Шрифт:
Иллюстрация на обложке М. Петрова
Пролог
Большая часть пути через океан была пройдена, корабль спешил в гавань, а его пассажиры предвкушали скорое окончание путешествия. Сколь бы ни было комфортабельно судно, земная твердь под ногами предпочтительней любой палубы.
Мистер Джеймс Кроули играл в бридж в курительном салоне на палубе А, где собралось приятное общество. Несмотря на довольно поздний час, расходиться не хотелось, нашлись
За четыре дня апреля, проведенные на «Титанике», отцу и сыну Кроули удалось завести несколько весьма и весьма респектабельных знакомств, недаром газеты наперебой трубили о десятке миллионеров, купивших билеты для путешествия первым классом. Не все нувориши поднялись на борт роскошного океанского лайнера, некоторые в последний день почему-то передумали, испугавшись дурных предсказаний.
Но Кроули и не нужны все десять денежных мешков, для начала достаточно тех, кто здесь.
Узнав, какие сливки общества соберутся на борту «Титаника», он поспешил приобрести билеты для себя с сыном. Кроули собирались в Нью-Йорк, но позже и с меньшими затратами, однако сейчас Джеймс мог с полным основанием утверждать, что деньги не пропали, четыре дня путешествия заложили, как он считал, основу будущего преуспевания в Америке.
Слегка портил все собственный отпрыск, который вместо попыток очаровать сильных мира сего о чем-то болтал у окна с сыном железнодорожного магната Джона Тэйера Джеком. Семнадцатилетний восторженный юнец явно не годился в приятели более взрослому Патрику Кроули, но и отталкивать его тоже не следовало – железные дороги будущее не только Америки.
Время близилось к полуночи, и было решено сыграть последнюю партию.
– Не могу понять, – заметил, сдавая карты, Бенджамин Гуггенхайм, – почему вы, англичане, называете свои поместья аббатствами.
Вопрос был адресован Кроули, и тот, заглянув в свою сдачу и убедившись, что ему сегодня категорически не везет, спокойно объяснил:
– Не все, только те, на территории которых до правления Генриха VIII действительно были аббатства.
– Это тот Генрих, что казнил своих жен?
– Да, тот самый, – уже позволил себе улыбнуться Кроули.
Америка по сравнению со старушкой Европой молода, молод и ее высший свет, у многих деньги появились буквально только что, неудивительно, что иногда простые сведения вызывают у американцев удивление.
– А ваше поместье аббатство?
– Даунтон аббатство, но оно пока не мое… Я получу поместье только как наследник титула графа Грэнтэма.
Объяснить почему, Кроули не успел, «Титаник» словно что-то толкнуло, раздался несильный, но странный скрежет. Мужчины невольно переглянулись, а Джек Тэйер пулей вылетел на палубу. Следом за ним вышел и Кроули-младший.
Они вернулись тотчас.
– Там айсберг! Огромный!.. – Глаза Тэйера горели, как звезды на черном ночном небе, которые он описывал после предыдущего
Патрик подтвердил:
– Кажется, корабль столкнулся с айсбергом…
Мужчины замерли, первым опомнился Гуггенхайм, он спокойно взял бокал вина, усмехаясь:
– Тем хуже для айсберга. Столкновение с «Титаником» смертельно опасно.
Шутка разрядила обстановку, хотя никто и не переживал, все верили в непотопляемость «Титаника», как и в то, что уж они-то в полной безопасности всегда и везде.
Патрик наклонился к отцовскому уху:
– Боюсь, что это опасно…
Кроули отмахнулся:
– Не говори глупости.
Но, похоже, «Титаник» остановился, шума винтов больше не слышно.
Снова посыпались шутки, мужчины стремились показать, что ничуть не переживают.
– Этот кусок льда посмел поцарапать корпус корабля? Вероятно, капитану пришлось остановиться, чтобы подкрасить. Не можем же мы прибыть в Нью-Йорк в столь неприглядном виде!
– Ну что ж, господа, чем дольше простоим, тем больше времени останется для бриджа…
Напряженность спала, тем более никакой суеты или паники не наблюдалось.
Однако разговоры не способствовали внимательной игре, и бридж решено отложить до завтра.
Заметив, что сын куда-то уходит, Кроули остановил его:
– Патрик, куда ты?
– Отправлю телеграмму в Даунтон. Это же интересно – вдруг застрять посреди океана во льдах после столкновения с айсбергом…
– Не думаю, что радисту сейчас до тебя. Останься, завтра позвонишь и все расскажешь.
И оба вдруг почему-то подумали: если будет это завтра… Просто снаружи что-то начало происходить.
Курительный салон палубы А расположен прямо под шлюпочной палубой, потому не заметить суету на ней обитатели салона не могли. Команда расчехляла шлюпки, а это уже что-то значило. Раздались реплики, что подобные действия могут привести к опасной панике, что ни к чему волновать дам посреди ночи, а уж отправлять людей в крошечных по сравнению с огромным «Титаником» шлюпках в непроглядную тьму ночи ледяной Атлантики и вовсе безрассудство! Любая перестраховка имеет свои пределы.
Джентльмены вышли на шлюпочную палубу, чтобы понаблюдать за процессом, но находиться там оказалось невыносимо. Из котлов начали стравливать пар, что вызвало оглушительный рев, словно два десятка локомотивов сразу дали сигнал об отправлении. Было решено разойтись по каютам, чтобы успокоить своих дам.
Однако спокойствия не получилось, стюарды уже обходили каюты, прося пассажиров одеться потеплей, захватить спасательные жилеты и выйти к шлюпкам на палубу. Несмотря на страшный гул и многолюдье, паники все равно не было, никому и в голову не могло прийти, что «Титаник» уже целый час тонет. Собравшиеся пассажиры первого класса обменивались раздраженными репликами, хотя разговаривать практически невозможно.
Еще через час стало ясно, что непотопляемость «Титаника» – миф, который дорого обойдется его пассажирам.