чашу, А вечность сияет во мгле. И ждет, что я кровью украшу Стихи на холодном столе.

* * *

Зажигательный порыв Все равно сменяет мука, Но проходит, все простив, Остается только скука. И заветные слова Все давно уже истлели, Гаснут звуки волшебства, Звуки солнечной свирели. Тихий голос за спиной, Словно память дней минувших, Ты давно нашел покой, Средь полей Его уснувших.

* * *

Звездою странной очарован, Проходишь мимо этих дней, Тебе чудесный мир дарован, Среди пылающих огней. Улыбка тронет губы снова, И серебристая строка Умчит опять родное слово Туда, где полночь так легка.

* * *

Лениво дни перебираю, Лениво забываю сны. И незаметно умираю В объятьях легкой тишины. Осенней верен непогоде, Бросаю строчки невпопад. Смеюсь над мифом о свободе, Холодный создаю закат. И ветры полночи надменной В себя впускаю, как всегда… И где-то, на краю Вселенной Меня приветствует звезда.

* * *

К радости иль к горю Мне скитаться суждено. Сбудется все вскоре, Что предсказано давно. Сохраню свой ветер, Вставлю в рукоять меча. Ведь на этом свете Я привык рубить сплеча. Числа, откровенья — Это странный разговор. Зря просил прощенья, Не дождался, вот укор. Злостью укрывался, Да платил за все мечты. Ей зачем признался В том, что падал с высоты? Ничего не понимаю. В лабиринтах лет И с улыбкой исчезаю, Ухожу в рассвет.

* * *

Не

доживешь до весны, И не услышишь слова. Ты помнишь только лишь сны, От них болит голова. Ты попадаешься вновь Навстречу странной судьбе. Ты понимаешь — любовь Не то, что нужно тебе. Скитаясь ночью и днем Ты создаешь миражи. И мир сжигаешь огнем Своей жестокой души.

* * *

Лишь вечность признает поэта И вспомнит цвет его глаз, Бог знает, где будет это, В какой это будет час. Растает заветное слово, Вернется чрез тысячу лет, Поэту не надо иного… Он видит, он помнит ответ. Так пусть же исполнится Воля Того, Кто послал нас с небес… И скоро дойдем мы до боли, До грустных и светлых чудес.

* * *

Теперь до смерти долго ли идти, Когда осенний мир приносит сон. Когда уводят вечные пути От места, где когда-то был влюблен. Не я один забыт, но все равно Душа болит так ярко… Как всегда Стихи спешат сквозь темное окно, Поближе к звездам, прямо в никуда.

* * *

Хорошо по улицам идти В вечера, в полночные пути. И скользить по вечности своей Множеством таинственных теней. И вести нелепый спор с судьбой, Или, может быть, с самим собой. В прошлое задумчиво смотреть. Боль с лица рукой легко стереть. И печаль бессмысленной весны Навевает медленные сны. И глядятся в лужи фонари Вплоть, до наступления зари.

* * *

Увенчан серебром печальный путь, Пожалован небесною наградой. Ты не ропщи, все будет так, как надо… И ты найдешь звезду когда-нибудь. Вплети и боль, и дар в ночную тьму. Мечту свою отдай, оставь словами… Пусть все уйдет, но не погаснет пламя, Что зримо только Богу одному.

* * *

А небо затянуто тучами, А в небе ветров ворожба. И все, что здесь названо случаем Всего лишь шальная судьба. Не вечен покой за туманами. Вернется назад твой огонь. Ты снова с усталыми ранами Посмотришь в пустую ладонь. И ты уж зарекся отсчитывать Шаги от последней черты… Заря кровь твою будет впитывать, И вновь станет светом мечты.

* * *

На дальнем берегу усну, Забыв о горечи обид. Увижу как огонь летит, Услышу звонкую весну. И снова времени вуаль На землю полотном легла. И снова в вечность уплыла Моя волшебная печаль. Скажи, чего я не могу, Когда в глазах моих ветра? И нет ни завтра, ни вчера… Я сплю на дальнем берегу.