На Патриаршем мосту
Шрифт:
– Вот и отлично! – радостно сказала я.
Дракон усмирён, пора переходить к другим подвигам. Так, что у нас дальше по планам?..
Глава 6
Из здания школы я вышла в пять часов вечера. Уставшая, но удовлетворённая. Я чувствовала себя полководцем, удачно завершившим сражение. И теперь, когда солдаты накормлены, лошади напоены, а орудия почищены и готовы к новым атакам, можно и главнокомандующему отдохнуть. А какой самый лучший отдых? Правильно, смена деятельности. Этим мы сейчас и займёмся. Нужно только заехать домой, немного перекусить, поцеловать младшего брата и забрать кимоно, и всё это сделать
Гриша, Григорий Фантиков, был главным тренером, вдохновителем и создателем той секции, где я занималась вот уже третий год. Об этом чудесном месте с не менее чудесным названием «Феникс» я узнала совершенно случайно. Причём случайностей этих оказалось сразу несколько, донёсшихся до меня из разных источников. И в одно и то же время. Буквально за день не знакомые друг с другом люди обмолвились мне о двух братьях, ведущих группы айкидо в самом центре Москвы, – а я в то время как раз подумывала о возобновлении спортивных занятий. Конечно же, такое невероятное совпадение не прошло мной незамеченным и, как оказалось впоследствии, не зря! На следующий же день я посетила тренировку Антона Фантикова, младшего брата Гриши, и влюбилась в айкидо моментально и навсегда. Это было единственное для меня место, где партнёрские отношения с мужчинами не считались чем-то странным и невероятным. Здесь я могла быть самой собой, не опасаясь, что моя дружелюбная улыбка может восприняться как призыв к действию. Здесь не было мужчин и женщин – только соратники по общему делу и надёжные друзья. Не мудрено, что всё своё свободное время я теперь проводила на татами, радуясь чудесной возможности не только общаться с интересными людьми, но и поддерживать в отличной форме своё тело. Правда, сегодня мне придётся непросто – рана на левой руке ещё не затянулась, но ничего, у меня же есть ещё и правая!
– Победа за нами? – единственное, что спросил Григорий, заметив повязку.
– Разумеется! – кивнула я и спокойно направилась в женскую раздевалку.
Вот и всё! И никаких тебе соплей, ахов и охов, назойливого любопытства и жалеющих взглядов.
– Что, с котом поссорилась? – радостно встретила меня в раздевалке Оля, успевшая надеть на себя только штаны.
Её упругое тело совсем не соответствовало возрасту – недавно мы отмечали Ольгин юбилей, пятьдесят лет. «Вот теперь-то и начинается самое веселье!» – сказала тогда мать троих взрослых детей и тем же вечером сделала себе первую в жизни татуировку. Изящная змейка с длинным ажурным тельцем огибала плечо по кругу, будто эполет. Я не приветствовала насилие над кожей, но никогда не была ханжой.
– Нет, – рассмеялась я. – Сумку у вора отбирала.
– Удалось?
– Без усилий!
– Не зря я тебя натаскивала! – усмехнулась Оля и натянула на себя белую короткую маечку. Следом за майкой в дело пошла и куртка от кимоно – старенькая, застиранная сто тысяч раз, которой Оля гордилась невероятно. Эта куртка ей досталась от нашего японского куратора и теперь сопровождала свою нынешнюю хозяйку ежедневно – Оля занимается каждый день, благо идти ей совсем недалеко, она живёт в десяти минутах ходьбы от бывшей кондитерской фабрики «Красный Октябрь», в здании которой и арендуют Фантиковы помещение.
– Не зря! – поддакнула я, бросая сумку на лавку. – Одно неудобство – как заниматься теперь в таком виде?
– Выкрутишься как-нибудь! – Оля ловко забрала длинные волосы наверх и затянула их в тугой узел. – Ты же умная! Кстати, ты ещё не созрела для репетиторства, а?
Она настойчиво повторяла попытки затащить меня к себе домой. Её младший
– Оль, ну когда? Ты же знаешь, я теперь совсем в перегрузе!
– Ой, слушай, много времени это у тебя не займёт! – почувствовав в моём голосе неуверенность, Оля сразу же схватила быка за рога. – После тренировки на полчасика забежишь к нам, ну там глаголы проспрягаете и всё! Или тебе деньги не нужны?
– Не нужны, представь себе!
– Ты что, разве так можно говорить? Лихо накличешь! И те, что есть, отберут! – Оля округлила глаза.
– Кто отберёт, Олечка? – улыбнулась я.
– А вот не смейся! Я-то знаю, что слова материальны, странно, что ты, учитель русского языка, об этом не слышала!
– «Предчувствиям не верю и примет я не боюсь 2 …»
– Вот-вот, и стихи ему почитаешь! А то сидит целыми днями за своим компьютером…
– Что же ты сама-то ему не читаешь?
– А то ты не знаешь, что люди готовы верить только чужим, а на советы близких им начхать!
– Нет пророка в своём отечестве?
– Ну так! – Она бросила взгляд на часы. – Ой, заболтались мы с тобой, подружка! Тренировка, небось, уже началась! Бежим!
– И правда! – спохватилась и я.
2
Из стихотворения А. А. Тарковского «Жизнь, жизнь».
Оставив перед раздвижными дверями тапочки, мы, совершив поклон, ступили на татами. Гриши ещё не было – значит, не опоздали и можно пока слегка размяться.
– Привет, девчонки!
– Привет, мальчишки!
Ребят в зале было уже много, чему я очень обрадовалась. Люблю, когда есть выбор партнёра, да и веселее большой командой заниматься. Основной костяк был на месте: и Серёжка Ладожский, и Рома Большов, и Тимур Рубаев. Стас Родченко, как всегда перед началом, медитировал, сидя на коленях в дальнем углу, – я даже не сразу его заметила. Не хватало только Стёпки Столярова, моего самого любимого напарника, но он обычно слегка опаздывает.
Влетел в зал Степан в тот момент, когда я, сидя на татами с вытянутыми ногами, делала наклоны вперёд.
– Ребя, вы не поверите, кого я сейчас видел! – возбуждённо воскликнул он, не забыв, правда, как положено, поклониться при входе. Я, кстати, не раз ловила себя на желании зайти в свой класс с поклоном. Вот смеху бы было у моих учеников!
Продолжить Стёпа не успел – вслед за ним, суровой походкой воина, шагал Григорий. А с ним был ещё какой-то человек. Новенький, видимо. Поскольку я ещё не оторвала взгляда от Стёпкиного лица – таким взволнованным я его ещё никогда не видела! – то на вновь прибывшего человека посмотрела не сразу. А когда всё-таки это сделала, ахнула. Вчерашний смуглолицый тип! Я не верила своим глазам. И даже головой потрясла – вдруг мираж рассеется? Не рассеялся.
В мою сторону он не смотрел. Так что у меня была возможность тихонько-тихонько отползти за колонну и затаиться на время.
– Хорошенький какой… – прошептала Олька, незаметно оказавшаяся рядом. – Новенький, что ли?
– Друзья, знакомьтесь: этого доброго молодца зовут Захар, теперь он будет заниматься с нами! – улыбаясь, объявил Григорий. – В айкидо новичок, так что прошу оказывать ему всяческую помощь и содействие.
Я заметила, что Столяров хотел было что-то сказать или спросить, но под коротким Гришиным взглядом притих.