Нахал
Шрифт:
Девица стонала всё громче. Я стыдливо сжала бедра, опасаясь реакций своего тела. Мечтала скорее оказаться под одеялом и избавиться от влажных трусиков…
– Да… Да-а-а! – слились воедино их грязные стоны и всхлипы.
Попятилась назад, но тут же вздрогнула, услышав глухой насмешливый звук падающего стекла. Кто-то из гостей оставил бутылку пива на полу, и я ее уронила. Черт!
– Ты же говорил, ее рота солдат не разбудит…
Не дослушав до конца, понеслась в комнату, сгорая от унижения и стыда. Забралась в койку,
Нет. Нет. НЕТ!
В коридоре послышались голоса и звуки шагов. До хруста зажала уши ладонями, сожалея, что до сих пор не изобрели машину времени или аппарат, подтирающий память, как у героев фильма «Люди в черном». Кратковременная амнезия сейчас была бы очень кстати.
Входная дверь громко хлопнула. Разом стихли все звуки. Я кашлянула – собственное сердце встало поперек горла.
– Ангелина, мы можем поговорить? – его низкий чуть запыхавшийся голос вибрировал озадаченными нотками.
– Проваливай! – обняла себя руками за талию, болезненно жмурясь.
Какого черта ему надо?! Или мало одной?! Дернула подбородком от накатившего отвращения.
– Я не из тех, у кого вырубает мозги при виде красивых сисек. До сегодняшнего утра, – с губ мужчины сорвался надрывный хриплый смешок, я судорожно сглотнула. – Если бы не Машка, вынес бы эту хлипкую дверь к чертовой матери. И Феликс бы меня порезал… – Ахнула, резко присев на кровати. По коже разлился озноб. Мамочки, да он больной на всю голову! – Лин, мне жаль. От греха подальше переночую в отеле…
– Вали отсюда! Еще минута – и я вызову участкового! – слова сорвались с губ раньше, чем я успела подумать.
– Осторожнее с выражениями. Один удар ноги – и тебе уже никто не поможет, белоручка! – предостерегающе выдал Эд.
– Проваливай! – заорала, не жалея связок.
По венам разлился гнев.
– В следующий раз буду загадывать аккуратнее.
Пришлось напрячь все слуховые рецепторы, чтобы изловчиться расслышать его сникший глухой баритон.
Секунда – и любопытство одержало верх.
– Загадывать ЧТО? – выкрикнула все тем же озлобленным тоном.
– Помнишь бал маскарад несколько лет назад у вас в доме? Ты стояла на сцене в белоснежном платье и каком-то смешном кокошнике. Феликс сказал: «Ангелина Железнова тебе не по зубам…» – Эд недобро рассмеялся. – Я загадал чертово желание – хотя бы раз увидеть тебя в своей койке. Прямо так и пожелал. Жаль, Вселенная поняла меня буквально…
В горле запершило, а пальцы дрожали так, что я никак не могла стянуть дурацкую резинку с волос.
– …Ангелина? – прошептал напряженно.
– Удачи, Эд. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.
– Да уж. Отдыхай, белоручка. На этом матрасе можно прекрасно выспаться.
Через
– Уехал, и скатертью дорожка, – устало пробормотала, проталкивая кончик пальца в узкую неразработанную дырочку между ног.
Одно прикосновение, как удар током. Влагалище стало ритмично сокращаться вокруг указательного пальца.
– Э-э-д… – закусила губу, разведя бёдра настолько широко, насколько позволяла растяжка.
Импульсы удовольствия расходились волнами по всему телу. Волосы разметались по подушке. Меня трясло от экстаза. Сладко кончила, вдруг ощутив его похабный запах, запутавшийся в кончиках растрёпанных волос…
Ещё ни одного мужчину не желала настолько сильно…
Сочи. Два года спустя
– Приехали, – подмигнул седовласый горец за рулем тюнингованной «девятки».
Я вылезла из такси, окунувшись в тягучий раскаленный воздух южной ночи.
– Приехали, – загадочно повторила вполголоса.
Несколько недель назад меня утвердили на главную роль в романтической комедии известного российского режиссера. Голова до сих пор кружилась от счастья.
Завтра с раннего утра начинался первый съемочный день, поэтому сейчас я должна была набираться сил в кровати. Но судьба подставила подножку – из-за нелепой задержки рейса пришлось проторчать в Домодедово на шесть часов дольше положенного, а вишенкой на торте злоключений стала потеря багажа.
Блеск!
Усталая грязная и злая я вошла на территорию плохо освещенного двора. Хоть время близилось к полуночи, здесь было весьма оживленно: повсюду сновала молодежь, доносились пьяные голоса и завывания под гитару. Настоящая дворовая романтика.
– Привет, крошка. Помочь? – резко обернулась, застигнутая врасплох.
Песнопения под расстроенную гитару стали громче, а непринужденный смех превратился в отвратительный гогот. Ну вот, для пущего драматического эффекта не хватало только стать мишенью местных гопников. Я покачала головой, мысленно молясь, чтобы моя квартира оказалась в ближайшем подъезде.
– Эй, цыпочка, разве здороваться не учили? – раздался за спиной злорадный женский голос.
Еще раз повернулась, стараясь адекватно оценить обстановку: в центре двора стоял внедорожник, вокруг которого дислоцировалась компания из десяти человек. На языке вертелась тирада отборной брани, но, рассудив, что мне необходимо продержаться здесь минимум месяц, решила не портить в первый же вечер отношения с местной шпаной.
– По ходу она немая. Ха-ха! – выкрикнул кто-то из компании придурков всея Руси.