Шрифт:
Предисловие автора
Какие-то свои тексты я пишу, что называется, «кровью сердца». Это значит – я долго их вынашиваю, обдумываю, мучительно подбираю слова, чтобы точно выразить все то, что хочу перенести из головы на бумагу... И даже, пожалуй, не столько из головы, сколько откуда-то оттуда, где находится, по моим представлениям, та самая «бессмертная душа». Я прошу прощения за столь «высокий» слог, в жизни, естественно, все выглядит совершенно не так выспренне, но мне просто кажется, что так будет понятнее. В общем, это такие вещи, которые нельзя не написать, потому что это единственный способ от них избавиться, чтобы они не мешали спокойно жить днем и крепко спать по ночам. Они, эти вещи, кроме всего
А бывает и совсем по-другому. Что-то получается сразу, легко и быстро, как песня. Вдруг – мелькнет идея, сама собой нарисуется канва, возникнут какие-то образы, и все это легко и гладко тут же ложится на бумагу. Про такие вещи я говорю, что написала их «левой ногой».
Мне самой, естественно, гораздо ближе первые. Но большинству моих читателей, среди которых есть и близкие друзья, чьему вкусу я безусловно доверяю, чаще нравятся вторые. «Ну чего ты мучаешься со своей „кровью сердца“, когда у тебя все так прекрасно получается „левой ногой“, – говорят они мне. – Зачем пытаться объять необъятное?»
А вот этот последний роман написался вообще очень странно. С одной стороны, я думала над ним, вернее, его, очень долго. Он крутился у меня в голове несколько лет, обрастал идеями, какими-то новыми сюжетными образами, впитывал новые мысли... И в него действительно вошло много важных для меня вещей. Я, честно говоря, даже побаивалась к нему подступаться, все откладывала, все додумывала. А когда все-таки начала – он неожиданно написался легко и быстро, на одном выдохе. Нет, поймите меня правильно, «выдыхала» я тоже где-то полгода, но для меня, а уж тем более для романа, это небольшой срок.
В нем, в этом романе, очень много всего. Тут и семейная гармония, и измена, и краденые драгоценности, и усыновленные дети, и загадочные исчезновения, и нетрадиционные отношения полов, и экскурсы в прошлое вплоть до античной мифологии, и романтика дальних странствий... Но в то же время – он очень простой. Потому что все это многообразие несочетаемых понятий можно легко описать несколькими словами – кризис среднего возраста. И тут сразу начинается новое противоречие, потому что за этими всем известными и даже несколько набившими оскомину словами на самом деле скрывается очень сложный период жизни каждого человека, особенно если этот человек – женщина. Кризис среднего возраста – это такое время, когда ты, несмотря на все свои предыдущие жизненные достижения – а они к этому возрасту, как правило, бывают уже весьма значительными – вдруг резко и неотвратимо понимаешь, что время уходит, что молодость – кончилась, жизнь летит между пальцев со страшной скоростью, а ты еще ничего не успел! И не успеешь, если вот сейчас же, сию минуту, не сделаешь чего-то такого... Такого... Непонятно какого, но такого, чего ты раньше никогда не делал. И немедленно хочется погнаться за этим неизвестно чем, успеть, догнать, схватить, чтобы пожить еще чуть-чуть так же ярко, как в молодости, пока совсем все не кончилось.
К счастью, в большинстве случаев кризис среднего возраста проходит все-таки раньше, чем мы успеваем натворить в своей жизни чего-нибудь совсем уж необратимого. И, когда он тебя отпускает, и ты останавливаешься в этом безумном забеге наперегонки с собственной жизнью, становится абсолютно понятно, что главное и лучшее в твоей жизни – то, что у тебя уже есть. И этого достаточно, и это прекрасно, и не надо ничего больше. Ну, или если все-таки надо – то оставаясь в пределах разумного.
Вот такая история и происходит здесь с моей героиней. Сразу хочу оговориться – это не я, и вообще никто конкретный, это начисто придуманный мной персонаж. Обычная женщина, как вы и я, в меру красивая, в меру разумная, вполне благополучная и успешная – в ней нет ничего сверхъестественного, кроме, может быть, способности фантазировать и верить своим фантазиям. Верить настолько, что эти мечты, прорываясь из мира фантазий в сферу реальности, трансформируют жизнь не только моей
Вот, собственно, и все. Я сказала то, что хотела. Теперь слово за вами.
Тетрадь кончается, молодость кончилась, все – случилось.Теперь – огонь, поленья, тапочки, жидкий супчик...Но – шуба с плеч, жемчуга в декольте, в кольцах руки – ах, Ваша милость!Себя – как купюру в кулак полового –«Пей за мое здоровье, голубчик!»Кресло гнездом, пяльцы, атлас-кружева, яблочный запах,Англицкий плед, кубинский табак, уверения – бесполезны.«Ваши знакомства не делают чести, а впрочем – увидимся завтра».В ложе бинокль блеснул...«Пей за мое здоровье, любезный!»Дети почти что выросли, часы пробили три пополудни,Жемчуг порвался – досада, ассигнацию мелко сложилаИ – за обшлаг мундира. Ах! Уворованные поцелуи!«Прощай навсегда, пей за мое здоровье, служивый...»Никому не посвящаю.
Пролог
– Мам, ты мне нужна. Ты занята? Мам!
– Я ем. Яблоко жую.
– Нам по истории задали сочинение.
– Ну и?
– Ну мам! Ты можешь послушать? По истории. Задали. И скоро уже сдавать.
– Очень хорошо. А я при чем?
– А ты помоги мне, а? Ты же все это знаешь... И все равно пишешь...
– Не знаю я никакой истории. Я ее не люблю.
– Эту знаешь. Там про древних греков. Ты мне сама рассказывала, ты ее любишь.
– А что про греков? Чего вам хоть задали-то?
– Ну, там надо написать, придумать свою историю. С вариантами. Как могло бы быть, если бы... Ну, например, если бы изменилось что-то одно, потом изменилось бы и другое. На примере греков.
– Ну ладно. Чего ты сам-то знаешь про греков?
– У них были мифы. Герои и боги. Ну, и еще демократия в Афинах. Законы Солона, да?
– Да-а. Что-то в этом роде. Слушай, а может, все-таки сам придумаешь? Ты же вон – все знаешь... И мифы, действительно, мы с тобой читали. Возьми и сочини сам какой-нибудь новый миф... А мне завтра статью сдавать.
– Мне тоже сдавать! И вообще – кто у нас тут главный сочинитель? Творческий работник... Что тебе стоит?
– Какой же вот ты противный. Видишь же, я работаю. Знаешь же, что я историю не люблю. И все равно пристаешь.
– Это не история, это мифы. Их ты любишь, ты сама говорила. Ну мам!
– Ну ладно. Только тогда действительно про мифы. Никакой истории. Все будет про богов.
– Почему?
– Почему бы и нет? Они мне больше нравятся. Греческие боги – почти как люди, человечные такие, только возможностей у них больше. А проблемы все те же. А не согласен...
– Согласен. Только пусть про людей тоже будет. И про войну.