Народ, да!
Шрифт:
Прыгающая Мышь так и сделала. Она сжалась сильно-сильно, а затем прыгнула. Ветер подхватил ее и поднял в воздух.
«Не бойся! — услышала Мышь. — Доверься ветру».
Прыгающая Мышь закрыла глаза и доверилась вегру; он поднимал ее все выше и выше. Когда Прыгающая Мышь вновь открыла глаза, все вдруг стало ясным, и чем выше она поднималась, тем яснее становилось все вокруг. И тут Прыгающая Мышь увидела в прекрасном Волшебном Озере, на листе кувшинки, своего старого друга,
«Теперь у тебя новое имя! — крикнула ей Лягушка. — Ты Орел!»
Вот и все, дети мои, — закончил вождь, — и пусть каждый из вас обретет Новое Имя!
Нэпи и Нип
Пересказ Н. Темчиной
У вождя индейцев дакотов был сын по имени Нип-Низаза. Но так обращались к нему только в дни больших празднеств, а обычно звали его просто — Нип.
Индейцы племени дакотов исстари охотились на бизонов. Целые стада бизонов бродили в те времена по прериям, и думали индейцы, что так будет всегда. Но вот пришел день, когда охотники, взойдя на высокий холм, не увидели ни одного бизона. Куда они ушли, никто не знал.
Печальными стали лица охотников. Нет бизонов — нет жизни. Ведь из шкур их делали одежду, из бизоньей кости вырезали наконечники для метких стрел, а мясо, сочное мясо служило пищей во все времена года.
Тогда к вождю подошел Нип и сказал:
— Отец, позволь мне пойти искать бизонов.
— Но их не нашли даже старые охотники, — ответил отец.
— Я могу оказаться счастливее, — возразил Нип.
Вождь был горд, что в его сыне так рано пробудилось мужество. Он согласился. Мать дала Нипу старинный амулет, мальчик перебросил через плечо лук, колчан, полный стрел, прицепил к поясу охотничий нож.
— Будь осторожен, сынок, — шепнула мать на прощание и скрылась в вигваме, чтобы никто не видел ее слез. Так Нип покинул становище.
Много раз всходило солнце и смотрело с высоты на маленького охотника. Нип все шел и шел, не ведая страха, по огромной равнине. Ночами он спал прямо на земле, и звезды дивились его смелости.
Равнина кончилась, и Нип вошел в густой лес. Здесь на поляне увидел он одинокую хижину. Около нее сидел старый индеец и пристально смотрел в чашу с водой.
Когда Нип приблизился, индеец, не взглянув на него, сказал:
— Здравствуй, Нип-Низаза.
— Как ты узнал меня? — удивился Нип.
— Увидел тебя в воде, ну, а имя твое написано у тебя на лбу!
Нип удивился еще больше. Он понял, что попал к волшебнику.
— Ты прав, я волшебник, —
— Так скажи скорей: где они? — нетерпеливо воскликнул Нип.
— Не спеши, — отвечал Нэпи, — я помогу тебе. Но это не так-то просто. Войди в мой вигвам, поешь, отдохни, тогда я кое-что расскажу тебе.
Волшебник угостил мальчика удивительными яствами — таких Нип еще никогда не пробовал. Он отведал всего понемногу, как учила его мать, и поблагодарил старика.
— Вот теперь слушай, — сказал наконец Нэпи. — Недалеко отсюда живет могучий великан. Это он однажды ночью угнал из прерий всех бизонов. Победить его трудно, ничто его не берет — ни стрела, ни копье, ни нож. Но он глуп, как все злые великаны, и мы его одолеем!
— Я исполню все, что ты прикажешь, — сказал Нип. — Ведь дакоты голодают.
— Ты храбрый мальчик, — отозвался волшебник. — Теперь встань и не шевелись.
Нип выпрямился. Колдун обрызгал его водой. Мальчик тотчас почувствовал, что ноги его срастаются, руки прирастают к бокам и деревенеют и все тело становится тонким и твердым, как на морозе.
Так Нэпи превратил Нипа в палку. Однако Нип по-прежнему мог видеть, слышать и даже… говорить!
Сам Нэпи обернулся щенком, схватил палку в зубы и побежал в лес.
Тропинка становилась все шире и вскоре вывела к светлой поляне. Здесь у самой высокой ели стоял огромный вигвам.
Как раз в этот миг из него вышла великанша с сыном.
— Смотри, собачка! — воскликнул мальчик. — Давай возьмем ее!
— Ладно, — ответила мать. — У собаки хорошая шерсть, я себе сделаю из нее теплую шапку. А вот хорошая палка. — Великанша ткнула ногой Нипа. — Будет чем коренья из земли выкапывать.
— Это еще что? — рассердился великан, заметив щенка. — Не нравится мне этот пес. Он принесет нам горе! Вышвырни его отсюда!
— Мне нужна его шкура на шапку, — сказала великанша. Великан недовольно проворчал что-то и отвернулся. Хоть и был он великаном, но жене перечить не смел.
После ужина великанша разложила на земле огромные одеяла, и вся семья легла спать. Когда стены задрожали от великаньего храпа, щенок превратился в Нэпи, вернул палке облик Нипа, и оба, усевшись у котла, поели бизоньего мяса. Наутро же щенок как ни в чем не бывало помахивал хвостом, а палка валялась у входа в вигвам.
С рассветом великан проснулся, обглодал бизонью ногу и ушел по своим великаньим делам. Жена его, прихватив палку, отправилась в лес искать ягоды и выкапывать коренья, а сын свистнул щенку и увязался за ней следом.