Народы моря

Великовский Иммануил

Теократические государства в Иудее и в Египте

При персах Иерусалим был зависимым городом, и на территории, находившейся в его юрисдикции, общественный порядок обеспечивали жрецы. Во главе с Неемией, а затем с Ездрой эта теократическая форма правления стала еще более выраженной.

'Любопытно сравнить теократические режимы в Фивах, Танисе и в оазисах при так называемой двадцать первой династии с порядком правления в современном им Иерусалиме. Жрецы, верховные жрецы, пророки при храмах и оракулы, храмовые певцы, храмовая обслуга, потомственные рабы при храмах – все это совпадает в Иерусалиме и в Фивах, Танисе и оазисах. Во многих случаях мы лучше понимаем египетский текст или ситуацию, изучая библейские тексты, относящиеся ко времени после вавилонской ссылки, или к храмовой службе в Иерусалиме в персидский период. Например, когда «привратник» по имени Ахотинофер, обвиненный в краже из храма

позолоченного сундука, свидетельствует перед египетским судом и говорит о смещении верховного жреца (каким-то неустановленным представителем власти), мы можем с помощью стиха 73 из 7-й главы Книги Неемии установить, что «привратник» был служащим храма в определенном ранге. Еврейский текст говорит о «священниках, и левитах, и привратниках, и певцах…» Само смещение верховного жреца Аменхотепа с его поста, о котором говорится в свидетельских показаниях, имеет соответствие в попытке сместить первосвященника иерусалимского Ионатана сатрапом Багоа-сом: это событие было описано Иосифом Флавием¹.

На территории храма находились жилые помещения для жрецов: так было и в Иерусалиме и в Египте. Удие-харрасне просил Камбиза дать приказ о выселении незаконно проживающих лиц, в том числе солдат оккупационной армии, из жилых кварталов храма Нейт в Саисе, и был отдан приказ о выселении незаконных жильцов со всеми их пожитками. «Все эти лишние люди, которые находятся в храме, должны быть выброшены, все их вещи следует вынести за пределы стен храма. И Его Величество приказал, чтобы храм Нейт был очищен…». И подобная же процедура была совершена в Иерусалиме, когда Неемия «выбросил все домашние вещи Товиины вон из комнаты», поскольку первосвященник Елиашив выделил Товии комнату «на дворах дома Божия». Товия был врагом Не-емии. «И сказал, чтоб очистили комнаты» (Книга Неемии 13:7-9).

На население Иерусалима и прилегающих городов были возложены налоги в деньгах и провизии для нужд Храма, его жрецов и левитов; эту провизию составляли крупный рогатый скот, птица, вино, хлеб и масло. Налогообложение населения в пользу казны храмов было гораздо более значимым в Египте в эпоху двадцать второй династии, и демотические и иероглифические тексты, связанные с налбго-обложеиием, весьма многочисленны. Скот, птица, виио, хлеб и масло были той данью, которую государство и его население обязано было выплачивать храмам и их жрецам.

В храме Иерусалима в персидскую эпоху были невольники, или потомственные рабы, которые закреплялись за этим храмом. Неемия (11:3) так говорит о них: «… священники, левиты, и нефинеи…», и под последними имеются в виду потомственные рабы. Множество таких рабов было приписано и к храмам Египта; к тому же обширные земельные владения, или феоды, храмов обрабатывались зависимыми крестьянами – фактически рабами.

Книги пророков Аггея, Захарии (который вещал при Дарий Великом) и Малахии, подобно Книгам Неемии и Ездры, воплощают картину теократии, господствовавшей в храме и в стране. Главное различие между Иерусалимом и Египтом состоит в почитании Иерусалимом высшего божества, ке имеющего никаких союзников или претендентов на его верховную власть, и почитанием в Египте верховного бога Амона, у которого в египетском пантеоне были и союзники и противники. Характер законов Моисея и этическое наследие пророков не имеют ничего общего с духом египетских храмов, где все богослужение окрашивал культ Аписа – наследие прошлых веков.

Пророчества оракулов были тем институтом, который главенствовал в деятельности жрецов и даже перевешивал другие доводы при решении в Египте государственных дел. В эпоху персидской гегемонии в Храме Иерусалима тоже был оракул – «СЕЯщенник с уркмом и туммимом» (Книга Ездры 2:63).

Пост верховного жреца был наследственным как в Иудее, так и в Египте. Хотя мы не очень хорошо знакомы с генеалогией верховных жрецов при персах перед воцарением Херигора, человека ничем не выделявшегося в жреческих кругах, мы знакомы с порядком наследования, который начинается с него – Псусенн, Пенузем, Менхепер-ре, Пенузем П.

В Иудее вся линия первосвященников ст времен Кира до Александра известна из списка в Книге Неемии (12:10- 11): Иисус, Иоаким, Елеашив, Иоиад, Ионафан и Иаддуй. Эта линия известна также от Иосифа Флавия.

