Наро
Шрифт:
– Думаю, это очень красиво, – мечтательно произнесла Нея. – Но никак не предполагала, что сок этого растения годится для приготовления нектара.
– Не просто нектара, а напитка высочайшего класса для гурманов. Так что скажешь, прекрасная гостья?
– После такой красивой истории… Да, я попробую, Рай, – Нея в предвкушении удобно расположилась в кресле.
Рай окинул её небольшую фигуру тёплым взглядом, пока тягучий нектар медленно заполнял бокалы. Девушка потянулась к ярко-оранжевому напитку и сделала пару неторопливых
– Угу, – одобрительно покачала головой Нея и сделала ещё глоток.
Рай рассмеялся:
– Я рад, что тебе понравился. Но я готов на большее для тебя, Нея, – многозначительно произнёс он.
Нея оторвалась от напитка, и её лицо выразило недоумение.
– Я могу предложить тебе путешествие на Видан. Совсем скоро цветок динлана начнёт распускаться. И ты воочию увидишь его необычную красоту.
– Но я слышала, что туристы ждут лунами только самой возможности оказаться на Видане. А вот так, прямо сразу и полететь… Возможно ли такое?
– Нея, поверь, нам не придётся ждать, – как-то уж слишком самоуверенно произнёс воин и замолчал: этикет илланцев предполагал сдержанность всегда и во всём.
– Я подумаю, обещаю, Рай, – несколько смущённо произнесла Нея.
Рай склонил голову в знак согласия с ней. Нея почувствовала неловкость. Между ними зависла пауза.
– Скажи, Нея, как тебе удаётся столь эффектная игра со своим телом в пространстве? – решил сменить тему разговора Рай.
– Ах, это, – оживилась девушка, – моё светящееся появление? Илланки давно овладели способностью становиться незаметными в окружающем пространстве. К счастью, наши тела могут видоизменяться. Так что же тебя удивляет, Рай? – спросила она, точно не понимая, о чём зашла речь.
– Видоизменяться?! – он посмотрел на неё лукаво, добродушно прищурив глаза. – Я не о генетическом даре илланцев приспосабливаться к окружающей среде так, чтобы быть незамеченными. Ты ведь понимаешь, о чём я, Нея?
– А, мои сверкающие многогранники? – девушка кокетливо поправила капюшон комбинезона. – Я знала, что ты оценишь. Согласись, неплохая идея: взять и вот так эффектно явиться в твоё скучающее жилище, – хихикнула она, окрестив холостяцкую сферу Рая «жилищем». – Куда безопаснее стать невидимой для противника… Но здесь, – улыбнулась она, глядя на Рая, – одни друзья.
– Задействуешь в эффекте свечения громадные молекулы, генетик?
– Увы, не угадал. В нашем теле всего одна самая большая молекула, и ей является первая хромосома, – пустилась в рассуждения гостья. – Так что, как понимаешь, свечением и формой пришлось наделить не только одну самую большую молекулу, – победоносная улыбка осветила её лицо.
– У землян, кажется, 23 пары хромосом, – вставил Рай, желая обнаружить хоть какие-то познания относительно Земли, к которой Нея питала особенные чувства. – И самой большой молекулой их тела так же, как у нас, является
– Верно. Но, Рай, – спохватилась она, – есть ли смысл в том, чтобы продолжать эту тему? Я, конечно, могла бы рассказать в общих чертах, как добилась эффекта свечения в момент «распада» тела на светящиеся многогранники, только думаю, вряд ли моя научная находка заинтересует тебя, воин. Всего лишь демонстрация моих возможностей как генетика. Скажем так: спасибо за комплимент. Принято.
Рай наклонил голову в знак согласия с ней.
– Кстати, о землянах, – Нея выдержала паузу, напряжённо вглядываясь в лицо воина. – Мне нужна помощь, Рай.
– И что же с землянами не так? – поморщился собеседник, надеясь, что речь не коснётся темы их вечного раздора с Неей.
– У меня возникла проблема.
– Ты хочешь поговорить о нижней ступени… – Рай осёкся, не закончил фразу и бросил внимательный взгляд на Нею.
– Послушай, Рай, мы такие же биологические организмы, – на мгновение Нея замолчала, точно анализируя, то ли она сказала, – как они. Мы, илланцы, можем контактировать с землянами и развивать друг друга. И даже способны создать с ними новый биологический вид, если задуматься о едином потомстве, – решительно заявила она, – это я тебе говорю, генетик. Нам повезло: у нас есть уникальный родственный мир.
– Хм, – произнёс с сомнением Рай. – Я бы не торопился с выводами. Создать новый биологический вид? Это уж слишком, – Рай не удержался от насмешливой улыбки.
– Илла вымрет, если не предпринять никаких усилий по увеличению численности илланцев. Земляне могли бы помочь нам в этом, а мы – продвинули бы их неизмеримо дальше в эволюционном скачке. Наш симбиоз…
– Нея, прошу, давай перейдём к сути твоей проблемы, – Рай сделал вежливый жест рукой, который означал у илланцев: время – дорого.
– Хорошо, Рай, перейду к сути проблемы. Тебе хорошо известно, что у землян во время определённого биологического ритма импульсы мозговой деятельности преобразуются в цепочку сновидений.
– Да, они видят сны, – кивнул воин.
– Так вот, эти импульсы представляют для них малый интерес, но для нас они стали реальной возможностью исследовать одну из красивейших спиральных галактик с перемычкой, в центре которой находится сверхмассивная чёрная дыра.
– Млечный Путь, ты его имеешь в виду? – уточнил Рай.
– Да. Лично у меня складывается такое ощущение, что галактика тайну своего развития за 14 миллионов лет (по земному циклу) закодировала в памяти землян в виде этих особенных импульсов. И мы знаем, какие из них являются ценными носителями информации и как раскодировать их.
– Ты хочешь намекнуть на миссию землян?
– Возможно. Я верю в закономерность существования всего сущего во Вселенной. Благодаря этим импульсам, над которыми мы работаем, когда земляне спят, Млечный Путь стал самой изученной галактикой.