Наглая морда
Шрифт:
– Серьезно, древнеарамейский? Однако, удивил. Выходит, коллеги? Может, еще по чашечке тяпнем по такому случаю?
– Почему не тяпнуть, с хорошим-то человеком. И с круасаном, если можно. Привык утро с круасаном в лапах встречать.
– Для тебя, Шимми, друг, и круасана не жалко. Так, что за дело у тебя ко мне?
– Расскажу, и оно станет уже твоим. Не против?
– А у меня есть выбор?
– Умереть за родину легче легкого, а вот служить ей, быть настоящим, а не квасным патриотом не каждому дано.
– Истинно глаголешь, не про меня будь сказано. Опасное дельце, видимо, предлагаешь,
– Да мне без разницы: «ал» или «аль». Гангстер и есть гангстер, большой он или маленький ростом. Думаю, все же до стрельбы не дойдет. Надеюсь, во всяком случае. В «Невских ведомостях» сегодня пишут о происшествии в частном привилегированном клубе. Ты вообще в курсе, что в нашем городе гостил знаменитый шахматист Станислав Дубакин? Нет? Так вот, слушай. Убит. Совсем мертвый. Он был приглашен для сеанса одновременной игры вслепую. Двенадцать досок, конечно, мелочь несерьезная. Неофициальный мировой рекорд по сей день принадлежит американцу Джорджу Колтановскому: он смог выиграть пятьдесят партий и свести вничью еще шесть, не проиграв ни одной!
– Здорово!
– Ближе всех к рекорду подобрался русский чемпион Алехин. Он сыграл «вслепую» на 32 досках на Всемирной выставке в Чикаго в 1934 году. Сеанс продолжался двенадцать часов. Представляешь, что это ему стоило?
– В смысле денег?
– Да нет же… Психики, нервов. Или вот Ботвинник. После возвращения из Англии, где он давал сеансы одновременной игры, спустя несколько недель по просьбе врачей-психиатров из института Бехтерева воспроизвел ход всех партий. Титан мысли. Память как у слона.
– Но не бесплатно же… Память, как у слона. Скажешь тоже. Как у ферзя!
– Само собой, существует призовой фонд для поощрения, как во всяком приличном турнире. Ну, а для избранной публики, что при деньгах, как в нашем случае, сеанс вроде забавы. Захотелось, видите ли, местным коммерсантам острых ощущений. Стоимость билета – миллион рублей. Не так много, но и не мало для рядового любителя этой игры. Поэтому таковых в салоне и не наблюдалось, сплошь богатенькие, которым выбросить миллион – плевое дело, чтобы потом похвастаться, сделать селфи и разнести по знакомым в Инстаграме. Наш убиенный герой, правда, не Алехин был, но все же гроссмейстер в узких кругах известный. А организатором выступил местный меценат, потомок дворянского рода, как он сам себя называет, некто Серж Малосельский. Но случилось неожиданное: приезжая знаменитость влюбилась с первого взгляда в дочь Малосельского, Варвару. А та, не будь дурой, не теряя времени ответила Дубакину взаимностью. Готовились вместе удрать заграницу. Представляешь, Ромео и Джульетта, любовь с первого взгляда?
– Что ж такого, бывает. Девица, вероятно, жила взаперти, была лишена мужского внимания, потому первый же встречный мог возбудить в ее душе бурные чувства. Эка невидаль. Об этом многие
– Но это еще не все. Перехожу к сути. Во время сеанса, когда уже стало ясно, что гастролер выигрывает все партии, тому стало плохо, и он скончался буквально на глазах немедленно приехавшего врача. Полиция в шоке. Губернатор в изумлении.
– И нам поручено провести расследование, так?
– Так.
– И почему нам?
– Могу только догадываться. Без Босса, видимо, не обошлось. В смысле, он тоже любит сгонять партийку в шахматы с дежурными чертями в офисе, когда ничем другим не занят. Заинтересован, сказал, найти виновника. Ты же не думаешь, что великие шахматисты мрут, как мухи, без весомой причины? Кто-то, скорее всего, постарался. Дело чести Небесной канцелярии найти убивца.
– А что с Варварой? Как, кстати, у нее с отчеством, Сержеевна?
– Забудь, не про тебя девица. Знамо, что переживает. Заперлась, от любимой «Пицца хат» отказывается, никого не принимает. Заламывает руки: ах, любовь, любовь, мон ами, на кого ты меня покинул… покончу, говорит, с собой непременно. Ей, дурочке, объясняют, что любовь и счастье отнюдь не синонимы… И слушать не хочет. Между тем, женихов на рынке знакомств пруд пруди, огромный выбор… Эх, молодо-зелено.
– А ты откуда знаешь?
– За мной все кошки бегают.
– Ага. Потому что ты рыжий.
– Именно.
– А отец, этот потомственный дворянин, как его, Малосельский?
– Еще предстоит выяснить. Но имей в виду: у него связи во властных структурах, с губернатором на брудершафт, вместе в сауну с девочками по субботам ходят. Бизнесмен, деньги на строительство нового храма пожертвовал недавно. На нем – казино, ночные клубы… С такими надо бы поосторожнее держаться.
– Не верится, что богатый человек будет подставлять свою шею под топор правосудия по пустякам.
– Вот и мне не верится. Спросим у него, что да как. За спрос денег не берут, сам знаешь.
– У него, наверное, охрана, и близко не подпустят.
– С этим не беспокойся, Босс все устроит.
– Да уж, не сомневаюсь… Мастер по перевоплощениям. А ты, случаем, не из их числа?
– Бывало всякое. Не уверен, что могу ответить однозначно. Но обещаю предупреждать.
– Условный знак?
– Звук.
– Я из кошачьего языка только «мяу» понимаю.
– Вполне достаточно на первое время.
– Тогда поехали.
– Чур, я за рулем. С ветерком прокачу. Давненько за баранкой не сидел.
– А права у тебя имеются?
– Прав тот, у кого больше прав. А больше, чем у Босса, прав нет ни у кого. Даже у заведующего Небесной канцелярией. Да не боись ты, прорвемся. У меня с полицией разговор короткий: бац-бац – и в дамки. Пристегнитесь, будьте так добры.
– Хватит болтать, Шимми, следи за дорогой. Скажи, что тебе известно.
– Немного, мой господин. Дубакину во время сеанса стало плохо, он пожаловался на головную боль, тошноту.
– Ни с того, ни с сего?
– Перед этим попросил принести ему воды. Кажется, воды.