Нахалка
Шрифт:
И вот теперь, когда его личный телефон трезвонит мелодией, установленной на звонки Элизабет, Полина сопротивляется всякому движению с его стороны.
— Милая, — МЧ погладил ее вдоль спины здоровой рукой. — Мне нужно ответить.
— Угу… завтра.
— Полин?
— Да…
— Это Элизабет.
— Эли… — еще не проснувшись, она резко села, от чего въехала по больному плечу МЧ, и начала протирать лицо. В свете горящего торшера, ее смятая одежда, запутанные волосы наводили на приятные мысли. Что говорить о голосе, который со сна продолжал хранить хрипотцу,
— Что или нет? — опомнился он.
— Так ты ответишь на ее звонок или нет?
— Отвечу.
Элизабет говорила торопливо, еле сдерживаясь от едких замечаний в сторону его гостьи. От чего ее голос при косвенном или прямом упоминании Полины становился выше и тоньше.
«Что-то нашла, желает предъявить», — подумал он, прежде чем Элизабет потребовала его присутствия в поликлинике в ближайшие сорок минут.
— Ты куда? — Полина поднялась вслед за ним.
— Как ты и предсказывала — вызывают. Я должен ехать…
— А кто именно вызывает? Элизабет?
— Да, — он вышел в свою спальню, она последовала за ним.
— Ты помнишь все, что я тебе сказала?
— Да помню, не хочешь прояснить вопрос о документах, которыми интересовались? — она помогла сменить рубашку, он застегнул манжеты. — О тех, которыми кто-то три дня назад интересовался?
— Нет. — Ее ответ раздосадовал. Возврата на прошлые круги общения не наблюдалось.
— Точно?
— Абсолютно. — Подтвердила она свое решение.
— Если ты неприятно чувствовала себя, прогуливаясь с Бартом по соседским владениям…
— И по клубу, и с тобой по городу, не говоря о прочем, — добавила Полина.
— То хочу заверить, что я сейчас чувствую то же самое.
— Мммм, захлопнувшуюся крышку западни над головой? — она оставила свободными последнюю пару пуговиц.
— Еще незахлопнувшуюся, — Макс наклонился к ее лицу. — Есть просвет.
— Когда захлопнется, тогда сочтемся. — Увернувшись от поцелуя, Полина вышла из его гардеробной. — Дай мне пару минут, я сейчас буду готова.
— Ты со мной не едешь.
— Ты меня здесь не оставишь! В случае положительного исхода я лишней минуты в Лондоне не прожду.
— А в случае…
— Другого случая быть не может. — Она захлопнула дверь перед его лицом. И уже оттуда произнесла, — две минуты и я спускаюсь.
МЧ дожидался ее в холле, продумав как ее переубедить, уже приготовился к обстоятельному рассказу о частичной «криминальности» подобных разборок и о том, что не все может пройти гладко. Однако увидев небольшой чемоданчик, который она спускала со второго этажа, он начал не с того. — Ты возьмешь вещи с собой?
— Да, я уверена. — Эта фраза вновь навела тень на лицо МЧ.
— Полина, что ты сказала Элизабет?
— Лично Элизабет я ничего не говорила. — Остановившись у основания лестницы, она выжидательно прищурилась, так и не ступив на пол. — Макс, а не пора ли доверять мне? Я же тебя не ослушалась тогда?
— Я не против. — Относительно честно признался он. — Интересуюсь.
— Перестань интересоваться, иначе
— Чтобы ты не сомневалась, — подошел и забрал чемоданчик из ее рук. — Рассказывай, что ты сделала, и подумаем вместе.
— Ну, уж нет! Я терпела и ты потерпи.
— Я чувствую удавку на своей шее. — Серьезно заметил МЧ.
— Да? — Полина лукаво улыбнулась, — когда затянется,… скажешь.
— У меня сил на это не останется.
— Такой слабенький? — со смешком она проскользнула мимо него, пересекла холл и легким шагом направилась к ожидающей машине. МЧ обернулся. — Будь проклят тот день, когда я сел за баранку…!
— Ты идешь? — окликнула и оборвала, послав лучезарную улыбку. Желание чертыхаться пропало, как впрочем, и желание ехать куда-либо по первой прихоти Элизабет.
— Вернуться бы назад в гостиную, — произнес он, занимая место рядом, — обнять тебя и забыть о смуте вокруг.
— Совместное возвращение назад не гарантирую, но обнять ты меня можешь и сейчас.
— Откуда такая уверенность?
— Она проснулась вместе со мной, — ответила Полина, позволяя себя обнять. — Вместе или рядом… я еще не решила. — Прижалась к его боку и закрыла глаза. Всю дорогу не разжимая объятий, он смотрел то на нее, то в сторону на огни городских улиц, по которым они ехали. В голове проносились обрывки фраз, телефонных разговоров, вспыхивали разные ситуации из прошлого и собственные домыслы. Он пытался представить придуманную ими историю глазами обывателя, со стороны и не мог понять — на основе каких данных в ней крепнет уверенность. Ведь даже то, что ему известно от третьих лиц не дает и шанса на положительный исход, им придется с боем вырывать Соню. Ее отцом не может быть Кирилл, и Макс это знает.
Его появление в палате Грэга Элизабет отметила корявой шуточкой.
— Вот мы и дождались Мастера, а где же Маргарита?
— С такой незнаком.
— А впрочем мы и без нее разберемся, — Элизабет отпила шампанское из бокала и грациозно поднялась из кресла у окна.
Они ждали его от силы минут десять, но судя по всему с комфортом, во всяком случае, для Лизи. На столике стояла початая бутылка ее любимого шампанского и еще два бокала, шоколад, который не любил МЧ, клубника, которая вызывала отвращение у Грэга. Уловив цветочный запах, он обернулся. «Чтобы добить супруга стоило принести цветы». Букета в палате не было, однако на широкополой шляпе Лиз светились белыми лепестками три лилии с дурманящим запахом. Мягким движением она сняла ее и легко положила на тумбу возле кровати.
— Приступим. — Вернувшись к столику, наполнила два бокала и протянула их мужчинам. Ее нисколько не смутило, то что Грэг метнул шляпку в сторону дверей, а МЧ перехватив, вынес в коридор. — Пожалуй, стоит начать с основного.
— Дорогой, учитывая, что твоей сучкой пользовались все кобели Киева, я представить не могу, на какой чистокровный выводок ты рассчитываешь.
— Элизабет, тебе что-то известно? — голос Грэга был пустым.
— Только лишь то, что тебя ожидает большой сюрприз в лице дочери — бракованный подкидыш.