Начало пути
Шрифт:
Трейлер был не новым, судя по металлическому шильдику, прибитому к стене при входе, построили его двадцать лет назад в США, но видимо тогда умели делать на века, или потом его эксплуатировали бережно и с любовью. Внутри было много пластика, дерева и кожи. Трейлер был разделен на две неравных части, вход располагался в центре, направо от входа - кухня, налево - спальный отсек, совмещенный с санузлом, в котором помимо унитаза была еще и микроскопическая душевая кабинка. Снаружи, рядом с трейлером стоял поднятый над кабиной бак с водой. Вода нагревалась бойлером. Кухня – по размерам небольшая, но скомпонована с умом. С одной: стороны мойка, газовая
Пока я оглядывал свое жилище, мне в трейлер стаскивали вещдоки взятые в поселке: бумаги, документы, цифровые носители, телефоны, фотоаппараты…и закрытый сейф, с куском пола, к которому он был приварен. Все это Витек носил в одиночку, каждый раз, грустно вздыхая, проходя мимо меня.
– Ну, чего ты скулишь? – спросил я, реагируя на поведения мальца.
– Дядь Жень, упросите отца, чтобы он меня к вам приставил, а?
– С чего бы это?
– Ну, вам же помощник все равно нужен, как водитель, например, или…или, - замялся парень, придумывая кто мне еще нужен, - или как ординарец!
– Точно! – скрывая усмешку, воскликнул я. – Пойду сейчас к твоему папеньке и упрошу его отдать тебя мне в услужение денщиком! Правда, потом прибежит ваша маменька со своими собачками и вломит нам всем звиздюлей! Вить, ты чего? На кой ляд тебе рядом со мной таскаться, пристрелят еще где-нибудь ненароком.
– Лучше пусть пристрелят, чем всю жизнь коровам хвосты крутить! – злобно прошипел паренек. – Не хочу, как батя с мамкой в навозе ковыряться.
– Понимаю, сам был молодым и горячим, только знаешь, время пройдет, и ты все равно вернешься к корням. Тем более, ну, как ты себе это видишь, что отец вот так возьмет и разрешит тебе в разгар стройки века заниматься всякой фигней?
– Понятно! – расстроено протянул Витек. – И вы туда же.
– Не дуйся, как баба на пудру, придумаем что-нибудь, - примирительно хлопнув по плечу, сказал я. – Давай начнем с малого, нельзя твоих предков сразу вот так напрягать. Надо постепенно, по чуть-чуть.
– Это как?
– Легко. Начнем с небольших поручений, которые ты будешь для меня выполнять, а когда твои родоки привыкнут, то можно взять тебя и в штат, выдать оружие.
– Какие поручения?
– Сперва, раздобудь мне план или схему поселка, еще, нужна карта местности, ну, и хорошо бы разобраться с личным составом - нужны поименные списки всех, кто здесь живет, - перечислил я, загибая пальцы.
– А, где мне это все взять?
– У отца. В штабе поселка. В главном офисе. Короче, где-то это должно быть. Схема поселка должна быть через час – полтора, - приказал я, – если родоки тебя не отпустят, то я пойму и подожду до утра. А пока свободен!
– Сделаю! – горячо выпалил паренек. – А ваше оружие в большой клетчатой сумке лежит, мамка собирала, вроде ничего не забыла.
– Спасибо, - закрыл я за Витьком дверь.
Окинув взглядом захламленную спальню, горько вздохнул и пошел в кухню.
Вдохновившись полтишком «Саузы», сварганил глазунью с мясом, и пока она доходила в сковороде, нырнул в душ.
Содержимое сковороды умял за минуту, при этом бутылка текилы опустела наполовину. Откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза, чтобы слегка отдохнуть и переварить съеденное….
Проснулся от стука в дверь. Ух ты, вот и переварил съеденное -продрых полтора часа, уткнувшись лбом в столешницу, хорошо, хоть не лицом в салате.
За дверью оказался дед Глебыч.
– Спал? – спросил доктор.
– Ага.
– Похвально. А я иду, смотрю, свет горит, думаю, дай зайду, поинтересуюсь самочувствием.
– Коньяк будете?
– Буду, - дед по-хозяйски прошел на кухню, оглядел стол, хмыкнул, увидев вскрытую бутылку текилы. – А чего так слабо? Я думал, ты первым делом укушаешься в хлам.
– С чего бы это? – поинтересовался я. – Честно говоря, отродясь запоями не страдал.
Достал из холодильника бутылку коньяка, палку колбасы, сыр, еще мяса, банку маслин. Сервировал стол, разлил по стаканам, себе - текилу, деду – коньяк.
– Ну, после пережитого, самое первое лечение – это напиться, чтобы мозг отключить, - ответил дед. – За здоровье!
– Ага, - поддержал его тост, опрокинул в себя содержимое стакана. – За здоровье!
Закусил ломтиком сыра, потом, тут же соорудил себе бутерброд с копченой кабанятиной, съел его. Налил еще по одной.
– Дык, ничего такого я не пережил, чтобы с горя напиваться. Все живы – здоровы, вроде все нормально!
– Нервы крепкие? – спросил доктор. – Если так, то хорошо, но ты если чего, лучше не хорохорься, если чего беспокоит, то не держи в себе это, выскажи. Договорились?
– Договорились.
– Держи, это тебе Витек передал, - доктор вытащил из своей сумки сложенную вчетверо схему расположения построек и дорог в поселке.
– Спасибо, а чего он сам не пришел?
– Мать не отпустила.
– А вы Сиротиных давно знаете?
– Всю жизнь, Иван вырос на моих глазах, мы с его батей за одной партой сидели, потом когда родители Ивана погибли, я даже хотел его к себе забрать, но государство решило, что ему будет лучше в детском доме. Так, что я их семейству за родного деда. А, что?
– Да, так, ничего. Размышляю просто, что, да как. Мыслей много, надо прикинуть хуй к носу. Может, поможете, расскажите, что за люди такие Сиротины?
– Почему же не помочь, помогу. Спрашивай, чего хотел?
– К примеру, вот мне Иван рассказывал, что отправился в этот мир, потому что надоело жить в старом мире. Странно как-то, все-таки у него семья, дети, на кой ляд было все бросать и бежать сюда?
– Так он же не сам сбежал, а с семьей, мало того, добрую половину села сблатовал с собой уехать. Почитай, триста человек сюда переедут в ближайшее время, а потом дай бог еще не меньше тысячи прибудут.