Нарцисс

Каттнер Генри

– Если я не спасу Брока, хотите вы сказать?

– Совершенно верно. Я хочу знать, на какой стороне изгороди должны приземлиться мои лапки. Не посоветуете, на кого ставить?

– Почему это вы всегда хотите оказаться на стороне победителя? Неужто ты напрочь лишена идеалов, женщина? Неужели ты не дорожишь истиной? Тебе хоть что-нибудь известно о таких вещах, как порядочность и этика?

Сильвия одарила его лучезарной улыбкой и промурлыкала:

– А тебе?

– Ну, мне-то известно. Но дело в том, что я

обычно бываю настолько пьян, что не в состоянии разбирать эти высокие материи. А вот подсознание у меня абсолютно беспринципное, и когда оно выходит на передний план, то в силу вступает единственный закон - логика.

Сильвия выкинула сигарету в окно такси.

– Дай мне хотя бы ниточку, чтобы выбрать нужную сторону изгороди.

– Победит истина, - менторским тоном объявил Гэллегер.
– Она всегда выплывает, но иногда как утопленник - слишком поздно. В то же время, правда - штука непостоянная, следовательно, мы вернулись на круги своя. Ну ладно, детка. Только тебе одной. Хочешь быть на коне - держись поближе ко мне.

– А сам-то ты по какую сторону изгороди?

– Как тебе сказать, - грустно ответил изобретатель. Сознанием я с Броком. Но мое подсознание совершенно непредсказуемо. Давай подождем чуток.

Сильвия удовольствия не выразила, но промолчала.

Аэротакси мягко спланировало на крышу небоскреба "Кастл". Клуб с тем же названием размещался в огромном зале, похожем на выдолбленную половинку тыквы. Столики были вмонтированы в прозрачные платформы, которые на специальных штативах могли вместе с клиентами подниматься или спускаться до любой высоты. Служебные мини-лифты помогали официантам развозить напитки. Такая конструкция зала не была вызвана необходимостью, просто ее необычность радовала глаз и возбуждала жажду. Только заядлые алкоголики падали иногда под столы, но для удобства этих немногих хозяева ресторана устроили специальную страховочную сетку.

Парочка Тонов - отец и сын - удобно устроилась под самым потолком с двумя эффектными девицами. Сильвия подтащила изобретателя к служебному лифту, и Гэллегер, закрыв глаза, взмыл к небесам не хуже заправского ангела. Все, что он до сих пор проглотил, разом взбунтовалось. Он качнулся вперед, схватился за плешивый череп Элии Тона и рухнул на стул рядом с телемагнатом. Его рука мгновенно отыскала рюмку Джимми Тона, и он одним глотком осушил ее.

– Что за черт!..
– ошеломленно проговорил Джимми.

– Это Гэллегер, - объяснил Тон-старший.
– И Сильвия О'Киф. Какая приятная неожиданность! Побудьте с нами.

– Только на сегодняшний вечер, - игриво согласилась Сильвия.

Гэллегер, взбодренный чужой рюмкой, изучал мужскую часть честной компании. Младший был здоровенным загорелым парнем с подбородком супермена и высокомерной усмешкой. Старший являл собой помесь Нерона с аллигатором.

– Мы тут немножко развлекаемся, - сказал Джимми.

–

Хорошо, что ты появилась, Сильвия. А как же твоя ночная работа?

– Гэллегер попросил отвезти его к вам. Не знаю уж, для чего.

Светлые глаза Элии стали совсем прозрачными.

– Ну, и для чего же?

– Я слышал, будто мы с вами заключили какой-то контракт, - сказал Гэллегер.

– Вас не обманули. Посмотрите, вот фотокопия. Что еще?

– Секундочку...
– Гэллегер бегло просмотрил бумагу. Его подпись была несомненной. Провалиться бы этому чертову роботу!

– Это подделка, - выговорил он наконец.

Джимми расхохотался.

– Понятненько. Хотите все переиграть. Вам не повезло, друг мой, отвертеться не удастся. Подписано при свидетелях.

– Вы, конечно, не поверите, - запинаясь начал Гэллегер, - если я скажу вам, что эта подпись подделана роботом...

– Ха-ха!
– успел вставить Джимми.

– ...который с помощью гипноза заставил вас принять себя за меня.

Элия провел ладонью по своей полированной лысине.

– Должен огорчить вас, но не поверим. Роботам это не под силу.

– Моему под силу.

– А вы докажите это. Докажите на суде. Если сможете, то...
– Элия весело хрюкнул.
– То, может быть, вам и удастся выиграть судебный процесс.

Гэллегер прищурился.

– Это мне не приходило в голову. Однако речь о другом. Правда ли, что вы предлагали мне сто тысяч долларов единовременно, плюс еженедельную ставку?

– Совершенно верно, дурашка!
– развеселился Джимми. Но вы гордо заявили, что вас вполне устроят двенадцать тысяч. И сразу же получили их. Ладно, подсластим вам пилюлю: мы согласны выплачивать вам премию за каждое изобретение, которое нас заинтересует.

Гэллегер поднялся.

– Эти морды отвратительны даже моему меркантильному подсознанию, - информировал он Сильвию.
– Покинем их.

– Я, пожалуй, задержусь ненадолго.

– Не забывайте об изгороди, - загадочно напомнил он. Конечно, вольному воля... А я удаляюсь.

Элия напомнил:

– К вашему сведению, Гэллегер, - вы наш служащий. Не дай бог, мы узнаем, что вы сделали для Брока хоть самую малость. Вы и ахнуть не успеете, как получите повестку в суд.

– Да неужто?

Тоны оставили эту реплику без ответа. Изобретатель вскочил в лифт и нажал кнопку нижнего этажа. Теперь оставалось разобраться с одним. А именно, с Джо.

Через пятнадцать минут Гэллегер уже был в своей лаборатории. Там были включены все лампы; под аккомпанемент собак всех соседних кварталов Джо, - конечно же, перед зеркалом беззвучно тянул свои арии.

– Пришло время опробовать на тебе кувалду, - обрадовал его Гэллегер.
– Молилась ли ты на ночь, незаконнорожденная куча жестянок? Да простит меня Господь, но я готов к террористическому акту.