Напарники
Шрифт:
– И нож из ботинка достань.
По телу пробежала дрожь. Я остановилась как вкопанная, в лёгких бурлило желание покашлять, но пришлось лишь сдержанно покряхтеть.
– Достань, - повторил он.
Дрожащей рукой я вытащила из ботинка маленький ножичек и вложила его в шершавую ладонь байкера. Разведя руками, я жестом показала, что теперь уж точно чиста. Больше у меня ничего не было…кроме собственных ногтей.
Мы с Мартином прошли в фургон, за рулём которого был мужичок в возрасте в рубашке гавайской расцветки, а рядом сидела грустная блондинка, с подозрением смотревшая на всё
Натянутой улыбкой поприветствовав обоих, я провела Мартина к кушетке и присела вместе с ним. Откинув голову назад, я прикрыла глаза. Неужели вокруг меня снова стены…снова хоть какая-то, но безопасность! Фургон тронулся, шум мотора показался успокаивающим. После одиннадцати дней леса, всё, что сотворено руками человека, было для меня счастьем, а этой кушетки не было мягче на всём свете.
Блондинку на пассажирском сиденье звали Андреа. Она была весьма молчалива, но с особой нежностью смотрела на моего племянника. Мы оба были чумазые до безобразия, увидев себя в зеркале, я опешила от того, насколько я была на себя не похожа. Волосы были скатаны в непонятное гнездо, брови заросли, пыль забилась в складки век, лишь ярко голубые глаза на фоне этого ужаса были каким-то просветом и надеждой на будущее. Мальчик выглядел точно так же, только его короткие светлые волосы не превратились в гнездо, зато были грязными и выглядели несколько темнее, чем на самом деле.
– Как зовут эту прелесть? – спросила Андреа, обтирая лицо пятилетнего мальчишки мокрым полотенцем.
– Мартин, - ответила я, натирая влажные волосы мылом.
Племянник спокойно смотрел на моющую его блондинку и молчал. Он всегда молчал. Сложно было поверить, что пару месяцев назад это был болтливый хулиган, который был в состоянии заговорить и обмануть любого, даже самого строгого взрослого. Но смерти отобрали у него способность говорить. После всего того, что он видел…
Большую часть безнадёжно спутанных волос пришлось обрезать, теперь моей причёской было кривое каре.
– Как вы жили в лесу? – спросила Андреа.
– На деревьях спали. Ну, как спали…, - я взглянула на себя в зеркало ещё раз, глаза покраснели от усталости.
Хотелось спать, жрать, держать Марти под крылом и вылечиться. Температура меня доставала пару дней назад, тогда и охота пошла коту под зад, из-под дрожащих рук не вышла ни одна нормальная стрела. Пришлось лежать на клёнах весь день, несмотря на то, что мальчик был голоден, и его надо было кормить. Лучше было поголодать день, чем стать наживой для ходячих.
Мы с Марти отведали лучших в мире консервов, я приняла какие-то таблетки от простуды, и мы мгновенно заснули. Закрывая глаза, я медленно теребила в пальцах последнюю спичку, завалявшуюся в кармане. Оставалась последняя спичка…не знаю, как бы мы выжили, если бы не эта колонна из машин, трейлера и мотоцикла впереди.
========== Глава II ==========
Чем ближе мы подъезжали к Сент-Луису, тем больше заторов нам попадалось на шоссе. В большей мере, они нам помогали. Мы сливали бензин и ехали дальше.
Я не могла отпустить Мартина ни на шаг
**«Сколько людей ты убила?» - «Ни одного».
«А сколько ходячих?» - «А ты когда-нибудь считал? Их была хренова туча, я за это отчитываться не собираюсь».**
Я старалась придерживаться тактики наблюдения и доброжелательности. В такой ситуации враждовать ни с кем было нельзя, а заводить друзей было страшно. Я осторожно наблюдала за каждым, пытаясь выявить сильные и слабые стороны каждого человека, играла сама с собой в игру «угадай, кем они были раньше». Важно было не прогадать, на что способен этот человек…это самая важная информация в этом сраном мире.
– Джулиетт, сливай бензин с этого ряда, - Шейн подал мне шланг.
Шейн. В полицию пошёл не правосудия ради, а ради геройства.
Я взяла племянника за руку, и мы подошли к увязшим в заторе машинам. Всё как в фильмах ужасов: окровавленные автомобили, заляпанные кровью стёкла изнутри, уже вовеки мёртвые ходячие, лежащие на асфальте с ошмётками мозгов в метровом радиусе вокруг.
Сначала я заглянула под машину, потом проверила, открываются ли двери. Вокруг меня не должно быть никаких внезапностей.
– Держи шланг, - скомандовала я Мартину и вдохнула на себя пропитанный бензином воздух.
У меня уже, кажется, лёгкие воняют бензином после недели таких «дуновений».
– Нам нужно пополнить запасы, сколько километров до ближайшего города? – услышала я голос Рика, бодро сочетающийся с бульканьем топлива в канистре.
– Буквально километров двадцать. Надо проверить машины, - ответил ему Гленн.
– Только осторожнее!
– Держитесь подальше от мясных магазинов, - обратилась я к Рику.
Шериф заинтересованно уставил взгляд на меня. Я поднялась с корточек, коленки предательски хнустнули.
– Центральное электроснабжение уже полтора месяца не работает. Там всё разложилось. Такие места крайне токсичны, и вдыхать этот воздух опасно для жизни. Хотя, вы за километр почуете такие магазинчики…
Рик кивнул. Он прислушивается к советам, не самонадеянный малый. Мы с Марти погрузили три канистры в его машину и направились дальше по дороге вдоль затора. Нужно было его расчищать. Шейн с Дэрилом уже растолкали несколько автомобилей, выкатив их на обочину.
На меня эти, уже сплочённые люди, порой смотрели с подозрением. Но должное надо отдать Марти. Маленький человечек, мне по пояс, светловолосый с огромными глазами, кажущимися ещё больше из-за его худого лица. Из-за него мне и доверяли.
В окружении людей я стала менее внимательна, почувствовав относительную безопасность. Но те деньки в лесу, ставшие для городской жительницы настоящим испытанием, сделали меня кем-то другим. Пока мы находились в лесу, я могла пустить стрелу в ходячего, даже не видя его, достаточно было только слышать, как он передвигается. То же самое было со скачущими по деревьям белками. А ведь до этого я ни разу не стреляла!