На линии огня
Шрифт:
Карлина выстрелила из большого лазера, оставив темный след от ожога на плече вражеской «Гильотины». Правый фланг удерживали только «Энфорсер» и «Великий Дракон», чье положение становилось критическим. Более того, на помощь противнику спешил еще один робот. На дисплее его изображал красный квадратик. Судя по прихрамывающей походке, у него были проблемы с гироскопом, но, несмотря на это, огневая мощь этого робота являла собой серьезную угрозу.
– «Резерв-2», приготовиться к прыжку по моей команде. Прыгаем за спину «Устрашителя». Наносим удар сзади. Может быть, нам удастся свалить его.
План не самый лучший,
Неожиданно в игру вступил «Клинт».
Сражаясь со сверлящими мозг приступами боли, Томас Фабер изо всех сил старался удержать сорокатонный «Клинт» в вертикальном положении, неуклюже продвигаясь вперед. Вентиляторы вышли из строя еще час назад, и теперь кабина превратилась в настоящую духовку – температура поднялась до сорока трех градусов. Томас уже давно потерял бы сознание, если бы не жилет с системой охлаждения. И еще понимание того, что «ангелам» требуется его помощь.
Ему удалось без особых препятствий выбраться из города и доковылять да края пустыни. Он внимательно прослушивал радиопереговоры и понял, что в городе действуют лишь какие-то диверсионные группы. Было ясно, что он найдет «ангелов» только там, где идет настоящий бой. Подойдя ближе, Томас Фабер внимательно изучил сложившуюся обстановку и пришел к выводу, что должен помочь «ангелам» в центре, там, где их действия связывает «Устрашитель» – самый мощный робот врага. Чтобы помочь своим товарищам, ему нужно было спасти Джейса Торгенсона.
Приблизившись к «Устрашителю», Фабер уже знал, что ему делать. Главное – не получить удар от своих и не свалиться раньше времени.
Еще одна группа всадников устремилась к «Устрашителю». Томас шагнул вперед и левой рукой «Клинта» захватил правую руку вражеского робота с его смертоносным излучателем. В обычных условиях боевые роботы редко сходятся так близко. Но у водителя «Устрашителя» не было никаких оснований подозревать «Клинта». Он среагировал слишком поздно, когда Томас дал очередь из автоматической пушки прямо в установленный на корпусе противника протонно-ионный излучатель. «Устрашитель» готовился к новому залпу, и теперь энергия выплеснулась через бреши в стволе, не задев, однако, Торгенсона. Томас видел, что тот еще жив, хотя и выглядит не самым лучшим образом. Так или иначе, его противник потерял треть своей огневой мощи.
Это было как раз то, чего и ждали кочевники. Трое из них набросили свои абордажные крючья на «Устрашителя» и быстро поползли вверх по его боку и спине.
Один из них перебрался к Торгенсону и, выхватив короткую кривую саблю, перерезал веревки, удерживающие пленника. Фаберу еще удалось поднять левую руку «Клинта», на которую и соскользнул едва живой Джейс Торгенсон.
Неплохо.
Фабер отступил от «Устрашителя», водитель которого, похоже, только теперь обратил внимание на набросившихся на него кочевников. Спасителю Торгенсона так и не удалось вовремя убраться с груди робота – левая рука железного исполина раздавила его как жука, прижав к броне. Но вражеский командир не забыл и о «Клинте». Оставив без внимания кочевников, карабкающихся вверх по его спине, он развернулся и ударил по и без того едва держащемуся на ногах «Клинту» комбинированным залпом двух
Это была не совсем та поддержка, на которую рассчитывал Маркус, но он и его «ангелы» воспользовались ею в полной мере. Левый фланг противника был разбит решительным наступлением наемников. Великолепно, но его правый фланг уже развернулся, изготовившись уничтожить «ангелов» комбинированным огнем.
Маркус послал в «Гильотину» последний снаряд, который, прошив броню и слой миомерного кабеля и ферротитановых костей внутреннего скелета, вывел из строя плечевой активатор. Рука робота безжизненно повисла, но «Гильотина» все же ответила огнем из трех лазеров и залпом ракет. «Цезарь» потерял еще часть брони на корпусе и правой ноге.
Большего я из него не выжму, подумал Маркус, пытаясь удержать машину под контролем.
После того как «Цезарь» лишился своего дальнобойного излучателя, температура в кабине упала до приемлемого уровня, но Маркуса это не обрадовало.
Для пушки Гаусса остался всего один снаряд. Значит, в моем распоряжении лишь средние лазеры.
Ориентироваться по дисплею было бесполезно, роботы вели едва ли не рукопашный бой. Судя по всему, кочевники сумели посеять хаос в рядах противника в центре, отдав две свои потрепанные машины за «Пса Войны». Более серьезный урон противнику нанесли всадники, которые захватили трех вражеских роботов, но из них лишь один, второй «Орион», мог двигаться.
Посмотрев в иллюминатор, Маркус увидел, как неподалеку от «Гильотины» упал на землю «Феникс-Ястреб» Карлины. Его правая рука была отрезана начисто, а правая нога держалась лишь за счет нескольких пучков кабеля.
Значит, на ходу у нас только пять роботов. И еще две машины кочевников, хотя «Энфорсер» практически безоружен.
Маркус дважды выстрелил по «Гильотине». Зеленый и рубиновый лучи лазеров пересеклись, с груди вражеского робота ручьем потекла расплавленная броня.
Еще один снаряд. Но не сейчас.
Маркус повернулся к «Устрашителю».
Нужно заставить их командира сдаться. Мы просто обязаны это сделать. В противном случае придется отступать. Отступать после стольких потерь… Это конец. Это значит, что «ангелам» уже никогда не стать сильной боевой частью.
– Шаттл! – раздался чей-то пронзительный крик. – Это «Повелитель»! Он садится в полумиле на северо-запад. Опознавательные знаки Гегемонии.
Нет, черт возьми, нет!
«Повелитель» имел внушительное вооружение и был способен сокрушить «ангелов» подобно гигантскому молоту, ударяющему по наковальне.
– Подтвердите услышанное, – приказал Маркус.
– Подтверждаю, Лир. – Голос принадлежал Джерико. Ее «Мастер Битвы» укрылся в кратере от наступающего правого фланга противника. – Это шаттл Гегемонии. Несомненно. Его сопровождают два аэрокосмических истребителя.
Маркус отступил на один шаг, готовясь ударить по «Устрашителю».
Один выстрел. Другого выхода нет. «Ангелам» придется уходить в пустыню. Это единственная возможность сохранить свой численный состав.
Вдруг его осенило.