Надоело
Шрифт:
Механический звон допотопного будильника с треском разорвал утреннюю тишину. Еще с детства он бесперебойно трубил Алексею подъем, и каждый раз Гогулин нервно подскакивал, судорожно шаря руками по полу, чтобы поскорее заглушить этот лязгающий звук.
Быстро умывшись, он достал из холодильника пакет с кефиром, отломил кусок белого хлеба и сел завтракать, машинально поглядывая на часы.
Ровно в семь двадцать, облачившись в костюм и затянув на шее, никогда не развязывавшийся и потому
И вот в тысячный, наверное, раз он повторил до омерзения надоевший маршрут: автобус, метро, пересадка, опять метро. По заведенной привычке без пяти минут девять он бодрым шагом подошел к высокому, зеленоватого стекла, зданию со скромной золотистой табличкой возле входа и тут только обнаружил, что магнитной карточки-пропуска на шее нет. Он всегда вешал ее на зеркало в прихожей, чтобы не дай бог с утра не забыть, но сегодня утром ее там, видимо, не оказалось.
«Во дела!» — пронеслось у него в голове.
Такое с ним было впервые. За все четыре года работы в «Агате» он ни разу не забыл эту карточку, берег ее, как зеницу ока — за утрату пропуска налагался приличный штраф. Это, конечно, ужасно неприятно — без карточки перемещаться по зданию, сплошь оборудованному электронными замками, крайне затруднительно. Даже покурить не выскочишь. К тому же считыватель на турникете у главного входа фиксирует время прибытия сотрудника на работу, так что теперь придется тащиться к начальству, просить, чтобы его вручную отметили в электронной ведомости. Унизительно, конечно, но не смертельно. Каждый из сотрудников когда-нибудь да попадал в подобную ситуацию. Поэтому Алексей смело вошел в здание и направился к охране. Он приблизился к застекленной стойке и небрежно побарабанил пальцами по переговорному устройству.
Крепкого телосложения охранник с бритой головой вопросительно посмотрел на Алексея и, ткнув указательным пальцем в кнопку селектора, сурово произнес:
— Вы к кому?
— Толян, да ты что?! Это же я, Леха Гогулин, — опешил Алексей.
Но в ответ «Толян» нахмурил брови и еще строже произнес:
— Я вас, кажется, спросил: вы к кому? Ваши документы?
— Да… ты… вот незадача! — совсем растерялся Гогулин и полез в карман пиджака за паспортом.
Охранник принял документ через узенькую щелку между стеклом и стойкой.
— Вас нет в списке, — заявил он через минуту, возвращая паспорт. — Вы пропуск заказывали?
— Я же здесь работаю!
Алексей схватился за голову и отступил на шаг. Он ничего не понимал. Просто какая-то мистика! Четыре года он проходил через этот турникет и прекрасно знал охранника Толю и его напарника Олега. И вот они смотрят на него, как будто в первый раз в жизни видят. Нонсенс!
Алексей судорожно огляделся по сторонам в поисках поддержки. В это самое время в дверях показался Миша Тихонов из отдела информационных технологий, с которым
— Мишка! — закричал Гогулин. — Мишка, здорово! Слушай, тут ерунда какая-то творится. Я карточку дома забыл, а меня не пускают.
— Простите, — пробормотал Миша, сторонясь его. — Я вас знаю?
— Мишка, да ты что? Это же я. Гогулин… Леха.
Тихонов вытаращился на Алексея, усиленно морща лоб.
— Извините, не припомню, — наконец сказал он и быстрым шагом направился к турникету.
— Мишка! — растерянно произнес Гогулин. — Что за шутки?..
Но тот уже взбегал по лестнице, испуганно оглядываясь.
— Да что же это такое! — воскликнул Алексей и нерешительно подошел к висевшему на стене телефону внутренней связи.
Он набрал номер своего начальника.
— Я слушаю, — раздалось в трубке.
— Игорь? Это Гогулин. У меня тут…
— Кто? — оборвал его Игорь.
— Г-гогулин. У меня тут проблема небольшая, я пропуск забыл…
— Молодой человек, вы случайно не ошиблись?
— Нет! — вскричал Алексей. — Игорь, вы… мы же только вчера…
— Если это шутка, то совершенно несмешная.
В трубке послышались гудки.
«Ну, ладно! — закипая, подумал Гогулин. — Не хотите по-хорошему?»
Он набрал номер отдела кадров.
— Жанна Панченкова, слушаю вас, — послышался звонкий голосок.
— Жанна, доброе утро! Это Алексей Гогулин. Извините, что беспокою вас по пустякам. У меня тут казус случился: оставил дома пропуск и никак не могу попасть на свое рабочее место. Вы не могли бы выдать мне временный пропуск, на один день?
— Как, вы сказали, ваша фамилия?
— Гогулин. Алексей Гогулин. Из операционного отдела
Повисла непродолжительная пауза.
— Сожалею, но у нас нет сотрудника с такой фамилией.
Алексей медленно повесил трубку. Неужели он сошел с ума? Или предыдущие четыре года жизни ему просто приснились? Да чушь какая-то! Бред! Он совершенно нормальный человек. Это они тут все с ума посходили. Какой-то массовый гипноз!
Гогулин вскипел. Он уверенно направился к турникету и перепрыгнул через него. Но в ту же секунду перед ним выросли два здоровенных охранника. Они молниеносно скрутили его и, подтащив к входной двери, бесцеремонно вышвырнули на улицу.
— Уроды! — крикнул им вслед Алексей, вставая и отряхиваясь.
Надо было что-то делать, куда-то бежать, кому-то жаловаться. Не могут же его так просто взять и выгнать с работы, по сути дела — ни за что! Надо собраться с мыслями. Он машинально завернул в магазин и прямиком направился к винному отделу.
«До чего же водка нынче подорожала!» — вздохнул он, скользя взглядом по ценникам.
Гогулин выбрал бутылку подешевле и подошел к кассе.
— Восемьдесят три девяносто, — дежурным тоном произнесла кассирша и вопросительно посмотрела на него.