На плотной земле. Стихотворения

Мамонов Пётр Николаевич

Лист

И все чудится треск стеклянный,Мшистый шорох широких крыл,Клюв железный, полет желанныйИ зрачков желтоватый ил.

«В жару, на измятой постели…»

В жару, на измятой постели,Под тысячекрылою тьмойМинуты длинны, как недели.Мне страшно. Что будет со мной?Мне страшно, и шорохи ночиТолкаются в сердце комком.И капли из крана пророчатНочей не смолкающий гром.

«С неба льет прямой и сильный…»

С

неба льет прямой и сильныйДождь, меняя тишину.Я молчу и струи ливняМолча давят вниз листву.На веранде пусто кресло,Где тебя я помню смутно.Между прутьев струям тесно.И стволы деревьев – углем.

Вальс

Ступени подъездов, как вздох, восковые,Слоновая кость дребезжащих роялей,Стихами усыпаны все мостовые.И вальсы деревьев, и музыка талий.Бульваров кольцо вокруг сердца все туже,Все ближе заветное, сбыточней цели.А талии музык все уже и уже,И листья-стихи с мостовых улетели.Подъезда мелодию клавиши лестницСыграли и стихло. И крышка упала.И миг удлинился и тянется вечность,И лестница тянется цвета опала.

Вечер

Имени сиреневые дали,След твоей протянутой руки.И дождей прошедшие печали,И закат восходом у реки.Цвет твоих не узнанных привычек,Тень от черной тяжести волос,Смыслы слов простые, без кавычек,Осторожной близости вопрос.Новостям нелегкая покорность,Будней ненадежные шаги.И заплатой преданная гордостьНа холщовом рубище зари.

Больничная лирика

Все так скупо. Сине-белымразлеглось и ждет потерь,как не застланная телом,чуть примятая постель.А колонны и фонтаныпо-больничному чисты.Оторвет медбрат от раныпобуревший бинт листвы.Медсестра в халате мятомсмажет шов саднящий мойльдисто-белой снежной ватой.И поправится больной.

«К небу прижму ладонь я…»

К небу прижму ладонь яИ отпечаток мой,Словно крыло воронье,Станет твоей судьбой.Тайну дактилоскопийЯ в забытьи постиг.Мой, весь из ломких копий,Яркий, как вспышка, стих.

«Когда нежданных песен звуки…»

Когда нежданных песен звукиНесутся ветром сквозь меня,Когда дождя слепые рукиРождают всполохи огня,Когда тревогой позабытойЗаметены следы минут,Когда лиловые гранитыПрожилкой трещину влекут,Я пожимаю пальцы ночи,Касаюсь шороха одеждИ мыслей шаг тревожно-точен,И так поспешен каждый жест.Несусь, несусь в каком-то танце,Мелькают спицы колеса,Луны лимонные румянцыИ звезд хрустальные глаза.Мотив окончен, спета песня,Назад, обратно, в тесноту.И оставляю поднебесьюНе воплощенную мечту.

«Пусть из пальца я высосал радость…»

Пусть из пальца

я высосал радость,Пусть булавочный это уколИ раскаянья поздняя сладость —Это все, что я в жизни нашел,Но я верю, бумажным цветеньемМоя яблоня в ваше окноВдруг качнется в порыве весеннемИ мы станем опять заодно.За одно наше прежнее утро,За одну нашу прежнюю ночь…Мне булавкою палец не трудно,Чтоб чернил раздобыть, уколоть.

Светлые дни

Светлые дни остывают снегамив сердце моем.Выстроил холод большими рукамигорода дом.Ватой укутал пустой переулокпятна шагов.Коркой хрустящей поджаренных булоквзмахи ветров.Пар от дыхания шарфом намотанна голоса.Будто случайно, дотронулся кто-тодо рукава.Нет, не обманете, вестники лета,светлые дни.Прячу лицо от холодного светав шубу зимы.

Ожидание

Усталость, занавешенная смехом,в твоих глазах печальна и светла.Назло пустым, придуманным помехамложится в руку мне твоя рука.Попрятаны желанья в жест небрежныйи сумрак губ помадой обведен.Вечерней тенью замкнуты надеждыи пальцы холодны твои, как сон.И снова наполняюсь я сомненьем,в который раз бросаю быстрый взгляд.Но тлением не принятых решенийглаза твои в ответ чуть-чуть блестят.Усталость, занавешенная смехом,в твоих глазах опущенных тиха.Назло пустым, придуманным помехамплывут, чуть розовея, облака.

«Если думать всю жизнь о небе…»

Если думать всю жизнь о небе,наверное, станешь птицей.Или белым, как птица,облаком над головой.Если думать всю жизнь о солнце,наверное, станешь пылью,или теплой, как пыль,ступенькою на крыльце.Если думать всю жизнь о море,наверное, станешь речкой,или зеленой, как речка,водой в её берегах.Но если всю жизнь думатьо той, которую любишь, —станешь мелким дождем,мокрой листвой в лесу.

С тобой

В твоих берегах-ладоняхмои протекают воды.Мои застывают годыв твоих берегах-глазах.В твоих вечерах-затонахмои затихают речи.Мои остывают плечив твоих вечерах-лугах.В твоих облаках-объятьяхмое уплывает сердце.И так далеко до смертив твоих облаках-руках.

Август

Ты не видел, как спелый августмолчал на краю дорогивлажным взглядом берез?Ты не видел, как душный августзапахи прял над лугомжужжанием диких пчел?Ты не видел, как рыжий августтаял в пруду, сереяуставшим от родов лицом?Наверное, ты не видел…Иначе, зачем бы лужамтак долго стоять, белея,в сохнущей колее?