Шрифт:
Люди всегда были и ещё долго будут таковыми, с проживанием в них сразу двух начал и выражений: на поверхности — конкретного, до коликов в животе, во всём исторически очерченного имярека и в глубине своей — родового, стержневого именно человека, кто прибавляется с веками! И не по своим бы углам — непременно во взаимодействии и взаимовлиянии. А при лучшем раскладе — во взаимозаботе и взаимоподдержке! Это наше устройство. Всех до единого. Кроме психиатрично неисправных бедолаг. Но и тех, мёртвоживущих, кто невозвратно и бездарно растерял себя
Именно так непросто сотворяется и действует Я. Такова естественность нашего бытия. Как сокровенный, никем не слышимый разговор с собой, спор или совет с совестью (необязательно «угрызения») — с беспокойным и настойчивым собеседником в сознании. Беседа не всегда приятная, отчего, глядишь, не желая её, мы раздражённо подавляем родового человека в себе, а то и гоним его со всеми острыми замечаниями и пожеланиями в самый дальний угол, откуда и воплю не донестись. А он рано или поздно выбирается и оттуда и спрашивает уже по гамбургскому счёту.
Но каждый из нас содержит ещё и Мы — влиятельную силу выбранного для себя круга людей с багажом их пристрастий и взглядов, кто тебе ценен и близок. Это Мы может совпасть с теми, в ком крепок родовой человек с его мудростью и опытом. У таких в трудные минуты наверняка найдешь крайне нужные ответы на свои важные вопросы. А может ограничиться лишь теми, от кого тебе только выгода для благоденствия. Но такие Мы и легко предают. Из выгоды же.
Как раз от этого выбора зависит содержание чуждых нам Они, — с кем бывает серьёзно, а то и резко сталкиваемся на перекрёстках жизни и судьбы.
В моих записях современник и родовой человек вместе присматриваются ко всему миру в самых разных его проявлениях и пределах. Но и друг к другу!
Да простится мне (небесами, коль уж не людьми!) та или иная нескладность, угловатость суждений! Исчерпывающая правота в коренных истинах нам ещё не дана из — за нашей начальности. Тем более с точки зрения возрастающих умом, душой и совестью Мы. Это Они уж так любят судить обо всём и всех только категорично и безаппеляционно.
Без претензии на разрешение всех вопросов мне всё же позволено задаваться ими. Но и без страха за своё небезупречное, бывало и противоречиво проживавшее, а всё же упорно и всю жизнь вочеловечивавшееся Я.
Наша психотерриториальная и умственная разделённость на Я, Мы и Они не представляет собой ничего оригинального даже для нашей предтечи — живой природы. В одном и том же виде животных (у тех же собак и кошек) нетрудно различить свою психологическую типологию — из — за разности характеров, привычек и склонностей. Мы — законное продолжение. Только и всего.
Качественно
Как заметил давным — давно один из мудрейших (по — прежнему малоизвестных!) американцев Юджин Дебс: «Всякий может быть никем, но чтобы быть кем — то, нужно быть человеком».
Я размышлял над этим всем без претензии на необычные открытия и особые откровения. Просто сделал свой шаг.
Пусть другие пойдут дальше!
Пролистал прошедшие дни, прошедшие времена — лепет, лепет. Особенно о профессиях. Всё это ерунда, не стоящая внимания. Твоя профессия — Человек. Остальное уже подробности.
Юношеский дневник 1962 г.
Меня интересует человек в ряду цивилизаций Бесконечности.
Записи 1974 г.
По — настоящему я знал за собой одно влияние — человечества. Остальные не слишком в счёт.
Записи 1987 г.
И всё — таки моя жизнь была посвящена человечеству. Этой великой нашей Космической реке — рождённому и призванному жить в космосе и космосом Человечеству, упорно и неотступно, вопреки всем бедам и негодяям всех народов и веков, сходящемуся в свою законную цельность. Доподлинно человеку с именно его обществом, мне не перепавшим, но рождающимся на глазах.
И тому дальнему свету, который выводит нас на верную дорогу. С доброй памятью обо всех известных и безвестных людях, кто крепили нам в сознании глубинно человеческие потребности, умения и ценности своей жизнью и смертью.
Жизнь, посвящённая выходу людей из рабства во всех его видах, начиная с тягостнейшего и презреннейшего — невежества!
Записи 2006 г.
И, должно быть, по чтению давних своих дневников с мечтой и тоской о Человекии вдруг догнало это чувство: заснуть бы и проснуться, а вокруг умные, деятельные, жизнерадостные и жизнелюбивые, совестливые люди!..
Заснуть можно и придётся всё равно. Проснуться не удастся.
А ведь будут, будут такие времена и с такими людьми, за кого не станет ни горько, ни стыдно. Деятельные, умные и порядочные до такой степени, что самому среди них иным не стать и не быть.
Записи 2011 г.
ЧАСТЬ 1. ДВАДЦАТЫЙ ВЕК
В семидесятые
В семидесятые, откуда ожидалось стартовать в великое будущее всей планете