Шрифт:
Глава 1
«Когда, наконец, закончится эта скучная вечеринка?»
В тускло освещенном вестибюле дворца своего друга шейх Хасан аль-Аббас раздраженно хмыкнул и повернулся к мужчине, стоящему в паре шагов от него.
— Думаешь, я могу просто исчезнуть, не привлекая ничьего внимания, Бенедикт? — спросил он, прекрасно зная, что именно ответит его преданный помощник-англичанин.
— Ваше отсутствие, несомненно, будет замечено, ваше высочество, — осторожно заметил Бенедикт, — учитывая тот факт, что вы — один из самых почетных гостей. Более того, ваш побег обидит вашего старинного друга, который желает видеть
Хасан сжал кулаки. Как он ненавидит тесный воротничок и мешающий свободно дышать галстук! Он отдал бы все за то, чтобы сейчас почувствовать привычную мягкость шелка, вскочить на спину самому быстрому скакуну из своей конюшни и помчаться галопом по жаркому песку пустыни.
— А что, если я считаю, что эта ночь не принесет счастья моему другу? Что, если его шаг кажется мне не просто необдуманным, а смешным? Что, если, по моему мнению, он совершает самую большую ошибку в жизни?
— Чаще всего мужчинам сложно сказать друг другу правду в лицо, когда дело касается женщины, — дипломатично заметил Бенедикт. — Особенно если дело дошло до свадьбы.
— Но дело не в том, что я не одобряю его невесту! — сказал Хасан, не в силах больше скрывать раздражение, разъедавшее его изнутри с того самого момента, когда его друг, принц Алессандро Сантина, объявил о помолвке с Аллегрой Джексон. — Хотя и это само по себе уже трагично. Хуже всего то, что он предал женщину, которая предназначалась ему в супруги с самого рождения! Женщину, которая стала бы для него гораздо более достойной женой.
— Возможно, его любовь слишком сильна, чтобы…
— Любовь? — прервал его Хасан, чувствуя, как по горлу поднимается колючий комок из острых гвоздей гнева. Разве кому-нибудь известно больше, чем ему, о том, как иллюзорна любовь и какую разрушительную силу имеют последствия этой сладкой муки? — Любовь — всего лишь оправдательное название для страсти, — выплюнул он с презрением. — Правящие особы не имеют права позволять похоти брать верх над разумом или сердцу затмевать голос рассудка. Он должен был поставить долг превыше желания.
— Да, ваше высочество, — послушно отозвался Бенедикт.
— Только представь себе, что будущий тесть Алекса — нечистый на руку бывший футболист, меняющий жен и любовниц как перчатки?
— Я в курсе слухов, ваше высочество.
— До сих пор не могу поверить, что он собирается жениться на представительнице семейства Джексон. Ты видел, что они вытворяли на балу? Меня чуть не стошнило, когда я увидел, что они хлещут шампанское, как воду, и выделывают дурацкие па на танцполе.
— Ваше высочество…
— Эта женщина, по имени Аллегра, не имеет права быть женой коронованного принца! — В ярости Хасан стукнул тыльной стороной ладони по соседнему столику, заставив его мелко задребезжать. — Она — шлюха, такая же как ее мать и сестры. Ты видел сцену, которая заставила меня сбежать сюда? Ее сестра с осанкой и голосом коровы забралась на сцену и попыталась петь?
— Да, ваше высочество, видел. Но коронованный принц твердо решил жениться на мисс Джексон, и я сомневаюсь, что что-то сможет повлиять на его решение. Может, вам все-таки стоит вернуться в бальный зал, прежде чем ваше отсутствие станет предметом обсуждений?
Но Хасан не слушал, по крайней мере, своего помощника. Он поднял руку, и все его тело застыло в напряжении. Ему что-то послышалось. Или кто-то. Возможно, всему виной месяцы, проведенные в местах сражений, заставляющие его искать опасность повсюду. Он
— Ты это слышал?
— Нет, ваше высочество. Я ничего не слышал.
Хасан еще мгновение простоял в напряжении, прежде чем уверенный ответ помощника не заставил его, наконец, расслабиться. Возможно, сегодняшний вечер был одним из самых ужасных светских событий в его жизни, но безопасность обеспечивалась на высшем уровне.
— Тогда давай вернемся на этот смехотворный прием. Посмотрим, может, я смогу найти себе более или менее сносную партнершу для танца. Женщину — полную противоположность Аллегре Джексон и ее вульгарной семейке.
Двое мужчин исчезли из тускло освещенной комнаты, и в дальнем, самом темном углу просторного помещения пошевелилась Элла Джексон, которая не могла прийти в себя от возмущения и досады.
Да как он посмел?
Подождав пару минут, она наконец решилась немного потянуться, разминая руки и ноги, онемевшие от долгого пребывания в одном положении. Она практически не дышала все это время, боясь разоблачения. Внутренний голос подсказывал ей, что удача повернулась к ней лицом, позволив остаться незамеченной и не спровоцировать очередной приступ гнева высокомерного чудовища, которое позволило себе оскорбления не только в адрес Аллегры и Иззи, но и в адрес всей ее семьи.
Другой мужчина называл его «высочество», и, судя по его манере держаться и говорить, он принадлежит к королевскому роду. У него низкий голос, и говорил он с чуть заметным акцентом. В нем слышится властность и гордость. Неужели он — тот самый шейх, о котором шепчутся все кругом? Старинный друг жениха, которого с огромным нетерпением ожидали на сегодняшнем приеме, словно божество, снизошедшее на землю?
Все еще чувствуя дискомфорт, Элла поднялась. Вышивка изящного платья неприятно царапала кожу, а растрепавшиеся кудряшки давно нуждались в расчесывании. Ей срочно необходимо принять меры, в таком виде невозможно вернуться на торжественное мероприятие, посвященное помолвке ее сестры Аллегры с коронованным принцем из королевской династии Сантина. Даже если сама она готова отдать всю свою месячную зарплату за то, чтобы больше там не появляться.
По горькой иронии, она сбежала с вечеринки по той же причине, что и шейх. В тот самый момент, когда ее сестра Иззи залезла на сцену, чтобы спеть, сердце Эллы гулко ухнуло вниз и у нее появилось непреодолимое желание исчезнуть с лица земли. Она обожает Иззи. Правда, обожает, но почему она постоянно выставляет себя на посмешище? Зачем петь при огромной аудитории, если ты абсолютно лишена слуха?
Элла нырнула в плохо освещенный вестибюль и, услышав приближающиеся голоса, поспешила затаиться в дальнем углу за каким-то массивным сундуком. А потом она услышала оскорбительные слова мужчины, разговаривающего с акцентом, который разнес в пух и прах ее семью.
Самое горькое было в том, что он сказал правду. У ее отца действительно было огромное количество любовных связей, включая двух бывших жен, на одной из которых он был женат дважды. Помимо этого, длинный список любовниц, информация о некоторых из которых появлялась в прессе, о других — нет.
А ее бедная мама, безнадежно преданная мужчине, от природы не способному на верность? Ее милая, глуповатая мама так слепо обожает отца, что согласилась выйти за него замуж во второй раз, позволив ему снова вытирать об нее ноги официально.