Напряжение
Шрифт:
Маришка! Я прыгала сегодня весь день от счастья. Целовала папу и маму. Я так и знала: это они должны были придумать. Иначе бы я разочаровалась в своих родителях. Но они у меня золотые оба. Будем с тобой ходить в школу. Зимой будем кататься на лыжах. Здесь такие просторы! А летом - на Урал. Как хорошо купаться в жаркую погоду!
Я уже хорошо знаю здешние места. Кругом степи. Это такая красота, просто ужас! Ты себе не представляешь! Настоящие степи. О них еще Чехов писал, помнишь? Воздух изумительный. Полынь. Перекати-поле. И такая гладь. Нет, надо самой посмотреть. Я описать хорошо не могу.
Урал
А если переплывешь Урал, знаешь где будешь? В Азии! Так что мы живем на краю Европы. За один день можно побывать несколько раз в Европе и в Азии. Здорово? В Азии есть парк. Он называется «Роща». Сюда всегда приходят гулять летом. В городе по улицам ходят верблюды. Они такие потешные. Спокойные и очень важные. Они возят арбы со всяким товаром.
Мариша! Мы так чудно заживем с тобой! Всегда будем вместе. И платья одинаковые сошьем, как близнецы. Мы с мамой уже начали готовиться к твоему приезду. Завтра купим походную кровать. Я буду спать на ней, а ты - на моей. У нас отдельная квартира. Три комнаты. В одной будем мы все четверо. А в столовой готовить уроки. Верно? Тебе будет очень хорошо у нас. И места всем хватит.
Только ты не грусти. И не придумывай всякие теории. Я с тобой совсем не согласна, что самое лучшее «независимость». Люди всегда должны помогать друг другу. Иначе это не люди. А совсем одной сидеть со своей независимостью, по-моему, даже нечестно.
Про дядю Илью твоего я ничего не слышала. Но он должен тебе помочь как всякий человек, а не только как дядя. Хотя он, может быть, и дурной. Но ты не посмеешь отказываться от его помощи. Поняла?
Миленькая моя! Учи алгебру и кончай второй семестр без «неудов». А уж у нас все пойдет без «удов».
Праздник прошел ничего. Но о нем я тебе расскажу после. Когда приедешь. Класс у нас дружный. Есть симпатичные мальчишки. Мне нравится Вова Баязетов (помнишь, я писала тебе о нем?). Но он не обращает на меня внимания. Он вообще ни на кого не смотрит. Ну ничего. Еще обратит! А Димка Груздев мне никогда не нравился. У него веснушек много и глаза карие. Это не мой идеал. Передай ему от меня привет (только, конечно, не говори, что? я о нем написала).
Постарайся поскорее ответить мне на письмо. И напиши, что приедешь. Обязательно. Целую тебя не сто, а двести раз, тысячу. Пиши. «Пару теплых слов» хочет тебе написать мама. До скорого свидания.
Твоя подруга Зоя.
Дорогая Мариночка! Мы представляем, как тебе сейчас тяжело. Но не думай, что ты одна. Мы сделаем все возможное, чтобы заменить тебе маму.
Зоя тебе, конечно, написала, что мы с Тимофеем Васильевичем приглашаем тебя к нам жить. Ты нас хорошо знаешь, и мы надеемся, что тебе у нас будет неплохо. Ни о чем не думай, приезжай, как только начнутся каникулы. О дальнейшем же мы позаботимся.
А пока прикинь, что тебе взять в дорогу. Обязательно захвати белье, теплые вещи, платья. Но много не набирай. Попроси кого-нибудь из старших (хотя бы Полину Никифоровну) помочь
Целую тебя, моя доченька. Будь благоразумной, не скучай и не грусти. Большой привет тебе шлет Тимофей Васильевич.
В. Бакеева.
Марина Гречанова - Зое Бакеевой
Ленинград, 28 ноября 1932 года
Здравствуйте, Тимофей Васильевич, Вера Аркадьевна, Зоя, Нина и Василек!
Сегодня получила посылку, а четыре дня назад письмо. Почему не сразу написала, сейчас объясню.
Вера Аркадьевна! Какая Вы добрая! Мне никогда таких хороших писем не писали. А сегодня получила посылку! Конфеты очень вкусные. Я их каждый день по одной штучке буду есть. Только сегодня - две. И Полину Никифоровну угостила. В Ленинграде таких не делают. Это она сказала. От меня и от нее Вам спасибо.
Зоенька! И тебе, конечно, тоже спасибо.
А с посылкой смешно получилось. Прихожу с переводом на почтамт. Стою в очереди. Подхожу к окошечку. Тетя, которая посылки выдает, паспорт спрашивает. А я говорю: «У меня его еще нет». Тогда она бросила перевод и сказала: «Без паспорта не выдаем». Я ее уговаривала, уговаривала, а потом разозлилась и сказала, что она ведьма, и ушла. Несправедливо ведь. Посылка на мое имя. И метрика была.
Тогда Полина Никифоровна написала доверенность взрослым почерком. Я расписалась, а управдом заверил. Ей и дали посылку. Три дня зря потеряли. Да еще штраф уплатили 23 копейки.
Вчера ко мне приходили ребята из нашего класса. Все вместе прибрали комнату. Мальчишки дров напилили и даже накололи. И Димка Груздев был. Смешной он все-таки. Топор в руках держать не умеет, а говорит, будто топор плохой, не колет. Тогда я сама схватила колун да как стукну - и с одного раза полено пополам. Ребята захохотали, а Димка сказал, что он вовсе не дровосек, а электротехник.
Потом увидел у меня на столе трактор, который я сама сделала (помнишь, как ты смеялась над моей «ужасной» любовью ко «всяким железкам». Так она осталась. Мама в прошлом году мне даже «Конструктор» подарила). Ну вот, Димка и давай меня спрашивать, все ли я сама делала, ходит ли трактор, где я схему взяла, умею ли паять… Чертежи я ему показала, все объяснила. Он слушал, слушал и говорит: «Ну и чудо, первый раз вижу, чтобы девчонка что-то толковое сделала».
В общем, весело было. Топили печку, играли в «фанты». Димке выпало спеть что-нибудь. И он пел арию Гремина, только часто срывался. Привет от тебя я ему передала. Он здо?рово покраснел и тоже велел передать тебе привет.
Зоенька! О жизни моей у вас я думала. Очень долго. Сидела на диване и думала. Специально. Потому и не писала четыре дня. Ох и трудно было! Жалко уезжать. Мамочка здесь, понимаешь? Я на могилку хожу. Один раз почти весь класс ходил со мной. Как подумаю, что придется насовсем-насовсем уехать, и чего-то страшно.