Народ, да!
Шрифт:
— Достань скорей спички, — сказал Длинный Джон своему другу, — и лезь вон на ту сикомору. Я буду стоять под деревом и молиться. А как упомяну в своих молитвах молнию, ты — бжиг! — зажигай тут же спичку.
И Длинный Джон пошел к сикоморе и опустился там на колени, чтобы прочитать свою последнюю молитву.
— О Господи милостивый, — сказал он, — если ты собираешься до рассвета поразить насмерть нашего белого хозяина, подай знак, господи, пошли на нас молнию!
И тут же приятель Длинного Джона, сидевший в ветвях сикоморы, чиркнул спичкой.
— Хватит молиться, — рассердился белый хозяин.
Но Длинный Джон его не послушался и продолжал
— О господи милостивый, — сказал он, — если ты собираешься до рассвета поразить насмерть жену нашего белого хозяина, подай знак, господи, пошли на нас молнию.
«Бжиг!» — чиркнула в ветвях сикоморы вторая спичка. На этот раз белый хозяин смолчал, испугавшись, видно, не на шутку, а Длинный Джон продолжал молиться.
— О господи справедливый, если ты собираешься до рассвета поразить насмерть всех наших белых хозяев, подай знак, господи, чиркни молнией.
Но приятель Длинного Джона, сидевший на сикоморе, не успел в третий раз чиркнуть спичкой. Белый хозяин опередил его и быстрее молнии отпустил на волю всех своих рабов, а сам скорей ноги унес, чтобы его здесь больше не видели.
Вот как Длинный Джон принес неграм свободу. Оттого его прозвали Длинный Джон Освободитель, догадались?
Овод
Перевод В. Кострова
В дни юности я рук не умывал.
Когда хозяину тарелки подавал,
Когда хотел он выпить,
Я бутылку открывал
И оводов усердно отгонял.
Припев:
Джимми, давай наливай и гуляй:
Старый хозяин отправился в рай.
Все было б ничего с хозяином, наверно.
Хоть пони нервный был, но многое сносил,
Но вот однажды возле фермы
Огромный овод пони укусил.
Припев:
Джимми, давай наливай и гуляй:
Старый хозяин отправился в рай.
Взбрыкнул наш пони. И от дикой тряски
Хозяин мой совсем лишился сил,
Бедняга, умер в перевернутой коляске.
Тут овод виноват, так суд решил.
Припев:
Джимми, давай наливай и гуляй:
Старый хозяин отправился в рай.
Под старой сливою его похоронили,
Как волонтера, павшего в бою,
А на могильном камне написали:
«От овода я принял смерть
Припев:
Джимми, давай наливай и гуляй:
Старый хозяин отправился в рай.
Старухам посудачить был бы повод,
Трещат: «Так видно, бог судил»,
А мне до смерти будет сниться овод,
Который так легко хозяина сгубил.
Припев:
Джимми, давай наливай и гуляй:
Старый хозяин отправился в рай.
Возьми этот молот
Перевод Юнны Мориц
Вот мой молот, (ха!) отнеси капитану, (ха!)
Вот мой молот, (ха!) отнеси капитану, (ха!)
Вот мой молот, (ха!) отнеси капитану, (ха!)
И скажи, что нету, (ха!) что меня здесь нету, (ха!)
Если спросит, (ха!) убегал я? (ха!)
Если спросит, (ха!) убегал я? (ха!)
Если спросит, (ха!) убегал я? (ха!)
Скажи, улетал я, (ха!) скажи, улетал я. (ха!)
Если спросит, (ха!) хохотал я? (ха!)
Если спросит, (ха!) хохотал я? (ха!)
Если спросит, (ха!) хохотал я? (ха!)
Ты скажи, рыдал я, (ха!) ты скажи, рыдал я.
Вот мой молот, (ха!) и отнеси капитану, (ха!)
Вот мой молот, (ха!) и отнеси капитану, (ха!)
Вот мой молот, (ха!) и отнеси капитану, (ха!)
И скажи, что нету, (ха!) что меня здесь нету.
Навстречу Северной Звезде
Перевод Т. Голенпольского
Что бы ни случилось с белой хозяйкой, если дело доходило до суда, виновными оказывались все, кроме нее. Среди черных рабов такой анекдот ходил.
Однажды белая хозяйка ехала на тележке, запряженной мулом. Кто знает, чего уж там мул испугался, одним словом, рванулся и выбросил свою хозяйку из тележки. Нет, конечно же, она осталась жива, так, пара ссадин, да сидеть недельку на твердом не могла.
Пригнали, значит, мула с тележкой в город к судье. Мула признали виновным в попытке к бегству с тележкой. Тележку же не только виновной в попытке к бегству с мулом, но и в том, что она выбросила белую хозяйку.