Наоборот
Шрифт:
Но месть Германа будет страшна.
– Сколько?! – возмутился Герман, разглядывая модель XS-100. – Сорок, вашу Дашу, тыщ?
Спустя час…
– Пора бы уже и закругляться, – пробубнил сам себе Герман, поглядывая на суровых охранников в пиджаках. – ФеБеЭровцы, блин.
Первые тестировщики выходили из центра. По обрывкам разговоров Герман услышал в каком восторге они от пребывания в сказочном мире.
Спустя час…
Герман набрал номер брата.
«Извините, абонент временно недоступен. Оставьте
– Ифифисе, афафент фефено нефофуфен, – передразнил он автоответчик под недоуменный взгляд проходящей мимо бабушки.
Спустя час…
Дозвониться не удалось. Хотя Герман делал это каждые пять минут. От ногтей на руках ничего не осталось. Грызть их – привычка эпохи бурного задротства.
– Извините, – сказал Гера одному из охранников, – у меня брат на тестировании. Телефон не отвечает и…
– Тестирование уже закончилось, – перебил его бородатый охранник.
– Что?
– Больше никого нет. Только сотрудники центра.
– С чего вы это взяли?
Вместо ответа он показал Гере чипридер. Сканер чипидов. Ясно – вся информация о посетителях центра передается сразу туда.
– А можете еще раз проверить брата? Александр Волков.
– Парень, я же сказал – остались только сотрудники.
Герман посмотрел на ногти и вздохнул. Остались только на ногах…
Мало ли, что может произойти. Может Саня в туалет отошел. И там уснул. Но неприятное предчувствие свербило где-то в голове.
– Может он вышел с другого выхода?
– Не знаю, – раздраженно ответил парню здоровяк в пиджаке.
Время: 14 часов 33 минуты.
Абонент Саша так и не стал доступен. Охранники не пускали Германа в центр ни под каким предлогом. Герман обошёл всё здание ВИЦа, но большая её часть была окружена высоким забором с колючей проволокой. Прямо тюрьма с красивым парадным входом. Очень вряд ли, что Саня вышел где-то в другом месте.
Темнело. Герман уже не нервничал, а паниковал. Предчувствие стало уверенностью, что с братом что-то случилось. Он слишком хорошо его знал. Саня никогда бы не стал над ним так шутить.
– Тш-ш-ш, – зашипел Герман и схватился за голову.
Боль вгрызлась в виски, высасывая остатки хладнокровия.
***
Первые тестирования системы IHole были закрытыми. Отобрали добровольцев и наделали им отверстий в затылках. Всё под строгим контролем всех возможным медицинских ведомств. Говорят, что недовольных среди тестеров не осталось, а внедрение нейроадаптера в кору головного мозга – совершенно безопасная процедура.
Слухи о том, что из тысячи добровольцев из испытательного центра потом выходило девятьсот девяносто девять, жестко подавлялись маркетинговыми инструментами и связями на высшем уровне.
Александр Волков оказался этим единственным из тысячи человеком.
На следующий день после пропажи брата, Герман с мамой дозвонились до ВИЦа. Им сообщили,
И подписи действительно были. Подделанные. Но «независимая» экспертиза три раза подряд подтверждала их подлинность. Гера с мамой писали заявление в полицию, но те только зарегистрировали брата как пропавшего без вести. Мама даже пыталась обратиться в СМИ. Там сказали, что пропавшие без вести никого не интересуют.
– Послушайте, дамочка, я уже начинаю злиться, – говорил главный редактор не очень популярного канала. Мама наконец-то смогла выловить его у офиса.
– Но вы же сказали…
– Что я вам сказал? А? – начал он раздражаться. – Эта тема не для каждого. Я вроде вам намекал, нет? Вы что, глупая? Думаете, у меня проблем мало?
Мама не привыкла к такому обращению. Она хотела что-то возразить, но лишь захлопала ресницами.
– Послушайте, – повторил главред, немного смягчаясь, – мне жаль вашего сына, правда. Я слышал… слухи. Но я не полезу в эту змеиную нору. И вам не советую. У вас остался еще сын, да? Вот о нем подумайте. До свидания.
Государство никогда не освещало подобные проблемы. Чиновники распространяли информацию лишь о том, как прекрасен новый виртуальный мир интерактивного взаимодействия. Еще бы. Ведь погружают тебя в Айвал – процедурно-генерируемую нейронной сетью компьютерную игру, от тематики которой уже всем было тошно. Эльфы? Гномы? Орки? Гоблины-насильники? Да когда же вы все уже выродитесь? Придумали бы уже что-нибудь оригинальное.
Герман возненавидел IHole и Айвал. То, что поначалу казалось мечтой и прекрасным миром, в одночасье стало тем из-за чего он потерял брата, себя и свое здоровье.
Спустя год.
В муках бюрократии, судов и законодательств о правах человека, разродился открытый бета-тест. Новый нейроадаптер IHole версии 0,3 можно было вживить любому желающему всего лишь за полугодовую зарплату. Все возрадовались: проплатили дорогостоящую операцию и наделали себе дырок в головах.
Люди стали прятаться от суровой реальности в прекрасном фэнтезийном мире. На сердечные приступы и разнообразные несчастные случаи мало кто обращал внимание. За обычным стационарным компьютером люди тоже иногда умирают.
Спустя три года. Герману двадцать один год.
Герман листал общую новостную ленту. Он работал удаленно и жил с мамой, которая официально числилась его опекуном по инвалидности.
– Смотрите, какая лока. Впечатляет, правда? Этот город сгенерирован ИИ всего месяц назад, – раздался голос очередного недоблогера из колонок.
– Ого, вот это сись… Ой! Девушка, отойдите – вы заслоняете обзор! Да-а-а. Раньше я бы никогда такому не удивился, но здесь это выглядит совсем по-другому.