Находка

Михановский Владимир Наумович

На следующий день зал начал заполняться задолго до назначенного часа. Волнение ученых было понятным: каждый в глубине души надеялся, что именно его теория сегодня подтвердится, именно его гипотеза окажется правильной.

Мы с Леной пришли за полтора часа до открытия, и нам удалось занять два местечка в одном из первых рядов.

Все двери, ведущие в зал, были распахнуты, и из каждой вливался поток. Мы здоровались со знакомыми, перекидывались с ними отдельными фразами.

Подле нас остановился киберолог с Венеры, с которым мы успели познакомиться.

– Ваша

гипотеза, Андрьюша, доживает последние минуты, - сказал он мне с улыбкой.

– Вы считаете, что события, о которых нам поведали листки, развивались не на Земле?
– спросил я.

– Нигдье не развивались, - загорячился киберолог, - таково мнение группы ученых, которую я представляю... Ни на Земле, ни на Венере, ни на Аларди. Весь рассказ, начало которого мы вчера прослушали, выдумка моделирующей машины...

– Виртуальная модель. Одна из возможных, - уточнила Лена.

– Благодарю, Ельена Викторовна, - церемонно поклонился киберолог.
– Именно модель, которая осталась нереализованной. Другими словами сказкой.

– Однако эта сказка задела вас за живое, - заметила Лена.

Киберолог сощурился.

– Почему вы так думаете?
– спросил он.

– Потому что вчера, заканчивая сообщение, вы сказали, что очень бы хотели послушать окончание истории о юноше и старике, - произнесла Лена.

– О!
– поднял палец киберолог.
– Вы не только очаровательная, вы еще и проницательная девушка. Вам повезло, друг мой Андрьюша, повернулся он в мою сторону.

Лена покраснела.

– Не думаю, что рассказ, записанный на листках, машинная выдумка, - возразил я.

– Доказательства?

– Доказательства сейчас будут, - ответил я.
– Вы услышите их с этой трибуны, из уст химиков и астрономов. Но я убежден, что рассказ, прослушанный нами, не выдумка. Все описано настолько выпукло, зримо... Я до сих пор вижу перед собой Румо, Грено...

Киберолог покачал головой. Затем посмотрел на часы и заторопился на свое место.

– Сейчас увидите, кто из нас прав!
– крикнул нам издалека венерианин.

Зал к этому времени был полон и гудел, как растревоженный улей. Однако все стихло, едва на трибуну поднялся человек. Осмотрев замеревшие ряды, которые возвышались амфитеатром перед нами, он вытащил из кармана записную книжку и принялся неспешно листать ее.

– Представитель химического центра, - еле склонившись, шепнула мне Лена.

– Мы произвели тщательный анализ вещества, из которого состоят пластинки с текстом, - сказал химик.
– Результаты таковы: пластик не числился ни в одном из каталогов веществ, которые были когда-либо синтезированы на Земле и вообще в пределах Солнечной системы...

В зале поднялся невообразимый шум. Химик еще что-то говорил, но мы видели только его шевелящиеся губы.

Когда гул немного утих, я услышал заключительные слова химика:

– Таким образом, мы считаем, что пластинки принадлежат не земной, а инопланетной цивилизации.

Сейчас бурно выражали свою радость те, чья точка зрения на пластинки только что подтвердилась. Однако противники и не думали признавать свое поражение.

–

Каталог не может охватывать все вещества!
– выкрикнул кто-то из задних рядов.

Химик покачал головой.

– Электронная память нашего центра хранит все, что в нее ввели за последние двести лет, - сказал он.
– А компьютер в отличие от человека не забывает ничего.

– Компьютер хранит в памяти только то, что ему сообщили, - не сдавались задние ряды.
– А если я изобрел вещество и забыл сообщить об этом машине?
– Запальчивый выкрик был покрыт аплодисментами части присутствующих.

– Остроумно, - сказал химик без улыбки, - но не очень доказательно. Любое мало-мальски сложное вещество, полученное в любой лаборатории любой из Содружества Свободных планет, регистрируется у нас в обязательном порядке. А пластик, о котором сейчас идет речь, исключительно сложен по структуре... Не попасть в каталог он не мог.

– И все-таки это еще не доказательство инопланетного происхождения листков, - прозвучал в зале одинокий голос киберолога с Венеры.

– Согласен, - неожиданно согласился химик, пряча в карман записную книжку.
– Послушаем, что скажет астроном.

Он сошел с трибуны, покинул сцену и примостился в первом ряду.

Астроном сразу же, что называется, взял быка за рога.

– Листок с математическими символами оказался необычайно ценным по заключенной в нем информации, - прогудел он, нависнув над кафедрой. На астрономическом центре удалось установить, что в тексте идет речь о планете, принадлежащей, по всей вероятности, к системе Сириуса. Параметры светила, которые приводятся и которые мы расшифровали, относятся именно к этой звезде...

– Ну, вот и конец красивым догадкам, - вздохнула Лена, когда мы вышли из зала.

Я взял ее за руку.

– Тебе жаль?
– спросил я.

– Немного, - призналась Лена.
– Сириус так далеко от Земли.

Мы медленно шли вниз по приморскому бульвару. Заходящее солнце осветило волосы Лены.

Наша излюбленная скамейка под раскидистым вязом оказалась занятой.

– Пойдем к морю, - предложила Лена.

Мы забрались на огромный валун, по пояс вросший в песок. Теперь все помыслы наши были связаны с морем. И хотя создана была специальная комиссия по прочесыванию морского дна в районе мыса, где я впервые обнаружил листки, хотя сотни добровольцев решили попытать счастья в поисках недостающих пластиковых прямоугольников, мы с Леной решили продолжать поиск самостоятельно.

– А я вас ищу, - раздался сзади негромкий голос.

Мы одновременно обернулись и увидели венерианина.

– Прощу, - сказал я и протянул ему руку. Киберолог легко взобрался на валун и сел рядом со мной. Его кожа, синеватая, как у всех жителей жаркой планеты, обитающих там постоянно, в косых солнечных лучах приобрела какой-то фиолетовый оттенок. Впрочем, венерианин, похоже, чувствовал себя в земных условиях совсем неплохо.

– Значит, поиск в море будет продолжаться, - сказал он, глядя вдаль.
– Это хорошо. Надеюсь, будут найдены новые данные, которые подтвердят мою теорию.