Наг
Шрифт:
– Как же ты его будешь целовать? – ехидно спросила Софи.
– Не знаю, может, и не буду, – пробурчала я, подходя все ближе. – Дай мне камень, темно, ничего не видно.
Софи протянула мне светильник. Я подняла кулон повыше, стараясь разглядеть во мраке клетки нага.
Он обнаружился в дальнем углу. Со дня нашей встречи змей сильно похудел, напоминая не грозного воина, а заморенное голодом животное– тощий, грязный, сгорбленный от холода, он выглядел жалко, но с интересом и без агрессии наблюдал за нами.
– Фу-у-у, какой он. Неужели
Наг опустил голову и отвернулся к нам спиной, отползая в самый угол клетки.
– Эй, ты разумный? – тихо позвала я, стараясь привлечь его внимание. Мужчина вздрогнул, но не обернулся, закрывая уши руками. Ему стыдно? Стыдно, что мы видим его таким?
– Кончай этот цирк, Ди, нужно выбираться. Ты все равно не станешь целовать это грязное страшилище, – тихо сказала бесцеремонная Софи, заставляя и без того смущенного нага буквально съежиться.
– Замолчи, Софи. Он не виноват в том, что с ним так обращаются, – прикрикнула я на подругу. – Если ты меня понимаешь, то подойди к нам, – без особой надежды позвала я нага.
Змей обернулся и с какой-то грустной усмешкой посмотрел на меня, но отрицательно покачал головой, показывая, что не подойдёт.
Я уже развернулась было уходить, но свет упал на грустные золотые глаза, и сердце снова дрогнуло.
Он ведь все понимает, а с ним как со зверем. Эльфы лишили его не только свободы, но и права считаться разумным. Еще и мы со своим любопытством. Я вынула камень лиера и стала водить им по решетке в поисках замка, чтобы открыть клетку.
– Ты что творишь? – зашипела подруга, пытаясь забрать у меня подвеску, но я только оттолкнула девушку. – Дура, даже если он не дикий, то это преступление. Одно дело шалость – посмотреть на нага, а другое – выпустить его. Нас либо он убьёт, либо лиер.
– Уходи. Я сама все сделаю, – тихо сказала я, продолжая поиски замка.
– Как я уйду без твоего пропуска? Сумасшедшая! – ругалась Софи, но я все решила.
Моя рука нащупала какой-то узел внизу решетки. Когда кулон коснулся его, замок с громким щелчком открылся, и дверь с противным скрипом отворилась.
Наг в неверии уставился на меня и пополз к выходу, а Софи, громко взвизгнув, побежала прочь по коридору.
Мне было страшно. Сознание как будто раздвоилось: внутри была какая-то иррациональная уверенность, что змей мне не навредит, но чувство самосохранения напоминало, с каким остервенением и силой наг пытался разбить прутья, чтобы выбраться на волю в прошлый раз.
Я опасливо попятилась, а мужчина поднял руки ладонями вверх, показывая, что не планирует нападать. С тихим шелестом узник выскользнул из клетки и пополз ко мне, вызывая дикое желание убежать, но настороженный, понимающий взгляд золотых глаз успокаивал, лишая бдительности. Оставив расстояние между нами в пару шагов, наг показал на зажатый в моем кулаке кулон и ткнул пальцем в ненавистную ему полоску коричневой кожи на шее.
Я протянула подвеску,
– Ты не можешь взять кулон, но хочешь, чтобы я коснулась им этого ошейника? – спросила я, пытаясь понять его пантомиму.
В ответ наг активно закивал, болтая колтунами свалявшихся длинных волос.
Не без опаски я протянула руку и дотронулась до шеи нааганита, легонько касаясь расцарапанной кожи. Мужчина вздрогнул, а потом ошейник стал более объемным и отвалился от нага, вызывая у него облегченный вздох.
Наг радостно посмотрел на меня и открыл рот, как будто хотел что-то сказать, но из горла вырвалось только сдавленное хрипение. Мужчина задумался, но потом кивнул каким-то своим мыслям.
– Надо выбираться отсюда, – сказала я.
Змей уверенно кивнул и довольно шустро пополз впереди меня. На первом же повороте он хотел завернуть не туда, и мне пришлось его окликнуть.
– Постой, ты не знаешь дороги. Я пойду первой. Не представляю, как мы проведем тебя незаметно через город, – пробурчала я, до конца еще не понимая, как это решение изменит мою жизнь.
Софи ждала меня возле дверей, ведущих к выходу из Магистериума, но, само собой, не могла уйти без ключа. При виде ползущего за моей спиной нага девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки – ведь раз я жива и цела, то змей все же не дикий.
– Открывай быстрее, – буркнула она, опасливо отодвигаясь подальше от нага.
Улица встретила нас морозной темнотой.
Змей зябко ежился и дрожал от холода. Я протянула ему свою куртку, сбросив её с плеч, но наг резко отпрянул, не позволяя накинуть одежду на себя.
– И куда мы его денем? И как проведём туда, он ведь заметный и голый, – как-то брезгливо сморщилась Софи, но помощь пришла неожиданно в лице Ингерда в сопровождении моего папы.
– Бегом в экипаж, – крикнул отец, открывая дверцу.
Софи заскочила молнией, а наг колебался, я же ждала, когда он заберется.
– Чего ты медлишь, давай быстро, – поторопил нага отец, смело хватая змея за руку и волоча за собой к карете. Если бы наг сопротивлялся, то у папы наверняка бы ничего не вышло, но мужчина покорно залез в карету, и мы двинулись в неизвестном мне направлении.
Я стянула со своего сиденья шерстяной плед и осторожно укрыла плечи змея, за что получила от мужчины благодарный взгляд.
Пару минут мы ехали молча, потом змей спохватился и начал хрипло шипеть, не в силах справиться со своим голосом.
– Что такое? – спросила я.
Наг начал активно махать руками, показывая на мой кулон и на окно.
– Ты хочешь, чтобы я выбросила амулет? – в ужасе спросила я.
Нет, я люто ненавидела этот символ принадлежности лиеру, но меня строго-настрого предупредили, что последствия избавления от этой штуки будут самыми неприятными, а лиер не производил впечатления эльфа с хорошим чувством юмора, хотя я весёлых эльфов вообще ещё не видела.