На грани

Френч Никки

Прежде чем заговорить со мной, детективы о чем-то долго шептались, раздражая меня. Наконец они повернулись ко мне.

— Послушайте, — начала я, — мне абсолютно нечего вам сказать, понимаете? Это дурацкое письмо для меня — полная неожиданность. Я в недоумении.

На лицах детективов появилось задумчивое выражение.

— М-да, — произнес Линкс. — Тогда позвольте пару обычных вопросов. В этом доме вы живете недавно. Вам случалось раньше жить в этом районе?

— Нет. Мы жили к югу от реки, в Баттерси, в нескольких

милях отсюда.

— Вам известна школа Лорье?

— А почему вы спрашиваете?

Линкс выпрямился:

— Мы пытаемся выяснить, не связано ли это письмо с другими. У вас есть дети?

— Да. Три мальчика.

— Лорье — государственная начальная школа в Хакни, у Кингсленд-роуд. Ваши дети никогда не учились там?

Я не сдержала улыбку:

— В государственной школе в Хакни? Вы шутите?

Детективы переглянулись.

— Может, вы знакомы с кем-то из тамошних учителей? Например, с Зоей Аратюнян?

— Нет. Но какое отношение школа имеет к письму?

— К этой школе имеет отношение один... инцидент. Мы проверяем, нет ли между ними связи.

— Какой инцидент?

— Такие же письма, как ваше. Но давайте вернемся к вопросам. Значит, письмо для вас — как гром среди ясного неба? Вы ни с чем не можете связать его — ни с событием, ни с человеком?

— Нет.

— Я хотел бы знать, сколько человек имеет доступ в ваш дом. Вижу, у вас идет ремонт.

— Правильно. Поэтому дом не дом, а вокзал Ватерлоо. Он улыбнулся.

— Кто ваш агент по недвижимости?

— Этот дом нам продало агентство Фрэнка Диккенса. Стая акул.

— А к Кларку вы никогда не обращались?

Я пожала плечами.

— Не помню, — ответила я. — Этот дом мы искали много лет. Связывались, наверное, со всеми риэлторами Лондона.

Они опять переглянулись.

— Надо проверить, — вполголоса заметил Стадлер.

В кухню спустился один из офицеров, а за ним — еще одна женщина. Рослая, с длинными белокурыми волосами, которые, похоже, собирал в пучок у нее на макушке слепой в темной комнате. По ее деловому костюму не мешало бы пройтись утюгом. Она несла портфель и перекинутый через руку плащ, была чем-то встревожена и запыхалась. Оба детектива кивнули ей.

— Привет, Грейс, — произнес Линкс. — Спасибо, что приехала так быстро. — И он снова обратился ко мне: — Все это очень странно. Кто-то угрожает вам. Почему — неизвестно. Мы не знаем, кто этот человек. Зато у нас есть вы. Значит, мы можем изучить вашу жизнь.

Меня вдруг охватили тревога и досада. Происходящее меня утомило.

— Изучить мою жизнь? Что это значит?

— Вот доктор Грейс Шиллинг. Она превосходный психолог, специализируется на психологии... хм... людей, посылающих вот такие письма. Буду очень признателен, если вы согласитесь побеседовать с ней.

Я перевела взгляд на доктора Шиллинг, ожидая, что от лестных замечаний Линкса она смутится и

покраснеет. Но она и бровью не повела. Прищурившись, она смотрела на меня. Мне вдруг показалось, что я пришпилена к листу картона булавкой.

— Миссис Хинтлшем, — начала она, — мы можем поговорить где-нибудь в тишине?

Я смутилась.

— Не уверена, что в доме найдется хоть один тихий уголок, — с принужденной улыбкой отозвалась я.

Глава 3

— Простите за беспорядок, — заговорила я, проводя гостью между чемоданами к дивану. — Лет через двадцать здесь будет гостиная.

Она сбросила мятый льняной пиджак и расположилась в неудобном плетеном кресле. Я снова отметила, какая она высокая и худощавая, с длинными светлыми волосами, тонкими пальцами без колец.

— Спасибо, что согласились уделить мне время, миссис Хинтлшем. — Она нацепила очки в тонкой, почти незаметной оправе, вынула из портфеля блокнот и карандаш и что-то нацарапала вверху страницы. Подчеркнула написанное.

— Сказать по правде, времени у меня немного. Я очень занята. Скоро вернутся мальчики. — Я села и расправила юбку на коленях. — Хотите чаю, кофе или чего-нибудь еще?

— Нет, спасибо. Постараюсь вас не задерживать. Я просто хочу познакомиться.

Мое волнение нарастало. Я не вполне понимала, что происходит и почему эта женщина так серьезна.

— Честно говоря, я думаю, что полицейские подняли слишком много шуму из-за пустяка. Подумаешь, какое-то дурацкое письмо! Я вообще не собиралась звонить в полицию и устраивать здесь весь этот цирк.

Грейс Шиллинг задумалась. Так глубоко, что, похоже, совсем не слушала меня.

— Нет, — вдруг перебила она. — Вы поступили правильно.

— Мне очень неловко, но я не запомнила вашего имени. Память стала дырявая, как сито. Наверное, ранний склероз.

— Грейс. Грейс Шиллинг. Должно быть, письмо вас удивило.

— Вообще-то нет. Я уже объяснила полицейским, что приняла его за чью-то глупую шутку.

Доктор Шиллинг, в деловом костюме, с блокнотом, с ученой степенью, заерзала в кресле так, словно не знала, что сказать. Ну конечно, в этом идиотском кресле начнет ерзать кто угодно — слишком уж оно неудобное. К чему она клонит, я так и не поняла.

— Читать вам лекцию по психологии я не стану. Я просто хочу сделать все возможное, чтобы помочь вам. — Она помедлила, словно пытаясь принять решение. — Вам, вероятно, известно: существуют мужчины, которые нападают на женщин, выбранных наугад. Но отправитель письма не из таких.

— Это сразу видно.

— Он видел вас. Выбрал вас. Может, это один из ваших знакомых? Он пишет, что от вас приятно пахнет. Что у вас прекрасная кожа. Как вы относитесь к этим словам?

Я смущенно засмеялась, но она промолчала. Придвинувшись ближе, она присмотрелась.