На пути прогресса
Шрифт:
Главного таракана в гнезде не было. Собственно, пятнадцать бронированных тараканов и были тем самым коллективным боссом. Когда последняя тварь пала, суча лапами и истекая белой слизью, система всё-таки засчитала нам победу.
Бой завершён! Гнездо насекомых — таракан с Пельта II — зачищено! Вы получаете 27857 опыта (поделен между союзниками).
Набрано опыта — 27857/45573 очков опыта!
В награду за мучения мы получили три десятка серых шаров: пять с умениями на копья, пять на алебарды,
Гнездо далось нам почти без потерь — ну кроме ощущения жгучего позора, который заглушил даже стыд за побег Медоеда. Даже Риддик не умер, зато каждый пятый перепугался до чёртиков — а ещё почти все были ранены, побиты и морально подавлены. Если уж по-честному, можно было поискать в пещере что-нибудь ещё ценное, но в ней так воняло и от останков насекомых, и от загаженного пола, что находиться там дольше не было никакой возможности.
Когда мы выбрались на свежий воздух, солнце уже давно перевалило через зенит и начало свой путь к горизонту.
— В этой пещере было бо-бо! — вздохнул я. — А у системы явно болезненная любовь к насекомым…
Хотелось помыться, поесть и забыть про этот рейд как про страшный сон. И именно этим мы и занялись…
Глава 15. Замок из масла
До вечера мы приводили себя в порядок. Кто-то просто чистил пёрышки, а кому-то пришлось ещё и вправлять мозги. Даже в игре со всеми её игровыми условностями нервные срывы в результате преодоления фобий никто не отменял. К сожалению, самое действенное средство лежало под надёжной охраной Клопа в Мысе, так что пришлось искать другие пути — например, загрузить работой тех, кто в себя ещё не пришёл.
Я, естественно, делал вид, что со мной всё в порядке. Хотя при воспоминаниях про пещеру и её обитателей по коже до сих пор пробегали мурашки. Я не хотел больше никогда в жизни сталкиваться с тараканами, однако понимал, насколько тщетны эти надежды. Придётся держать себя в руках, и со временем я к ним привыкну и избавлюсь от фобии… Надеюсь…
Запас олова был собран немаленький, так что можно было отправляться назад в Мыс, к чему мы и стали готовиться с вечера. Добытое было распределено по корзинам, которые нам предстояло волочь на себе. Я примерялся к своей — и мечтал хотя бы о самом хиленьком, упрямом и вредном ослике. Увы, до ездовых животных в нынешних условиях нам было как до местной луны пешком… Даже если она ближе к планете (потому что выглядит больше, и рельеф виден отчётливее!) — это ещё ничего не меняет. Что четыреста тысяч километров, что триста тысяч — для бредущего пешком это как половина жизни.
Опустившаяся темнота все наши активности почти прекратила. Мы засели в срубе, доделывая дела и готовясь ко сну.
— Кто знает, как легко осветить помещение вечером? — поинтересовался я.
— Факелами! — не подумав, сказал Дно и заработал подзатыльник от Борборыча.
— Только попробуй, поджигатель хренов! — буркнул наш рейд-лидер.
— А я что? Я не предлагал! — возмутился боец. — Просто ответил на вопрос.
— Свечи
— Это решаемо, — заметил Тариг. — Находим любое растение с маслянистыми плодами и добываем из них. А можно ещё животный жир использовать.
— Животный жир, фу!.. — отозвалась Мадна.
— Так его же не надо есть! — удивился Тариг. — Жечь!
— Но ведь жир! — не унималась девушка.
— Да мы тебя умоляем! — засмеялся Толстый.
— Давай назовём его салом! — предложил Вислый.
— Или белыми прожилками в хамоне! — не унимался старший.
— Ну всё уже!.. Даже мне стало не по себе! — прервал его брат. — На святое замахнулся!
— Спасибо, Вислый! — благодарно кивнула Мадна. — А то я уже готовилась уши затыкать.
— Но я же не рассказал вам… — огорчённо начал Толстый, но увидел мой кулак.
— Про жир я тоже думал, — кивнул я. — Но откуда его брать? Я думал про пингвинов, но пока эту юркую тварь поймаешь, сам скинешь жира больше, чем добудешь…
— Надо большое животное, — кивнул Дойч. — Свинья, корова или что-то вроде того. У хищников мало жира. А ты чего задумал-то? Всеобщее «просвещение»?
— Да просто надоело по вечерам в темноте сидеть… — пояснил я. — Хочу свет в окошке и вечернее время для досуга.
— Есть досуг, для которого света не нужно, — скромно заметила Мадна.
— Для этого тоже свет нужен! — хохотнул Тубик. — Особенно мужчинам. Особенно если девушка красивая!
— Неудачно пошутила… — признала Мадна. — Забыла, что вокруг одни неудовлетворённые пошляки.
— Да когда удовлетворяться-то? — удивился Борборыч. — Всё время куда-то идём, с кем-то воюем…
— Да подождите вы с этим делом! — возмутился я (сам себе удивляюсь). — Со светом-то что? Как лампы делались? Я знаю, что фитиль нужен, ёмкость для масла…
— Филь, там никакой сложности нет, — отмахнулся Дойч. — Опускаешь фитиль в масло, даёшь пропитаться…
— А вы точно не о сексе? — уточнил Тубик.
— …Поджигаешь! — Дойч уничижительно глянул на пошляка. — Оно горит, пока есть масло. Надо только держатель сделать, чтобы плотно фитиль обхватывал. Ты церковные лампады видел?
— Эм… — признался я.
— А лампу Алладина?
— Да, в мультике! — обрадовался я.
— Вот из носика лампы должен торчать фитиль, а крышка — для долива масла. Всё просто… — Дойч лёг на свою лежанку и закрыл глаза. — Спокойной ночи!
Ударники принялись укладываться, а я продолжал сидеть перед очагом и думать — про масло. Ну ладно, можно сделать из плодов, а как же всякие семена и тому подобное? С другой стороны, сейчас у нас вообще ничего подходящего нет. Почему бы и не поискать? Можно, конечно, удовлетвориться и текущим положением дел, но чем больше мы вернём себе привычных по прошлому миру элементов — тем комфортнее будем себя чувствовать. И вообще масло — штука важная, без него никуда!
Где бы ещё плоды найти маслянистые… Надо Финика попросить… Я почти уснул, когда понял, что я — просто дурак. Сон как рукой сняло: финики! Я же помню, что из фиников делали масло. Где-то даже читал, что фараоны Древнего Египта его очень любили. Вопрос только, как его делать и из какой части финика (плода, а не растениевода).