Наемники
Шрифт:
– Трудный вопрос, – пожал плечами Олесь. – Группа не имеет полномочий вести подобные беседы. Тем более, давать какие-либо обещания. Хотя страна действительно нуждается в продуктах питания. Это не секрет. Население государства постоянно растет, а пахотных земель катастрофически не хватает.
Интерес к путешественникам со стороны Альберта сразу угас. Тасконец получил всю необходимую информацию. Об остальном пусть думают министры.
Правитель повернулся к Брауну и небрежно сказал:
– Стив, позаботься о том, чтобы гости хорошо отдохнули. Представь их обществу и особенно дамам.
Воины вежливо поклонились правителю и двинулись вслед за распорядителем.
В тот же миг толпа унимийцев соединилась, и проход перестал существовать. Придворные, не стесняясь, принялись обсуждать диалог Альберта с чужаками. До наемников то и дело доносились некоторые обрывки Фраз.
На женщин иностранцы впечатления не произвели. Отсутствовал привычный для местных красавиц лоск.
Многие не скрывали своего отвращения по отношению к Карсу. Мутант во дворце – неслыханная дерзость. Хотя в качестве экзотики и развлечения кое-кого он все же заинтересовал.
Мужчины высказывались гораздо осторожнее. Они прекрасно знали, что такое огнестрельное оружие в руках хорошо подготовленных солдат.
Несчастный случай с маркизом Сонторо лишь подтверждал это правило. За неказистой внешностью наверняка скрываются расчетливый ум, стальные мышцы и смелое сердце.
Неожиданно все разговоры стихли. Внимание присутствующих вновь было приковано к трону, перед которым появился седовласый тасконец в золотистой ливрее. Чопорный старец являлся главным распорядителем торжества. Выдержав паузу, унимиец торжественно выкрикнул:
– Герцогиня Менская и принцесса Николь!
Медленно и грациозно в зал вошли две женщины. Одной на вид около тридцати пяти, второй не больше восемнадцати.
Жена правителя страны оказалась тихой и скромной женщиной. Она никогда не отличалась красотой, и свой недостаток старалась компенсировать милосердием и душевной теплотой.
Простолюдины ее буквально боготворили. Тасконка не раз покидала стены дворца и раздавала на улице бедным детям деньги.
Ее муж и высокородные дворяне воспринимали это как чудачество и слабоумие. К бедняжке никто никогда серьезно не относился.
Сейчас герцогиня была одета в роскошное голубое платье с глубоким декольте, на шее сверкало колье из драгоценных камней. Она скромно улыбнулась гостям и села в кресло справа от трона владыки.
Девушка, расположившаяся слева от Альберта, являлась прямой противоположностью герцогини. С ее юной красотой не могла соперничать ни одна придворная дама, несмотря на то, что унимийка почти не пользовалась косметикой.
Правильные черты лица, маленький прямой нос, чуть припухлые губы и нежный румянец на щеках производили сокрушительное впечатление на мужские сердца. Густые черные волосы украшала изящная серебряная диадема. Узкое розовое платье подчеркивало безукоризненность фигуры, а корсет едва сдерживал молодую упругую грудь.
В отличие от большинства гостей, принцесса не носила дорогих золотых украшений. Впрочем, они ей и не требовались. На балу не было бриллианта ярче, чем Николь. Судя по манерам, покладистостью характера девушка не отличалась.
Гордый,
– У принцессы, наверное, немало женихов? – осторожно заметил Аято.
– Не совсем так, – очень тихо ответил Браун. – Перед вами – единственная дочь покойного герцога Эдварда. Очень умная и своенравная особа. Ее образованию позавидует любой мужчина. Согласно местным законам, она имеет право выйти замуж только за дворянина как минимум в десятом поколении. Подобных фамилий в Мендоне не так уж много…
– Порой для брака хватает и одного случайного красавца, – улыбнулся самурай.
– Возможно, – согласился унимиец. – Но Николь – редкое исключение. О ее презрительных отказах постоянно говорит весь двор. Сейчас в герцогстве уже никто не пытается добиться руки высокомерной принцессы. Никому не хочется быть посмешищем.
Вошедших в зал дам тасконцы приветствовали уважительными поклонами и реверансами.
Стоило герцогине и принцессе сесть, как тотчас заиграла музыка. Очень оригинальный стиль, с периодически меняющимся темпом и длинными проигрышами отдельных инструментов. Таким образом, слушатели могли по достоинству оценить мастерство всех исполнителей.
Между тем, гости направились к столам, стоящим вдоль стен. Слуги в парадных ливреях разливали вино и подавали изысканные закуски.
Нельзя сказать, что во дворце процветало чревоугодие и пьянство, однако каждый дворянин считал своим долгом пригубить бокал в доме хозяина торжества. В результате, к концу бала некоторые мужчины и женщины с трудом передвигали ноги. Впрочем, это давало новую пищу к сплетням и веселило скучающую знать.
Примерно через полчаса заиграла совершенно иная музыка. Более медленная и мелодичная. Путешественники сразу заметили одну интересную особенность – партнеров приглашали на танец не только кавалеры, но и дамы. Данный факт никого не шокировал и считался вполне нормальным.
Женщины вели себя достаточно раскованно и двигались легко и непринужденно. И хотя унимийцы не придерживались в танце строгих правил, друг друга они касались лишь кончиками пальцев. Более тесное сближение считалось неприличным.
Один неверный шаг мог привести к дуэли с мужем, отцом или братом оскорбленной тасконки. Изящные пируэты с партнершей превращались в весьма рискованное развлечение.
Однако повес и забияк это лишь забавляло. Ведь вступать в поединок с профессионалом решались далеко не многие, и тогда мерзавец начинал откровенно издеваться над родственниками женщины.
Распорядитель очень осторожно и деликатно разъяснял чужеземцам нюансы придворной жизни. Стива специально приставили к путешественникам, чтобы по незнанию они не наделали глупостей.
Осознав опасность, которую таило в себе занятие танцами, воины посчитали угощение наименьшим злом и приступили к поглощению разнообразных блюд.
Надо отметить, готовили местные повара великолепно. Изысканные закуски удовлетворяли самым требовательным запросам гурманов. Столь же превосходным оказалось и вино, обладавшее терпким сладковатым привкусом.