Книги с генеалогиями жрецов хранились в храмах, и к ним часто обращались как в Иерусалиме, так и в Египте. Ездра, хотя и был потомственным жрецом, не принадлежал к линии первосвященника. Тем не менее ему удалось отлить еврейскую религию в тс форы, которые остались нерушимыми в течение персидской, греческой и римской эпох и девятнадцати веков Диаспоры. Египетские жрецы его времени заменили свой доход от налогов и подношений набегами на древние могилы с их сокровищами, грабя мумии своих предков в поисках чего-либо ценного. Соответственно и религии Египта и Израиля разными дорогами вступили в грядущие столетия.

Ездра

Роль

Ездры в создании раввинского иудаизма нельзя переоценить. Он был издателем Пятикнижия и, возможно, автором тех его частей, которые известны как кодекс священнослужителей. Вполне вероятно, что он издал Книги Царей и Паралипоменон, как предполагают некоторые библиеведы, приложил руку к составлению книг, которые носят имя Неемии и Ездры и могли первоначальна составлять одну книгу. Его вдохновляло видение прошлого – туманная эпоха патриархов, дни и годы, когда народ, ведомый Моисеем, прошел через самый возвышенный период испытаний, через семь веков оседлой жизни при судьях, пророках и царях, которые закончились для Северного царства Израиль, разгромленного ассирийцами, а Иудея обречена была вести в течение ста тридцати пяти лет борьбу с несметными полчищами из Вавилона и Египта, пока в свою очередь не была разгромлена. Непосредственно перед временем Ездры проходила жизнь изгнанников в вавилонском пленении, из кото:рого после падения Вавилона под натиском персов в 538 г. до н. э. вернулись лишь небольшие группы. И одну из них привел более ста лет спустя сам Ездра. Он также принес из этой ссылки видение о будущей роли Израиля, название которого приняла Иудея. Он ввел публичное чтение Торы (Пятикнижия); он установил праздник Кущей (5иссо1Ь), заимствуя некоторые из его языческих обрядов, как, например, несение пальмовых ветвей, из персидских празднеств. Но он был яростным защитником идеи неделимости священной миссии еврейского народа с неевреями и таким образом воздействовал на свой народ, чтобы он не искал новообращенных. Поэтому в грядущие века одной из еврейских сект, христианам, выпала роль «побеждать победителей», т. е. римлян, которые привели к концу ВаН ЗЬеш, или Второе сообщество – период, который продолжался от времени персидского завоевания через века эллинского господства до 70 г, н. э.

Ездра возвысил роль Моисея, который жил более чем за тысячу лет до него, и поднял его над всеми другими авторитетами и над тем, что представлял собой Моисей в эпоху Первого сообщества. Это чистый монотеизм, еще не заметный в такой степени даже у большинства пророков, предшествующих Иеремии, выкристаллизовавшийся в ссылке, и его толкователем стал ученый писец, не пророк, не человек царского происхождения и даже не имеющий знатных предков. Он наделил абсолютной святостью Субботу и стал таким образом великим социальным реформатором и защитником рабочего люда вплоть до наших дней. Более, чем любой другой пророк, жрец или писец, он несет ответственность за ту форму, которую принял и сохранил иудаизм на протяжении истории Второго сообщества – персидской, эллинистической и римской эпохи, а после разрушения своего государства римлянами – на протяжении девятнадцати веков разбросанности (Диаспоры) среди других народов, В раввинской традиции Ездра уступает только Моисею. Он осуществлял свои цели не под раскаты грома и не с окутанной облаками горы, но на улицах Иерусалима, все еще лежащих в руинах после разгрома города Навуходоносором, – в обезлюдевшем городе, который еще не поднялся из пепла.

Историческая проблема, которая никогда не переставала волновать библиеведов, состоит в следующем: был ли Ездра предшественником Неемии (каждый из них имеет в Библии собственную книгу¹) или следовал за ним? Согласно канону, Ездра предшествовал Неемии: Ездра пришел из Вавилона на седьмой год царствования Артаксеркса, а Неемия явился из Суз на двенадцатый год правления этого царя. Однако были представлены весомые аргументы в пользу того, что Ездра следовал за Неемией, а не предшествовал ему. Один из этих аргументов состоит в том, что во времена Ездры первосвященником в Иерусалиме должен был быть Ионатан, сын или внук Елиашиеа, в то время как в дни Неемии пост первосвященника принадлежал Елиашиву. Упоминание о том, что Ездра и Неемия

' В древние времена книги Неемии -и Ездры составляли одну общую книгу,

действовали вместе (Книга Неемии 7:9), рассматривается как ошибка в тексте, а неверное грамматическое оформление этого стиха подтверждает такую догадку¹. Много было написано на тему их временной соотнесенности, но неоспоримым остается вывод о том, что Неемия приехал в Иерусалим в двадцатый год царствования Артаксеркса I (в 445 г. до и, э.) и оставался там в течение нескольких лет, возвратившись в Персию и приехав еще раз ненадолго в период царствования этого же царя (Книга Неемии 13:6). Ездра явился в Иерусалим не в седьмой год царствования Артаксеркса I (458 г. до н. э,), а в седьмой год царствования Артаксеркса II (398 г. до н. э.), т. е. на шестьдесят лет позже. Отсутствие всяких упоминаний об Ездре в Элефан-тннских папирусах, последний из которых был написан в 399 г. до н. э., по-видимому, является аргументом в пользу того, что он приехал в Иерусалим в следующем, 398 году.