Наконец-то вместе

Макнот Джудит

— Спасибо, — пробормотала Ли, слабея от разочарования. — Простите, что причинила вам столько беспокойства.

— Я молюсь за вас и вашего мужа! — вырвалось у телефонистки, и искренность и простота этой фразы вызвали слезы на глазах Ли.

— Только не прекращайте молиться, — сдавленным от страха и благодарности голосом выдавила она.

— Ни за что. Клянусь!

— Мне нужно сделать несколько междугородных звонков, — пробормотала она. — Как это сделать с палатного телефона?

— У вас есть телефонная кредитка?

Кредитные карты

Ли вместе с портмоне и электронной телефонной книжкой остались в машине вместе с сумочкой, но она знала номер телефонной карточки наизусть, потому что часто ею пользовалась.

— Есть.

— Тогда наберите девятку для выхода в город, а дальше как обычно.

Несмотря на все, сказанное детективами, Ли все же попыталась позвонить Логану на сотовый. Не добившись ответа, она позвонила Хильде спросить, не слышала ли та чего-нибудь, но взволнованная экономка смогла повторить только то, что сказала детективам.

Ли уже набирала номер Джейсона, когда в палату ворвалась медсестра.

— Как вы себя чувствуете, миссис Мэннинг?

— Прекрасно, — солгала Ли, дождавшись, пока медсестра проверит трубки, контейнеры с жидкостью и иглы, вонзенные в ее тело.

— Вы отказались от морфия? — спросила сестра, осуждающе покачивая головой.

— Мне он не нужен. Я прекрасно себя чувствую.

Говоря по правде, каждый дюйм ее тела от волос до кончиков пальцев на ногах либо ныл, либо горел, и сестра, несомненно, это знала: недаром, недоверчиво хмурясь, уставилась на Ли, пока та не смягчилась.

— Не хочу никакого морфия, потому что мне сегодня нужна ясная голова.

— Прежде всего вам нужно избавиться от боли и побольше отдыхать, тогда раны скорее заживут, — возразила сестра.

— Я обязательно воспользуюсь вашим советом, но позже, — пообещала Ли.

— Вам также необходимо есть, — скомандовала сестра, пододвигая поближе к постели столик с подносом.

После ее ухода Ли немедленно отодвинула поднос и снова потянулась к телефону. Ее звонок разбудил Джейсона.

— Ли? — сонно промямлил он. — Ли! Иисусе! Похоже, знакомый голос в два счета вывел его из забытья.

— Какого дьявола тут творится? Как ты? От Логана есть что-нибудь? Он в порядке? — завопил Джейсон, приходя в себя.

— От Логана ни единого слова, — вздохнула Ли. — Со мной все в порядке. Немного ободранная и забинтованная, только и всего.

Она отчетливо чувствовала, как совесть Джейсона вступила в конфликт со своекорыстными интересами и эгоистическим желанием узнать, когда она вернется на сцену.

— Можешь сделать одолжение?

— Любое.

— Мне, возможно, понадобится нанять людей, чтобы помочь в поисках Логана. Кому нужно позвонить? Частным детективам? Ты кого-нибудь в этом роде знаешь?

— Дорогая, я тебе просто удивляюсь. А как, по-твоему, мне удалось уличить Джереми в измене? Как, по-твоему, я умудрился не заплатить тому шарлатану, который утверждал…

— Не можешь дать название фирм и телефонный номер? — перебила Ли.

К

тому времени как она вынула ручку из ящика тумбочки и записала номер на обратной стороне телеграммы, ей стало так плохо, что из головы разом вылетели все связные мысли. Ли сдалась и легла, стараясь дышать так, чтобы не вызвать очередного приступа боли в ребрах. Не успела она немного прийти в себя, как снова появилась сестра и увидела нетронутый завтрак.

— Вы действительно должны есть, миссис Мэннинг. У вас уже несколько дней крошки во рту не было.

Игнорировать сиделку было куда легче, но она ушла спать и наверняка не вернется до вечера.

— Я поем, но не сейчас…

— Именно сейчас, — парировала сестра, водружая переносной столик на колени Ли и снимая с блюд пластиковые крышки. — Что хотите сначала? — жизнерадостно осведомилась она. — Яблочный соус, пророщенную пшеницу со снятым молоком или яйца в мешочек?

— Вряд ли я смогу проглотить что-то из этого. Сестра, удивленно хмурясь, просмотрела маленький список, лежавший рядом с подносом.

— Но именно это вы заказывали вчера вечером.

— Должно быть, в бреду.

Очевидно, сестра согласилась, но все же упорно стояла на своем:

— Я могу послать кого-нибудь в кафетерий. Что вы обычно едите на завтрак?

Этот вопрос вызвал в Ли такую мучительную тоску по прежней жизни, по спокойной, чудесной каждодневной рутине, что слезы обожгли глаза.

— Фрукты. Грушу… и кофе.

— О, нет ничего проще, — добродушно заверила сестра. — Даже необязательно посылать кого-то в кафетерий.

Едва она вышла, как в палате появились Шредер и Литлтон. Ли, сделав над собой усилие, приподнялась:

— Вы нашли хижину?

— К сожалению, нет, мэм. Нам нечего сообщить. Наоборот, хотели задать вам несколько вопросов, — объявил Шредер и, кивнув на поднос, добавил:

— Если хотели сначала поесть, не стесняйтесь. Мы можем подождать.

— Сестра обещала принести кое-что другое, — пояснила Ли.

Тут словно по волшебству возникла сестра с каталкой, на которой возвышалась гигантская, перевитая золотыми лентами корзина с грушами, лежащими на золотистом атласе.

— Корзина была на посту медсестер. Кто-то из посетителей принес и сказал, что это для вас. Взгляните! Не просто груши, а произведения искусства! — ахала сестра, вынимая из золотистого гнездышка огромную лоснящуюся грушу и поднимая ее на всеобщее обозрение. — Только вот карточки, похоже, нет, — прибавила она, оглядывая корзину и отдавая грушу Ли. — Должно быть, выпала. Теперь я оставлю вас с вашими посетителями.

Груша напомнила Ли о последнем разговоре с Логаном насчет завтрака, и глаза снова наполнились сентиментальными слезами. Она сжала грушу в ладонях, поглаживая кончиками пальцев гладкие бока, думая о такой же гладкой коже Логана, его улыбке… Потом прижала грушу к сердцу, где хранились драгоценные воспоминания о Логане, живые и добрые. По щекам медленно сползли две слезы.