Шрифт:
Над городом нависли тучи. Небо стало свинцово-серого цвета. И без того мрачные краски, в которые были окрашены улицы города, стали ещё мрачнее и безобразнее.
Скорее всего, будет дождь. Что же кроме него можно ещё ожидать.
Уже начинало смеркаться, когда я вышел по направлению магазина за покупкой сигарет.
Люди и машины сновали с уставшим и озабоченным видом — каждый по своей дороге и своим делам. В воздухе витал запах неопределённости и беcконечности сего состояния дел.
В том же самом воздухе стоял неповторимо противный запах. Но к нему прибавился ещё более омерзительный запах. Запах гниющей плоти. Но откуда же ему взяться подумалось мне. Не найдя ответа и преодолевая омерзение я зашёл в магазин, купил пачку сигарет и вышел.
Запах усилился. Он был похож на тот запах, которым благоухает крыса, закончившая своё существование в шахте лифта.
Раскрыв пачку, вытащил одну сигарету и, прикурив её я услышал радостный вопль за спиной.
— Выступает народный артист Советского Союза Юрий Никулин.
— Здорово Юрий. Дай сигарету.
— А, это ты Толик, — сказал я, достав сигарету не оборачиваясь.
— А ты думал кто? Черт ушастый что ли?
— Лева где?
— Не знаю, спит наверное ещё!
И в таком составе мы вошли во двор. Во дворе как обычно в такое время было тихо. Большая часть населения уже находилась дома и трапезничала, ну или старалась найти чего-нибудь пожевать.
Запах всё усиливался.
— Слышь, Толян, ты никакого запаха не чувствуешь?
— Неа я уже третий день ничего не чувствую!
— А что так, заболел что ли?
— А…. кто его знает! Нет просто не чувствую.
— Последствия карнавала наверное?
— Да нет, откуда такое счастье!
За этим вот незатейливым разговором мы дошли до боли знакомой скамейки и расположились на ней.
Уже совсем стемнело.
— Что-то Левы не видать!
— Сейчас будет, — сказал голос позади.
Голос позади не обманул — мы обернулись и увидели Леву. Он степенно направлялся к нам.
— Откуда ты узнал, что Лева идёт?
— А с чего ты взял, что это я тебе сказал?
— Значит, ты тоже слышал?
— Конечно я же не глухой! Но от этого мне не легче.
— Добрый вечер всем без исключения — сказал Лева и деловито поздоровался с нами за руку.
— Как она? — спросил Толик.
— Да ничего! Только проснулся. Вчера всю ночь книгу читал, потом в институт поехал. Вернулся часам к трём и вырубился.
Я посмотрел на часы большая стрелка приближалась к десяти часам.
— Сон мне снился непонятный — сказал Лёва.
— А ну рассказывай, — оживился я.
— Ну
Так вот иду я к вам и слышу как вы спорите о том, что в воздухе какойто непонятный запах.
— Да не спорили мы, — говорю я.
— Он просто утверждал, что в воздухе трупами пахнет, — сказал Толик.
Лева остановил своё изложение и с изумлением посмотрел на нас.
— А вы откуда знаете что я во сне видел?
— Да не знаем мы ни о чем! Рассказывай дальше! — перебил Толик.
— Ну так вот подхожу я к вам и здороваюсь. Вы, поздоровавшись со мной, продолжаете спорить. Прислушавшись к вам, я слышу как ты Толик рассказываешь Юре что видел сегодня ночью как сосед мой Самсон тащил за собой какой-то мешок. Решив проследить за ним он спустился с крыши и вышел во двор. Но во дворе никого не было. Побродив немного по двору он сел на скамейку покурить и услышал голос Самсона.
— Ну и что, что я такой здоровый, ведь душка то у меня нет!
Тут он дико засмеялся, и выбравшись из кузова стоявшей возле скамейки грузовой машины, начал бегать по двору. Толик сорвался со своего места и побежал за ним. Самсон добежал до газовой будки в конце двора, забрался внутрь и исчез в темноте.
— Ты, Толик, тоже зашёл в эту будку и стал звать его.
— Самсон, ты чего сдурел! А ну быстро выходи!
А из темноты доносится.
— Нет меня здесь, и вообще я исчезаю.
И больше в темноте никаких признаков жизни не наблюдалось. Ты вышел во двор из газовой будки и пошёл по направлению к скамейке. Из далека ты какбудто видишь, что на ней уже кто-то сидит. В душе ты уже обрадовался, что это я или Юрка. Будет с кем поделиться об увиденном и услышанном. Ты подходишь к скамейке, садишься на неё и доставая сигарету прикуриваешь. Но ты не смотришь кто на ней сидит, и тут твой нос учуяв непонятный запах, заставляет тебя повернуть шею по направлению к сидящему. И кого ты думаешь там увидеть?
— Даже боюсь себе представить! — сказал Толик.
Нет там не Юра. С тобой рядом на скамейке сидит Лариска. В его голову по самые уши вбит топор, а она сидит и улыбается. Она говорит тебе.
— Вьетнамский солдат был прав. Этот Самсон настоящий маньяк. Видал какую шляпку он мне подарил?
С этими словами она вытащила из своей башки топор заорала.
— Сейчас я этому похотливому наркоману Леве башку сниму. При жизни не смогла, а сейчас мне терять нечего.
Но тут я проснулся.