Начало пути
Шрифт:
Радован разминал затекшие руки, Васька, зевая, без сил рухнул рядом с ящиками. Васильев достал флягу из кармана, полил немного на покрытые липкой пылью ладони, сполоснул вспотевшее лицо. Сергеев же, ничуть не показывая усталости, трусцой побежал к грузовику, лих запрыгнул в кузов и извлек из-под толщи брезента несколько ломиков. Вооружившись одним из них, капитан вернулся к беспорядочно раскиданным по траве ящикам и принялся по очереди сбивать замки, поддевая каждый из них ломиком и с нажимом надавливая на импровизированный рычаг. Капитан приглушенно ругался - работа, видимо, оказалась более
– Так и будете ворон считать?
– проворчал офицер.
– Андрюх, ну имей хоть ты совесть, подсоби! На этих-то слабонов надежды мало, - кивнул он в сторону юношей, - ты-то хоть не спи.
Васильев спорить не стал, молча признавая правоту своего коллеги, и поплелся за вторым ломом. Спустя полминуты вернулся, сжимая в руках три арматурины.
– Ну что, отдохнули, парни? Не слышу! Ясно, привал окончен! К работе приступи-ить!
Сообща работа спорилась быстрее, и вскоре последние дужки неподатливых замков были сорваны, и нетерпеливый Васька откинул одну из крышек, любопытствуя, ради чего они уже столько времени и сил затратили на этот общественно-полезный труд.
"Где-то я уже видел что-то подобное. Надеюсь, будет не так грустно, как в прошлый раз!"
Хабар был получен немалый - даже умный Васька с ходу не смог подсчитать, сколько может стоить такое количество драгметаллов. По самым примерным прикидкам, грамм серебра даже самой низкой пробы шел на рынке от тридцати балтов и выше, а полтора центнера, таким образом, могли стоить не менее четырех с половиной миллионов! Пара десятков аккуратных двухсотграммовых золотых слитков с выгравированной пробой "999", причем каждый из слитков тянул как минимум на шесть тысяч балтов, а заодно некоторое количество ювелирных украшений с легкостью округляло цену добычи до пяти миллионов.
Происхождение хабара ребятам, в отличие от офицеров, было неизвестно. Радован было попробовал выяснить, кто на самом деле счастливый обладатель сего капитала, на что Васильев пробурчал, что лучше бы ему этого не знать, ибо так и сон крепче, и жизнь проще, и шанс на долголетие повыше. Намек был понятен, к тому же, Андрей свое обещание выполнил, и каждый из ребят стал богаче еще на пять сотен балтов.
– Кстати! Если желаете, могу помочь открыть банковские вклады. Я собираюсь на пару дней в Петроград, заодно мог бы уладить и эту небольшую проблему.
– предложил Васильев.
Радован еще перед уходом в армию успел сделать долгосрочный вклад в "БалтПромБанке", где у него хранилось ни много, ни мало девять с половиной тысяч балтов - потраченные на жилье в столице деньги из лесного схрона с лихвой компенсировались средствами, лежавшими на банковской карте покойного Михаила, благо, нужный PIN-код у Радована имелся. Поэтому серб молча достал из кармана реквизиты своего счета и протянул их капитану, объяснив, куда следует перечислить полученный гонорар.
Васька, как выходец из более обеспеченной и благополучной семьи, тоже имел кое-какие сбережения, поэтому собственный банковский счет у него тоже был. Так что предложение капитана Васильева было хоть и несколько запоздавшим, но пришлось как нельзя кстати - оба парня прекрасно понимали, что хранить такую сумму
– Я думаю, не стоит напоминать, что все, что вы здесь увидели, стоит забыть.
– резко произнес подошедший к ним Сергеев.
– И вот еще что! Мы с капитаном посовещались, и решили, что тысяча балтов для двух щенков - деньги хоть и немалые, но жадность вам по ночам спать спокойно не даст. Поэтому, так и быть, после того, как мы реализуем все это, - капитан окинул рукой хаотично раскиданные по траве ящики, - мы выделим каждому из вас по пять процентов от выручки. Остальное, нравится вам это или нет, наше.
Радован, имевший опыт ведения подобных дел и прекрасно помнивший, чем могла бы закончиться эта сделка, даже сперва опешил от такой неожиданной щедрости. Конечно, по сравнению с подонком Михаилом офицеры выглядели порядочными людьми, хоть и не стеснявшимися присвоить чужое добро. К тому же, Васильев являлся непосредственным командиром Радована и Васьки, и внезапное исчезновение двух бойцов, которым сам же Васильев выхлопотал у своего лейтенанта увольнительные, немедленно бросило бы на него подозрение в причастности к пропаже обоих бойцов. Не говоря уже о том, что ответственность офицера за жизнь и смерть подчиненных еще никто не отменял.
Поэтому Радован рассудил, что поделились капитаны с ними, во-первых, чтобы покрепче привязать их к себе как соучастников и обеспечить их молчание, во-вторых, потому что убивать обоих юношей было для них слишком рискованно, да и противоречило принципам этих, в общем-то, достойных офицеров. Ну, и в-третьих, Радован предполагал, что потребность в их услугах могла возникнуть и в будущем. Ничего против такого сотрудничества Радован, естественно, не имел.
– Благодарим, товарищи командиры!
– за обоих отрапортовал Радован повеселевшим голосом.
– Смотри у меня! И ты, Головачев, тоже не будь дураком. Мы вам доверяем, но требуем, чтобы в первую очередь вы действовали в наших с Сергеевым интересах, - предостерег ребят Васильев.
– А мы позаботимся о ваших. Мне преданные люди нужны, и своих я не забываю и не бросаю.
– добавил он уверенным, слегка самодовольным тоном.
Как выяснилось впоследствии, это было не пустыми словами.
– Ну что, отдохнули? Пора грузить товар в машину!
Радован и Васька, устало вздыхая, принялись засучивать рукава ...
Глава 11
Последние мирные дни.
– Скажи, Радик, на что ты намерен потратить свою долю?
– Любопытный Головачев уже не в первый раз спрашивал Радована об этом.
– Не думал пока. Может быть, в казино пару раз схожу.
– отшутился серб.
Что ответить, парень толком не знал. Нет, он четко представлял себе, чего хочет от жизни и к чему в этой самой жизни стремится. Но понимал, что полученной четверти миллиона - а именно столько по их прикидкам составляла доля каждого из них, для создания военной корпорации этого не то, что ничтожно мало, это лишь капля в море предстоящих расходов.